Сделано в аду
Шрифт:
– Можно я приму душ? – попросила она, стараясь сфокусировать взгляд и собрать свою одежду с пола.
– Конечно! – последовал беззаботный ответ Джонзи, и поклонница поковыляла в ванную, напоминая котенка после наркоза.
Заперев за собой дверь, Айви положила одежду на ванный столик, включила воду в душевой и обессиленно опустилась на холодный кафель пола, прикрывая глаза. Пульс постепенно приходил в норму, а перед взором перестали плясать черно-красные круги. Когда Айви открыла глаза, ее взгляд встретился с отражением в зеркале на стене напротив. Кожа выглядела бледнее обычного, лишь кончик носа покраснел от нахлынувшего нервного озноба. Девушка мысленно переваривала произошедшее, и ее губы задрожали в улыбке. Айви срочно требовалось поделиться эмоциями, пока они не съели ее изнутри. Она потянулась за телефоном, на котором открыла iMessage.
«Дженни», – тонкие пальцы быстро строчили по сенсорным клавишам, – «угадай, кто больше не девственница?»
Пара долгих секунд, и сообщение отметилось, как прочитанное. Появились три точки, обозначающие, что Дженни что-то пишет, но тут же пропали. Айви беззвучно рассмеялась, закрывая рот ладонью. Точки снова возникли, и вскоре на экране высветился ответ подруги – именно такой, какого ожидала Айви:
«Погоди, ты не шутишь?!» – SMS-ка была украшена тремя эмоджи удивленных котиков.
Продолжая хихикать себе под нос, Айви уселась так, чтобы в зеркале не виднелись никакие лишние части тела, и сделала фотографию отражения, которую и послала Дженни.
«В отеле в его ванной», – пояснила новоявленная группи.
«ОФИГЕТЬ!» – последовал эмоциональный ответ. – «И КАК?!!»
«Я думаю, он потрясающе трахается», – сообщила Айви, уверенная в своих словах и отдающая отчет, что не каждой девушке доводится такое осознать после первого секса. – «И вообще он просто охренителен!»
Она задумалась, улыбнувшись, и добавила: «И охренительно пахнет».
Дженни пообещала, что устроит подруге допрос с пристрастием, когда они встретятся, забросала ее множеством бессмысленных наборов заглавных букв, выражающих бурю эмоций, а также сказала: «Ну все, детка, мы обязаны поехать на их концерт в Сан-Диего! Ты не можешь позволить Уорлоу тебя забыть!»
Айви согласилась. Осознание, что первый раз может остаться единственным, уводило почву у нее из-под ног. Девушка не желала мириться с возможным поражением и решила, что любыми способами попадет в Сан-Диего, в очередной гостиничный номер, где остановится Джонзи. Успокоив себя позитивными мыслями, Айви поднялась с пола и отложила телефон на столик, прежде чем шагнуть в душевую.
Девочка встала под теплые струи воды и чуть откинула голову назад, чтобы не промокли волосы – не рассказывать же позднее маме сказки, будто на концерте публику облили из шланга. Айви дала себе несколько минут, окончательно приходя в себя. Она будто до сих пор чувствовала прикосновения Джонзи и неосознанно улыбнулась от мысли, что он находится в соседней комнате. Жизнь в одночасье стала правильной, словно Айви все эти годы только и шла к этому моменту. Уорлоу ошеломлял, сбивал ритм ее сердцебиения, ранил темной красотой, но ни на секунду не казался чужим или незнакомым. Айви годами слушала душу Джонзи в песнях Hellmade, и теперь односторонняя ментальная связь стала физической. По крайней мере, так это видела поклонница – надеждами, что певец видит то же самое, она себя не тешила.
Убедившись, что земля под ногами больше не шатается, а стены прекратили хаотичное вращение, Айви вышла из душевой. Она взяла висящее рядом полотенце и закуталась в него, вновь устремляя взгляд на свое отражение в зеркале. Удерживая мир, ограниченный стенами номера «505», группи тянула время, рассматривая капли, стекающие по шее и плечам. Тщательно вытершись, она наконец заставила себя одеться. Тут Айви заметила скромные пожитки Джонзи на столешнице рядом с раковиной: электрическую бритву и черный несессер с фирменной нашивкой Hellmade. Закусив губу, девочка аккуратно приоткрыла его. Среди прочих баночек и тюбиков ей сразу бросился в глаза флакон мужского парфюма. Губы поклонницы Уорлоу замерцали озорной усмешкой.
Айви воровато оглянулась на дверь, словно Джонзи мог в любой момент ее выломать, и достала из несессера черную бутылочку Dark Obsession3 от Кельвин Кляйн. Девушка поднесла ее к лицу, и ее ресницы затрепетали. Этот претендовал на звание райского, но для Эдема был слишком полон соблазнительного порока. Айви попыталась тихо снять крышечку, но та никак не поддавалась. Боясь, что Уорлоу услышит и догадается, что фанатка взялась рыться в его вещах, она открыла кран, чтобы шум воды заглушил все остальные звуки. После, как следует поднатужившись и сморщив нос от усердия, Айви сумела одолеть упрямую крышку, и запах парфюма заполнил пространство ванной.
Вдохнув до предела, словно пытаясь вобрать аромат в себя, девушка постояла пару мгновений с закрытыми глазами. Насладившись вдоволь, она приподняла край футболки и брызнула немного Кельвин Кляйн себе на живот. Мгновение спустя Айви заторопилась, будто счет пошел на минуты, быстро закупорила флакон и убрала его обратно в несессер. Убедившись, что все выглядит так, словно никто ничего не трогал, она наскоро привела себя в некое подобие порядка: намочила пальцы и подтерла растекшиеся тени, пригладила растрепанные волосы и коротко выдохнула, закрывая кран. Пора.
Джонзи сидел в постели по-турецки, уставившись в макбук. На певце не было футболки, и девушка видела торчащие из-под одеяла колени. Оставалось только гадать, стал ли Уорлоу утруждаться ношением нижнего белья. Выдавая задатки эксгибиционизма, он частенько щеголял топлесс на концертах, соблазняя чувствительных девочек-подростков симметриями татуировок на шее, руках, в верхней части спины и внизу живота. Однако, никакой одежды на полу более не виднелось, а значит, существовал шанс, что Джонзи не в костюме Адама. Так или иначе, в горле у Айви предательски пересохло.
Певец что-то печатал, и прошло несколько бесконечных секунд, прежде чем он оторвался от экрана и взглянул на поклонницу.
В груди Айви все сжалось в трепещущий комок.
Эта ухмылка на тонких губах, этот взгляд темных глаз из-под длинных ресниц, разбивший тысячи сердец. Кажется, есть такое выражение, «красив как дьявол», подумалось маленькой группи. Теперь она поняла, что оно значит.
Уорлоу притягивал к себе силой, не поддающейся рациональному объяснению. Айви была не прочь провести остаток вечности в гостиничных номерах, чтобы каждый вечер выходить после душа и встречать этот взгляд. Группи брала бы давно остывший чай со столика и садилась на кровать рядом с Джонзи, утыкаясь носом в его плечо и наблюдая, как он отвечает фанатам в Твиттере. Потом валлиец засыпал бы, добитый гастрольной усталостью, а Айви ставила будильник на утро, чтобы Уорлоу не проспал сборы, и укладывалась рядом. Она отключалась бы, укутанная его запахом и убаюканная звуком его дыхания…
– Я уже было подумал, ты утонула в душевой, – хохотнул Джонзи, отставляя макбук в сторону.
Айви смешливо фыркнула, сохраняя беззаботный вид, словно влюбленность не пропитала ее до кончиков пальцев.
– Я не настолько сошла с ума! – отмахнулась девчонка. – Я всего лишь в ней заблудилась.
– Вот ты глупыш. Для кого придумали GPS? – засмеялся Уорлоу.
Его улыбка казалась невероятно заразительной, но реальность ситуации наступала Айви на пятки.
– Мне пора, – поклонница выдавила подобие усмешки, но и оно вышло печальным. – Надо GPS-ить домой.