Чтение онлайн

Ребекка смотрела на стоявшую рядом с ней элегантную женщину, в голосе которой сквозила улыбка, и вдруг ощутила прилив сил. Она подхватила со стула пиджак и перекинула его через плечо.

– А почему бы и нет? В конце концов, сейчас моё личное время, я могу распоряжаться им, как мне заблагорассудится.

– Чудесно, – перспектива поужинать вместе с красивым офицером полиции вдруг представилась Катрин столь заманчивой, что она и сама не ожидала. А ещё её удивила мягкость, мелькнувшая в глазах этой женщины. И сердце бешено застучало. Снова. Она редко увлекалась кем-либо по одной внешности, но в этой женщине было нечто большее, чем просто красота. Возможно, её привлекала та решимость, с которой эта высокая блондинка делала, казалось, всё на свете. Даже шагала по коридору.

– Через дорогу есть небольшой ресторанчик, – сказала Ребекка, пока они шли к лифтам.

– «У Арни»? Нет, для этого местечка уже слишком поздно. Если мы пойдем туда, моя пищеварительная система не выдержит, – воскликнула Катрин с наигранным ужасом.

Она было замялась, но потом вдруг просто сказала:

– Я живу совсем недалеко. Может, поедем ко мне? На готовку мне хватит и пары минут.

В первое мгновение Ребекка хотела отказаться. Но потом, к своему изумлению, осознала, что хочет поужинать с Катрин Роулингс больше всего на свете.

Надеясь, что голос её звучит буднично, она проговорила:

– Отличная идея. Сомневаюсь, что смогла бы съесть еще один бургер «У Арни».

Катрин жила в старом районе, совсем рядом с университетским городком. Кругом было множество удобных кафе-баров, малюсеньких ресторанчиков и жилья под аренду. Это полностью соответствовало образу Катрин, сложившемуся в голове у Ребекки: женщины со вкусом, но исключительно практичной.

– Я вернусь через минуту. Я ходила во всём этом целый день, – проговорила Катрин, как только они вошли в квартиру, и она поставила свой портфель на телефонный столик у двери. – Гостиная направо, кухня там, за спиной. Если хотите, налейте себе чего-нибудь выпить.

Большая квартира Катрин находилась на первом этаже недавно реконструированного старинного дома из темного кирпича. Окна кухни, небольшой, но прекрасно оборудованной, выходили во внутренний дворик. Через раздвижные двери Ребекка не могла рассмотреть его как следует, но, проходя по коридору, обратила внимание на высокие потолки и на то, что комнаты оформлены со вкусом – в основном в землистых тонах – и обставлены элегантной и вместе с тем функциональной мебелью. Ребекка решила, что стиль доктора ей нравится, да и было бы странно не оценить по достоинству неброский, но явно дорогой интерьер. Атмосфера в доме была теплой и доброжелательной. Гостям тут явно были рады. И Ребекка понемногу стала расслабляться.

Она прошла в просторную гостиную. Одну из стен полностью занимали книжные полки – от пола до потолка. Ребекка пробежалась глазами по корешкам книг – в основном на полках стояли недавно изданные романы и биографии. Многое из этого детектив собиралась почитать сама, но постоянно откладывала. На службе вечно всплывало что-нибудь такое, что пожирало всё её время. Ребекка стала убеждать себя в том, что чтение книг не является делом, полезным для общества, что помимо этого у неё есть работа, много работы…

И в этот момент раздумий в комнату вошла Катрин.

– Бокал вина?

Теперь на ней была широкая хлопковая белая блуза и черные струящиеся брюки, в руке она держала бутылку с узким горлышком.

– Просто газировку с лаймом, если есть, – ответила Ребекка и вдруг осознала, что Катрин для неё уже не просто фигурант дела. Она по-настоящему красивая женщина. Небольшие недостатки её лица – некоторая угловатость, выступающие скулы – с лихвой компенсировались безупречностью кожи и густыми волнистыми каштановыми волосами. Катрин была просто сногсшибательной. В больших серо-зеленых глазах искрился ум, а чувственный рот сулил такие удовольствия, что был куда более притягательным, чем идеальные губы на картинах классиков. Впервые за много-много месяцев Ребекка вдруг почувствовала, что ей действительно нравится стоящая перед ней женщина, и откровенно пялилась на неё, сама того не сознавая.

Она поняла это лишь тогда, когда пухлые губы Катрин расплылись в мягкой игривой улыбке:

– На службе сухой закон?

– У меня перманентный сухой закон. По меньшей мере, последние четыре года, – ответила Ребекка и мысленно уточнила: четыре года, три месяца и два дня.

– Ясно, – Катрин уловила напряжение в голосе гостьи и спокойно проговорила: – Тогда отнесу вино обратно.

– Нет-нет, – быстро возразила Ребекка с искренней улыбкой, – большая часть человечества время от времени пьет вино, и меня это ни чуточку не смущает. Будет хуже, если из-за меня вы откажете себе в этом удовольствии.

– Ну хорошо, – любезно согласилась Катрин, – тогда пройдите, пожалуйста, в столовую, чтобы я могла вас хотя бы покормить.

Ребекка со вздохом отодвинула стул: она уже забыла, как это приятно – получать удовольствие от еды. И наслаждаться обществом симпатичной умной женщины.

– Благодарю вас, – промолвила она, – это было великолепно.

– Салат и макароны – мои фирменные блюда, – легко ответила Катрин, которая была ужасно рада этому комплименту, даже не понимая почему.

Спокойствие детектива, её искреннее удовольствие было для Катрин как награда, и это показалось ей даже странным. Возможно, это была реакция на то, что отблеск удовольствия смягчил суровые черты усталой Ребекки Фрай, и она показалась на мгновение совсем юной и беззаботной.

– Как я понимаю, сами вы не очень часто готовите?

Ребекка печально пожала плечами:

– Я никогда особо не готовила, а сейчас, когда живу одна, и того меньше. Я попросту больше не воспринимаю еду как удовольствие. – Она вдруг смутилась и резко замолчала – Черт возьми, Фрай, почему бы тебе не рассказать ей обо всех твоих проблемах? – а потом быстро закончила: – На самом деле, это очень вкусно, просто потрясающе.

– Я очень рада, – Катрин догадалась, почему детектив почувствовала себя неловко и замолчала. Её как врача это совсем не удивило: представители той профессии, к которой принадлежала Фрай, неохотно делились подробностями из личной жизни, и им требовалось много времени, чтобы начинать доверять другим. Все офицеры полиции, которые бывали в её кабинете, казалось, всегда готовились к худшему – в любой ситуации, во взаимоотношениях со всеми людьми. Подозрительность и осторожность многим из них спасла жизнь, но многим и разрушила браки. Катрин не знала, что первично: работа ли делала их таковыми, или же они выбирали работу в соответствии со своим характером и природными склонностями. И этот вопрос вдруг ужасно её заинтересовал.

Катрин, давай начистоту: тебя ведь интересует Ребекка. Да, доктор вынуждена была признать, что её интриговал вопрос о том, что же скрывается за внешней прохладностью и умением всё держать под контролем – она почему-то была уверена, что в душе Ребекки были такие глубины, о которых она и сама не подозревала. В её улыбках проскальзывала нежность, но помнила доктор и ту, с трудом сдерживаемую ярость, которая была в голосе детектива во время разговора о последнем нападении маньяка, и то страстное желание остановить его. О да, в этой женщине сокрыто куда больше, чем она готова показать кому-либо.