Чтение онлайн

* Антон Негрустуев появился в Верховном Совете в самую горячую пору - в период обсуждения бюджета.

Мимо него по коридорам сновали бесчисленные посетители - директора заводов, эмиссары правительства, представители крупнейших холдингов. Все с пухлыми портфелями в потных руках, - шла "борьба за строчку". Наметанный глаз по объему портфеля мог приблизительно установить, откуда прибыл ходатай и о чем именно собирается хлопотать.

На Антона, небрежно помахивающего тоненькой папочкой, озирались недоуменно и опасливо. На просьбу показать, где находится комитет по экологии, лишь снисходительно пожимали плечами, - не до глупостей.

Встречи с бескомпромиссным "крестником" Антон ждал с волнением. Но, когда разыскал две смежные комнаты, в которых располагался комитет по экологии, самого Кравчука на месте не оказалось. Впрочем и в отсутствие председателя жизнь в комитете кипела вовсю. Во всяком случае трое молодых людей, которых застал здесь Антон, безделием не мучились.

В приемной секретарша колотила по клавишам новомодного компьютера с азартом профессиональной машинистки. Субтильный паренек подле нее энергично разговаривал по телефону и в такт словам яростно разрубал слабой рукой воздух, явно пытаясь подражать самому Кравчуку. Во внутреннем, с распахнутой дверью председательском кабинете обосновался старший из трех. Не посягая на хозяйское кресло, он устроился за столом для заседаний, где принимал коллег и посетителей. Причем по его манере общения легко можно было определить должностной уровень и полезность собеседника. При появлении одних он вскакивал, внимательно, с выражением любезности, выслушивал и одновременно делал краткие пометки в блокнот, ухитряясь при этом не отводить глаз. Другим, напротив, сам отдавал краткие распоряжения, даже не предлагая присесть. Третьих, которых, очевидно, считал людьми своего уровня, усаживал на стул напротив и, доверительно пригнувшись, принимался шептаться.

Вошедший в приемную Антон искренне порадовался за Кравчука, сумевшего на удивление безупречно наладить деятельность собственного аппарата.

Через некоторое время на незнакомое лицо обратили внимание. - Вам что надо, гражданин?
– через открытую дверь окликнул Антона старший помощник.

Произнесенная фамилия Листопада подействовала на него магически.

– От Ивана Андреича!
– парень расплылся в улыбке, которая повторилась на лицах остальных.
– Он предупреждал, что подъедут. Что ж мнешься? Заходи, не стесняйся, осваивайся. Раз от Ивана Андреевича, ты здесь не чужой. Александр Петрович его очень уважает. Так что давай без церемоний. Тем более, похоже, сверстники. Ермаков. Штатный помощник.

Он протянул руку.

– Негрустуев. Первый вице-президент банка "Илис", - представился Антон.

Вальяжно распахнутая ладонь Ермакова тотчас сложилась в деликатную лодочку, а сам он почтительно отступил в сторону, придвинул гостю единственное кресло и, будто извиняясь за допущенную фамильярность, натренированным движением склонил голову.

В кабинет быстро вошел средних лет мужчина, зыркнул по сторонам.

– Где Петрович?!
– вопросил он.
– Второй день застать не могу. Опять где-то шляется?

– Александр Петрович привычки шляться не имеет, - суховато отреагировал Ермаков.
– В настоящее время отъехал на совещание в Моссовет.

– Меньше надо по Моссоветам болтаться. Я от вас третью неделю жду замечаний по нашему проекту. Сколько можно волокитить? Ермаков обиженно подобрался.

– Мы не волокитим, а прорабатываем, - отбрил он.
– Проектец Ваш передали экспертам. Кстати, по моему мнению, там не прорабатывать, а перерабатывать надо.

– Тебя забыли спросить. Как вернется, скажи, что заходил, - ехидство Ермакова нервному посетителю не понравилось.
– Да не забудь, писарь!

Он вышел. - Только и дел у Александра Петровича из-за всякого рядового депутатишки напрягаться, - оскорбленно пробормотал Ермаков. Подметил недоуменную реакцию Негрустуева.
– А что делать? Приходится фильтровать доступ к телу. Иначе - амба! Знаете, сколько подпись Александра Петровича стоит? Вот и рыщут, как волки. - Что? Александр Петрович берет?
– поразился Антон. - Еще чего? Он, может, один на всех, который...- Ермаков не договорил.
– Только тут такая закономерность, - чем меньше берешь, тем больше предлагают.

В голосе его прозвучала гордость за шефа, чуть-чуть приправленная досадой.

– А насчет Вашего документа, можете не беспокоиться. Там всё тип-топ. Лично проштудировал, - с прежней доверительностью успокоил помощник.

– У меня поручение посмотреть самому, - заупрямился Антон, - расторопный малый более ему не нравился.

Ермаков это чутко уловил, едва заметно изменился в лице, но вышколенность оказалась выше личных обид. Без звука извлек он из ящика красную папку с золотым тиснением "Комитет по экологии" и протянул Антону, указав на столик в углу.

И тут же с непоказной приветливостью просиял навстречу новому, возникшему за спиной Антона лицу: - Помним, помним, Вадим Кириллович. Еще бы для Вас, и не сделать. Уже всё готово.

– Что готово, то не считается, - заливисто засмеялся вошедший.
– Я за новым пришел. Петрович из Моссовета не вернулся?

Антон не веря собственным ушам поднял голову на звук очень знакомого голоса, и - точно, - в кабинет входил Вадим Непомнящий. Такой же живчик, каким запомнил его Антон по началу восьмидесятых. Даже волосы, подстриженные после прихода в комсомол, вновь разрослись и теперь, собранные на затылке в легкомысленный куцый пучок, потряхивались в такт ходьбе.

Непомнящий, поначалу скользнувший сквозь Антона безразличным взглядом, вдруг будто споткнулся и недоверчиво тряхнул головой:

– Ты-то здесь откуда нарисовался?

– А ты сам? - при виде самодовольного Непомнящего Антон почувствовал привычное раздражение.
– С мэров-то, знаю, скинули.

– Ски-инули! Понимал бы чего, валенок!
– с ехидством прежнего Вадички передразнил Непомнящий.
– Сам ушел. Потому что от каждой гниды вроде твоего Листопада подлянки ждать приходилось. Чуть строку бюджета не туда пустил, уже пошли наверх строчить. А как не пустишь, если все вокруг пасти раззявили? Не в тот рот кинул и - сел. Это ж горячая сковорода. А здесь я сам "бабками" рулю и - сплю спокойно. Да и власти реальной куда побольше. Так, Ермак? Ермаков согласно закивал и кивал бы долго, если б не нетерпеливый жест Непомнящего:

– Слушай сюда. Нам надо одну бумаженцию пролоббировать по льготному экспорту. Собираю голоса. Передай Петровичу: если поддержит, Вольфович ему взамен поможет с мигалкой на башню и чтоб ГАИ в сопровождение.

– А по линии экологии в ней ничего такого? Вы ж знаете, Александр Петрович очень щепетилен.

– Нормально с Вашей экологией. Там она на хрен никому не нужна, - Вадим засмеялся. Ткнул пальцем в Антона.
– А вот догадался, с чем ты здесь. Наверняка к Листопаду притерся. Смотри, не промахнись, Асунта! На вашу "минералку" сейчас Балахнин наехал. А Балахнин - не Вадичка. Вадичка человек беззлобный, можно сказать - душистый. Листопад его обосрал перед всей губернией, а Вадичка по доброте спустил. Даже не посадил. А вот Палыч другой, этот не спустит. Правда, до хитроумных листопадовских финтов не дорос. Надо же - чумное захоронение придумал!
– Непомнящий залился смехом. Посерьезнел.
– Но насчет кумпол кому раскроить, если дорогу перейдет, - это у него не заржавеет. Поимейте ввиду!

– С чего взял, что Балахнин?
– напружинился Антон.

– Должность у меня такая, - всё обо всех знать. Прощай, оруженосец!

Послав Антону издевательский воздушный поцелуй, Вадим выкатился из кабинета, и через секунду заливистый его голос понесся по коридору.

– Что у него за должность такая?
– поинтересовался Антон у Ермакова. - В смысле у Вадима Кирилловича? Как же Вы не знаете?
– в удивление Ермакова добавилось чуточку презрительности.
– Можно сказать, второй-третий человек в ЛДПР. Очень у нас уважаемый. Свести, развести, учесть интересы, - лучше его нет. Выдающийся, можно сказать, лоббист.