Счастливые пчёлки. Философия осознанного образа жизни
Шрифт:
7. Правильное понимание слов
«Открытия приходят лишь к тем, кто подготовлен к их пониманию»
Ожидания конкретного человека строятся на том, насколько он честен сам с собой в осознании своих мотивов (см. также «Уровни осознанности»). Ожидания усиливаются или ослабевают за счёт того, в какие слова (статусы) он облекает свои мотивы – насколько ему важны эти статусы, а также того, какую реакцию на слова он видит в окружающих.
Поскольку все мы играем в статусы и искажаем смыслы слов, мы никогда точно не знаем, насколько правильно понял нас человек.
При этом подавляющее большинство однозначно относит себя к группам умных и красивых людей (достойных выживания). И это для людей сразу же определяет рамки восприятия чужой реакции: никто просто не допускает мысли (я утрирую, конечно же, речь лишь о степени веры), что его великолепно структурированную, логичную и доступную речь кто-то может не понять, что его отточенными движениями, всегда подходящими к месту жестами и вообще великолепной внешностью могут не восхищаться, или что его, самого лучшего из людей, могут сознательно обманывать. Быть такого не может!
Это барьер восприятия себя, который не позволяет людям понимать друг друга в полной мере точно. К сожалению, он напрямую проистекает из инстинкта самосохранения (см. ниже «Ответственность перед группой») – если человек не будет думать о себе в такой превозносящей форме, он не будет верить в необходимость для группы своего выживания.
Логичный вывод (забегая чуть вперёд): самые честные с собой и остальными люди – смирившиеся со своей смертью или как минимум недолговечностью и, как следствие, стремящиеся развивать себя, а не накапливать блага. Которые не заберёшь с собой.
Их ожидания в большей степени совпадают с их словами, чем у тех, кто верит в своё бессмертие – пытается съесть и накопить как можно больше. Но о ценностях чуть позже (см. ниже «Ценности»),
Получается, врать никто не хочет, но вынужден делать это, превознося себя в любом общении, чтобы прожить подольше и получше. Наделяя себя такой оценкой, которая потенциально выше реальной.
Я сейчас говорю не об оценке значимости себя для группы, я говорю об оценке адекватности самих себя (см. ниже «Душевная боль»). Эта оценка настолько высока, что не даёт возможности даже задуматься о том, что человек может вести себя неправильно – стремиться не к тому, говорить не то, верить не в то.
Зачем неразбериха? Почему я вообще задаюсь этим вопросом – «Зачем»? Это тайный социальный лифт в культуре, лазейка для обхода системы. Лазейка эта прямо пропорциональна скорости накопления благ и сложности механизма их распределения в обществе.
Неразбериха в языке и ожиданиях – основной инструмент модели поведения, при которой перераспределение благ может идти не только по наиболее эффективной иерархии, но и в обход и даже в обратную сторону. И это является эволюционным следствием увеличения плотности населения от 100–200 особей, окружающих говорящего, до десятков и сотен тысяч. Хитрый человек, не имеющий социального статуса, чтобы рассчитывать на определённый объём благ, всегда может манипуляцией со словами преподнести себя таким образом, чтобы блага эти получить.
Если раньше для демонстрации выдающегося уровня жизни, гарантирующего максимальную безопасность, достаточно было наглядно показать здоровье, силу и необходимый для выживания инструментарий, то что нужно для такой демонстрации сегодня? Когда блага можно получить сотнями различных путей, а модели поведения можно менять в течение жизни, адаптируясь к окружению. Зачем нам иметь однозначно интерпретируемый язык?
Язык с однозначным значением слов, которым нельзя было бы манипулировать, идеально подошёл бы для общества, в котором справедливость не случайна и не наследуется, а зависит от природных возможностей человека.
Язык, в котором неоднозначность смысла является нормой, является одним из столпов общества, в котором справедливость считается данностью не природы, а человека. Ну или Случая – случайность ведь лучше, чем «без шансов».
Пример всё тех же Маши и Васи с его предложением встречи.
У Маши есть мотивация – желание получить что-то. Например, безопасность. Маша говорит что-то Васе, рассчитывая вызвать его лояльность, а то и уважение. При этом действительно рассчитывает на это, верит его словам об уважении.
В то же время Вася мотивирован на секс, например. Он не может сказать об этом прямо, культура запрещает об этом говорить. Но культура позволяет стать ближе тем людям, которые друг друга выделяют из толпы и дали друг другу уникальные статусы «это мой человек». Для этого выделения из толпы нужна определённая степень доверия (количество накопленных положительных статусов), и вера друг в друга.
И Вася говорит Маше что-то, чтобы поддержать эту веру и спровоцировать её на ещё большую лояльность. Что соответствует её ожиданиям и повышает доверие.
Какой итог истории, мы все знаем – Вася ушёл к Наде, сердце Маши разбито, и Петя, приглашая её на чай, получит отказ. Ожидания не оправдываются.
В понятиях статусов и теории игр можно рассматривать не только отношения человек-человек, но и человек-общество. Например, можно по-другому объяснить механизмы, по которым работают уровни потребностей, описанные А. Маслоу. Рассмотрев изменения языка и моделей поведения в разрезе изменений уровня жизни, предлагаю переосмыслить мотивационную модель.
Я считаю, что мотивация всегда одна и та же (см. ниже про «Ответственность перед группой»), модели поведения определяют не направление, а способ удовлетворения. А удовлетворяется в общем-то одно и то же – то, что даёт человеку гарантии его смысла. В частных случаях эти способы можно классифицировать по масштабу – насколько мощным и долгосрочным будет эффект от действия человека для его удовлетворённости, насколько «автоматизированной» и косвенной будет добыча ресурсов для удовлетворения.
Почему я говорю о частном случае? Дело в том, что высшие классы моделей поведения доступны лишь в определённой среде – при некотором обществе вокруг, в определённой культуре, в определённом кругу, при определённом техническом уровне производства благ.
Сомерсет Моэм говорил: «В добродетельных поступках всегда проскальзывает нотка удовольствия. Человек совершает поступки, потому что они хороши для него. А если они оказываются хорошими и для других людей, вы считаете его добродетельным.
Вы даёте двухпенсовик никчёмному попрошайке для своего собственного удовольствия точно так же, как я выпиваю стаканчик виски с содовой – для своего».
По уровням:
1. Физиологические потребности (энергия) – голод, жажда, половое влечение и т. п.
На этом уровне люди прямо говорят, чего хотят. Им не до реверансов и этикета, им всё равно, как отреагирует на них толпа и какие статусы они получат, так как если в ближайшее время они не получат удовлетворения потребности, они умрут и им уж точно будет всё равно, что там будет дальше.
В результате действий, мотивированных на этом уровне, человек получает удовлетворение здесь и сейчас. Именно в том количестве, какое здесь и сейчас нужно. Автоматизация минимальная – сколько наработал, столько и съел. Соответственно. Мысли о каком-то там завтра – минимальны.
Действия направлены на одного человека или даже не на человека, а на природу.
2. Потребность в безопасности (свобода) – безопасность существования, комфорт, постоянство условий жизни.
Действия человека, мотивированного на данном уровне, направлены на создание среды, в которой удовлетворение хотя бы на минимальном уровне будет бесперебойным – есть поток благ, который никто не отнимет.
Человек готов работать 24 часа в сутки, лишь бы быть уверенным, что в любой момент времени у него есть возможность удовлетвориться. Автоматизация средняя – человек при данной мотивации может работать непосредственно не над тем, что удовлетворяет его потребности, а над чем-то другим, что потом продаст, обменяет и т. п. с более «выгодным курсом» в части пропорции между вложенными силами и полученной удовлетворённостью.
Действия человека при этой мотивации направлены на одного человека – того, кто распределяет ресурсы.
3. Социальные потребности (принадлежность) – социальные связи, общение, привязанность, любовь, сотрудничество.
Модель поведения с такой мотивацией доступна только в тех средах и культурах, где от общепризнанного социального уровня человека необъективно зависит его благосостояние, а технологический уровень позволяет высвободить какое-то количество времени в сутках на непроизводственную деятельность. Условно назовём такую среду – иерархичной толпой.
Человек вместо добычи непосредственно еды и тепла ориентируется на получение определённого набора статусов, которые потом могут быть конвертированы либо в те самые блага, которые нужны, либо в следующие ступени статусов – читай, дающие ещё более выгодную пропорцию между вложенной работой и полученной удовлетворённостью.
Действия человека, мотивированные на этом уровне, по уровню удовлетворения примерно такие же или немного эффективнее, чем на предыдущем уровне, – разница в бесперебойности и гарантиях, а также в том, что человек осознаёт, что «кормушка не одна» и есть много людей, от которых можно получить желаемое. На практике разница с предыдущим уровнем в том, что от собственноручного производства и захвата благ человек в поступках переходит к манипуляции людьми. Будучи ревизором, он управляет статусами людей, и за своё расположение получает необходимые ему для удовлетворения ресурсы.