Чтение онлайн

Тася с мамой снова засуетились возле меня. Мама разбрызгала духи, заставила меня войти в ароматное облако и протянула клатч, Тася пыталась вдеть мне серьги, но я увернулась:

– Я в лифте вставлю. Обниматься не будем, платье может помяться.

Уже в пороге мама опомнилась:

– А во сколько ждать?

– Даже не знаю… Разберусь на месте и позвоню тебе, хорошо?

В лифте, как и обещала, я занялась серёжками. Тася мне подобрала двусторонние жемчужные гвоздики. Правую серьгу я застегнула быстро, а вот левая не поддавалась: в спешке винт никак не надевался на резьбу правильно. И кто только придумал серьги на винтах?! Они сами пробовали их застёгивать? Вот и первый этаж. Я вышла из лифта и остановилась, зажала клатч левым локтем и снова принялась за серёжку. Я сосредоточилась, для удобства наклонив голову на бок. Буквально через три секунды винт наконец нашёл резьбу. Я старательно закручивала серьгу, когда услышала звук, будто воробей чирикнул. Откуда здесь воробей? С таким же звуком мой телефон делает фото. Я резко опустила руки, отчего мой клатч с грохотом рухнул на пол, и повернула голову, пытаясь разглядеть «фотографа». Моему удивлению не было предела: на ступеньках лестницы стоял парень из троллейбуса и в руках у него был телефон. Наверно, сейчас я выглядела как кукла: руки и ноги чуть расставлены, а рот и глаза широко раскрыты. Даже не пыталась поднять свою сумочку, единственное, что мой мозг смог «сгенерировать» в тот миг – это белая простыня на бельевой верёвке, развевающаяся на ветру, что в моём случае обозначало отсутствие всяких мыслей.

– Мой вопрос «За кем прибыл к нашему подъезду принц на белой “Ауди”?» отпадает сам собой. – С этими словами он поднялся на несколько ступенек, подобрал клатч и протянул мне.

Я не пошевелилась и продолжала молчать, только мои зрачки следили за его движениями. Сегодня он был с распущенными волосами, отчего глаз практически не было видно, а светлые футболка-поло и шорты до колен ещё сильнее подчёркивали его загар.

– Значит, в прошлый раз ты меня обманула – нам всё-таки было по пути. – Видимо, мои ответы были не нужны, его и монолог устраивал.

Мой ступор прошёл, я взяла свою сумочку, отряхнула её и как можно спокойнее сказала:

– Удали фотографию.

– Что? – его брови почти сошлись на переносице, словно он не расслышал.

– Удали фотографию, – повторила я чуть громче.

– И почему я должен это сделать?

Парень поднялся ещё на одну ступеньку и теперь стоял прямо передо мной. Туфли на каблуках помогли мне смотреть ему прямо в глаза. И, как и в прошлый раз, они поразили меня своей глубиной, словно чёрная бездна: стоишь на краю, и голова моментально начинает кружиться, а сердце колотиться. Я не выдержала и сделала шаг назад:

– Ты ведь…

– Ты думаешь, я сфотографировал тебя? – На его губах появилась усмешка. – Сначала было обвинение в преследовании. Теперь я стал папарацци. Тебе не кажется, что это слишком? Или ты действительно думаешь, что мир крутится только вокруг тебя?

Он говорил всё это с улыбкой, но слова звучали, как обвинение. А действительно, с чего я взяла, что он сфотографировал меня? Смотрела же я в другую сторону. Мне стало не по себе от возможной ошибки, я часто-часто заморгала, не зная, что сказать. Снова извиняться перед ним? И почему при каждой нашей встрече я попадаю в такие ситуации? В этот момент в клатче завибрировал телефон, и пока я, его доставала, парень успел вызвать лифт, протянув руку над моим плечом. Двери открылись мгновенно. Я посторонилась, пропуская его, но прежде, чем лифт закрылся, наши глаза снова встретились. Я так и не сумела произнести «извини», в руке продолжал вибрировать телефон. Нажала сброс, пару раз глубоко вздохнула, пытаясь вернуть спокойствие, и по ступенькам зашагала к выходу. Теперь в моей голове вместо белой простыни появилась одна мысль «Он мой сосед?!!». А ведь я думала, что таких совпадений не бывает. Ну почему нам повезло переехать именно в этот дом, в этот район?

После темени подъезда даже начинающиеся сумерки неприятно резанули по глазам. Я прикрыла их ладонью, пытаясь увидеть Фила.

– Я уже начал волноваться, – услышала я его голос и повернула к нему голову.

Филипп выглядел дорого и стильно в своём темно-синем костюме. Но то, что он широко улыбался, был без галстука и небрежно заложил руки в карманы брюк, убрало ощущение официальности и строгости.

Я сделала несколько шагов в его сторону, потом остановилась, повернулась на вокруг своей оси и замерла.

– Ну как? Ты доволен?

– Выше всяких похвал, – сказал он, не переставая улыбаться, – на манекене выглядело хуже.

– Не переусердствуй в лести, – ответила я, подходя ближе.

– Это комплимент. Привыкай. Думаю, сегодня ты услышишь их не мало.

С этими словами Фил распахнул передо мной дверь машины. Я, как и советовали мама с Тасей, как можно аккуратнее села на сиденье. Когда Филипп занял свое место рядом со мной, я сказала:

– Моя задача на сегодня не собирать комплименты для себя, а сделать так, чтобы завидовали тебе. А некоторые даже приревновали.

– Ты справишься на все сто. – помолчав, Фил добавил: – Честно говоря, не ожидал, что ты сможешь выглядеть настолько шикарно. Только надо что-то сделать с твоими ушами.

Я машинально схватилась за уши, проверяя, на месте ли серёжки.

– А что с моими ушами? – спросила я, нащупав обе серьги.

– Они красные, – и, пока я рассматривала свои пылающие уши в зеркало, продолжил: – Наверно, вспоминает кто-то.

Черные глаза и усмешка этого «кого-то» встали у меня перед глазами, но я отогнала видение, как назойливую муху, и сказала:

– Не могла долго с серёжками справиться, да и не носила их давно…

Филипп понятливо кивнул и сосредоточился на дороге. Моё настроение улетучивалось на глазах. Ну как можно показаться на людях с ушами, алеющими как маков цвет?

– Может, стоит волосы распустить? – предложила я.

– Зачем же так радикально? Подожди минуту.

Я ничего не стала спрашивать и снова отвернулась к окну. Если он думает, что через минуту мои уши «остынут», то я в этом глубоко сомневаюсь. Блин, ну почему этот парень встретился мне именно сегодня? Через минуту Филипп затормозил у обочины и вышел из машины. Я огляделась по сторонам – мы были на остановке, от которой до галереи ехать ещё минут пятнадцать. Фил обогнул машину и направился к небольшому магазинчику и через несколько минут вышел оттуда с чем-то в руках.

– Держи, – он протянул две маленькие запотевшие бутылки с газированной водой, – приложи к ушам.

Я сделала, как он советовал, и пробормотала «спасибо». Филипп посмотрел на свои часы:

– Время ещё есть, так что постоим здесь немного. Остывай.

Он включил радио, и из динамиков полилась романтическая мелодия. У меня была одна привычка: неосознанно связывать музыку и события. Вступление ещё не закончилось, а я уже знала, что где бы теперь меня ни застала эта песня, я всегда буду вспоминать, как сидела в машине с холодными бутылками возле ушей и мужчину рядом со мной, который отрешённо смотрит вдаль через лобовое стекло, непроизвольно барабаня пальцами по рулю в такт музыке.

Do you need some time…on your own

Do you need some time…all alone

Everybody needs some time…on their own

Don't you know you need some time…all alone 1

“Тебе нужно немного времени…” Я была благодарна Филиппу за то, что он подарил мне эти минуты, они вернул мне душевное равновесие. С последними аккордами песни я положила бутылки на заднее сиденье и сказала:

– К бою готова.

Фил завел машину, и мы продолжили путь. Мое вместе с спокойствием пришло воодушевление, и я вновь стала предвкушать наше появление на торжестве. Неожиданно я спросила:

– Послушай, а почему вы расстались? – поняв, что это выглядит абсолютно бестактным, попыталась исправит ситуацию: – Если хочешь, можешь не отвечать.

– Честно говоря, я и сам не знаю, – не отвлекаясь от дороги, сказал Филипп. – Мне казалось, что у нас всё хорошо. Не то чтобы мы думали о свадьбе. Я был счастлив рядом с ней, надеялся, что и она тоже. Оказалось, заблуждался.

Он замолчал, словно снова складывал пазлы их отношений. Я корила себя на чем свет стоит, что затеяла этот разговор. Неожиданно Филипп снова заговорил: