Чтение онлайн

–  Опиши его, - приказал Велисарий.

–  Впереди собрана конница. Их там много. Очень много. Идут колоннами, но такими широкими, что создается впечатление: идут цепью. То есть несколькими цепями одна за другой.

–  Идут медленнее, чем течет мед, - вставил один из трибунов Кутзеса. Кутзес кивнул.
– По флангам располагается большинство варваров - йетайцев. Но идут совсем не так, как обычно выступают подразделения, располагающиеся по флангам. У меня сложилось впечатление...

–  Это не обычные подразделения, прикрывающие фланги, - перебил Велисарий.
– Йетайцы в основном используются, как батальоны страховки. Командиры малва ставят их для обеспечения порядка в регулярных войсках. Чтобы во время битвы те не разбежались.

Кутзес фыркнул.

–  Могу поверить в это. Определенно: выглядят эти варвары устрашающе.

–  И они на самом деле устрашают, - согласился Велисарий.
– Командующий малва также рассчитывает, что они отразят любую атаку на фланги.

Один из других трибунов презрительно фыркнул.

–  Но они не настолько крепки. По крайней мере, не должны выстоять против фракийцев и иллирийцев.

Велисарий улыбнулся.

–  Я считаю точно так же.
– Затем он обратился к Кутзесу: - Кушаны все еще в арьергарде? Предполагаю, идут сразу же за теми, кто в центре повозками со жрецами и кшатриями?

Кутзес кивнул.

–  Это имеет смысл, - сказал полководец. Я объясню, почему это построение кажется тебе странным, Кутзес. Дело в том, что малва подходят к сражению, как кузнец к наковальне. Они думают только о том, чтобы использовать молот. В данном случае молот - это большая конница, которую сзади поддерживают ракеты. Если же молот не срабатывает, значит нужно воспользоваться другие большим молотом.

–  А что там с арабами?
– спросил Маврикий. Кутзес и трибуны расхохотались. Даже Аббу впервые позволил улыбке появиться на обветренном лице.

–  Эти - не дураки, - усмехнулся начальник разведгруппы. И сказал одобрительно: - Настоящие арабы, даже если это и вонючие слуги Лахмидов. Они...

Его перебил Кутзес, все еще продолжающий смеяться.

–  Арабы занимают позицию с фланга. Конечно, с левого, пониже к пустыне. Может, постараются туда смотаться, если удастся избежать стычки с йетайцами.

–  Которым совсем не нравятся арабы, - добавил один из трибунов.

–  Они сломаются через минуту, полководец, - вставил еще один.
– Это так же очевидно, как вымя у коровы. Ты же знаешь, как мыслят эти арабы.

Аббу фыркнул.

–  Точно так же, как любой здравомыслящий человек! Какой смысл садиться на лошадь, если не собираешься пускать ее вскачь? В особенности, если тобой командует идиот, который ставит свои войска...
– разведчик кивнул на Велисария.
– Как говорит полководец - подобно толстому, пузатому кузнецу, лениво шагающему к наковальне.

Велисарий хлопнул в ладоши.

–  Хватит, - сказал он.
– Кутзес, начинай атаку сразу же. Как можно быстрее. К этому времени ребята из Константинополя уже должны быть готовы. Когда подойдет время, я присоединюсь к ним.

Кутзес внимательно посмотрел на него. Во взгляде смешались колебание и беспокойство.

–  Ты уверен в этом, полководец? Потери обещают быть...

–  Я пойду с ними, - твердо заявил Велисарий.

Кутзес легко передернул плечами, но ничего не сказал, развернул коня и поскакал прочь. Его трибуны и Аббу тут же последовали за ним. После того как они уехали, Маврикий посмотрел на Велисария.

–  Странно, - заметил он.
– Я имею в виду то, что ты так саркастически отзывался о кузнецах. Я всегда считал, что ты относился к ним с восхищением.

–  Я и отношусь, - с горячностью ответил полководец.
– Когда был ребенком, массу времени проводил в кузнице. Хотел сам стать Жнецом, когда вырасту.

Полководец развернулся и пошел назад к усадьбе. Маврикий шел рядом с ним.

–  Я не смеялся над кузнецами, Маврикий. Я смеялся над подходцами, которые считают себя кузнецами.

Он покачал головой.

–  Кузнечное дело требует мастерства. И как и в любом деле, есть свои правила. Хорошие правила, всегда срабатывающие - пока ты не начинаешь их путать с правилами, применяемыми в другом мастерстве. Наковальня - это ведь по сути большой кусок металла. Наковальня не может с тобой сражаться, не может тебе ответить, если ты на нее нападешь.

* * *

Полчаса спустя, расставшись с Маврикием, Велисарий сел на коня и поехал к месту расположения войск Константинополя. Как и всегда, его сопровождали Валентин с Анастасией, державшиеся в нескольких ярдах позади.

Греческие войска уже готовились к сражению. Они позавтракали, были полностью вооружены и надели доспехи. Когда полководец подъехал, солдаты с энтузиазмом поприветствовали его. Велисарий внимательно прислушивался к тому, как его приветствуют. Он решил, что в их словах нет ничего фальшивого. Они не притворяются. Очевидно, слух уже распространился, и все знают, что Велисарий пойдет в бой вместе с ними. Как он и предполагал, новость о том, что полководец намерен разделить с ними риск кавалерийской атаки, помогла окончательно зацементировать преданность греков.

"Наконец у меня есть армия, - подумал он с облегчением, затем добавил несколько сардонически: - Теперь мне нужно только беспокоиться о том, чтобы пережить атаку".

"Я думаю, тебе не стоит в ней участвовать, - пришел ментальный импульс от Эйда.
– Это очень опасно. Ведь будут стрелять ракеты".

Велисарий почесал подбородок перед тем, как отвечать.

"Не думаю, что это проблема, Эйд. Сирийцы запутают и дезорганизуют вражескую конницу к тому времени, как мы пойдем в атаку. Если мы начнем быстро, то у них не окажется четких целей".

Но Эйд не желал успокаиваться.

"Это очень опасно. Тебе не следует в этом участвовать. Ты , незаменим".

Велисарий вздохнул. Он понял, что страхи Эйда никак не связаны с оценкой тактики. Они имеют более глубокие корни.

"Ни один человек не является незаменимым, Эйд".

"Это неправда. Ты незаменим. Без тебя малва победят. Линк выиграет. Мы проиграем".

"Если я незаменим, Эйд, то ведь из-за моих способностей полководца. Так?"

Молчание.

"Так?" - снова спросил Велисарий.

"Да", - с неохотой ответил Эйд.

"Значит, ты должен это принять. Риск - часть жизни полководца".

Он чувствовал неуверенность граней. Велисарий решил получше донести мысль.

"У меня небольшая армия. А у врага огромная. Если я хочу выиграть войну, не только это сражение - у меня должна быть боеспособная армия, маневренная, готовая действовать быстро. Только объединенная и сплоченная армия может выиграть войну".

Он сделал паузу, думая, как лучше объяснить. Эйд хорошо знал и понимал человеческую натуру, во многом - даже лучше, чем свою собственную. Но из-за сущности кристалла некоторые аспекты человеческой реальности оставались для него непонятными, часто совсем необъяснимыми. Эйд часто поражал Велисария каким-то таинственным пониманием великих сил, которые двигали человеческой расой, А затем еще больше поражал непониманием и незнанием людей, составлявших расу.