Чтение онлайн

Две девчонки, точно бойцы на ринге, обходили друг друга, гримасничая и делая резкие агрессивные движения, служившие прелюдией к драке. Или это какие-то особые па самовосхваления? Я, если честно, мало смыслю в танцах. Особенно в таких.

— Может, разнимем? — Вереск снова превратился в себя прежнего. Ну, почти.

— На хрена? — искренне удивился я, потому что назревало что-то явно интересное.

Герангианка с трудно запоминаемым именем схлестнулась с квазарой. Да это же просто праздник какой-то! И вопила тоже, подозреваю, она — тощая «воительница» с раскрашенным лицом. Ее голосовые экзерсисы я запомнил с просмотра записей с отбора. Странновато, жутковато, но завораживает.

На сцену эта представительница коренного населения (в конкурсе участвуют и другие аборигены) выйдет только завтра. Но нам, похоже, выпал шанс насладиться ее дикими плясками прямо сейчас. Правда, есть одно но — герангианка в программе заявлена как музыкант, а не как танцор. Или она и швец, и жнец и на дуде игрец?

Любопытно!

Девчонки продолжали сходиться и расходиться, отбивая ногами ритм. Кто-то из зрителей поддержал их хлопками. Затем к хору звуков присоединились духовые — ребята из оркестра как раз собирались репетировать на воздухе. За ними подтянулись и другие инструменты.

Прямо на наших глазах зарождалось нечто новое: танец, которого раньше не было, мелодия, которой тоже не существовало прежде — это было шоу, достойное второго тура. Страсть, накал, соперничество, злость! Девчонки разве что не искрились, соревнуясь в своем превосходстве.

Смотрел бы и смотрел… но тут опять очнулся Вереск.

— Это надо прекратить! — заявил он, ринувшись сквозь толпу к танцовщицам.

— С чего вдруг? — удержал его я.

— Она слишком агрессивна.

— Молния?

— Вторая. — Воздушник хмурился, неотрывно глядя на девушек.

То есть он за квазару так распереживался? А ничего, что она на голову выше тощей, как шпала, аборигенки? И что Молли Вега прежде всего хорошо обученный ночной страж, а потом уже участница конкурса талантов. Или он боится, что у квазары сдадут нервы, и она прихлопнет расписанную триколором выскочку, вызвав тем самым международный скандал?

В принципе, возможно.

В этот самый момент девчонки, правда, столкнулись, и мелкая ожидаемо отлетела под одобрительно-осуждающий гул толпы. В том смысле, что кто-то осуждал, а кто-то, наоборот, поддерживал такое развитие событий. Музыка, оборвавшаяся на пару секунд, возобновилась, став еще драматичней, едва поверженная участница танцевального спора поднялась и воинственно зарычала, намереваясь кинуться на соперницу… вряд ли с мирными намерениями.

— Все! — Вереск ринулся, расталкивая толпу, к двум агрессивно настроенным самкам, поспорившим за территорию. Или еще за что-то поспорившим. Кто этих баб разберет? Особенно когда они из числа квазар с герангами.

Интерес к происходящему я потерял почти сразу. Стоило воздушнику применить свою силу и принудительно развести обеих задир на безопасное расстояние друг от друга, как музыканты перестали играть, а зрители начали расходиться, и только дроны с журналюгами кружили вокруг, будто стервятники, пытаясь выяснить суть конфликта.

Я же побрел прочь, думая, куда бы еще заглянуть, чтобы столкнуться там не с Ядвигой или Молнией, а с Ришей или Николеттой. Словно отвечая на мой мысленный запрос, ветер принес отголоски песни. И по телу, как тогда, на лестнице, разлился уже знакомый ток.

Оглянувшись по сторонам, понял, что только меня торкнуло. Остальные даже головы не подняли в поисках исполнительницы.

Это, вообще, нормально?

Покосившись на стрекозу, которая напоминала брошь, приколотую к моему плечу, я вопросительно выгнул бровь. Лита сделала вид, что не понимает.

— Она поет? — спросил прямо, имея в виду Ришу, хотя правильней было бы предположить, что в вокале упражняется Николетта.

— Она, — подтвердила стрекоза.

— И слышу только я ее?

— Ну-у-у… — протянула моя голосовая помощница, глядя в сторону. Разве что насвистывать не начала, изображая непричастность так старательно, что сразу стало ясно — ее работа.

— Где она? — уточнил, активируя браслеты. Если голос до меня доносится из-за манипуляций Литы, ориентироваться на слух глупо.

— Высоко, но недалеко. Сам ищи, — фыркнула паршивка и упорхнула.

Помогла, угу! Опять что-то с Иоши мутят, а мне приходится играть по их правилам.

Выругавшись себе под нос на парочку инопланетян, надежно обосновавшихся в нашем цифровом пространстве, я полетел вверх.

Высоко и недалеко… на крыше, что ли? А на какой?

Вопрос отпал сам собой, когда увидел знакомую невысокую фигурку, сидящую на парапете. Рыжеволосую!

Она всерьез решила, что это может сбить меня со следа? Наивная! Единственное, в чем касаемо Риши я был уверен на все сто — это в ее уникальной способности перевоплощаться, иначе бы давно уже нашел. Не девушка — а мастер маскировки!

Значит, она певица… Круг сужается.

Ирина Снежина

— Попалась!

Да блин!

Мало того что я собственным пением захлебнулась, так еще и чуть с крыши не сверзилась. Ну как… КАК он меня нашел? Я же выбрала место подальше от тренировочного комплекса с его открытыми площадками, чтобы никто меня тут не видел и, в идеале, не слышал.

Нет, не так! Почему Иоши не предупредил о появлении ведьмака?! Он же в курсе, что мы… то есть я от Огненного скрываюсь. Тогда почему промолчал? Заслушался моим пением, да? Оба заслушались? Эти болтливые пчелы, вообще, помощники или вредители?

— Совсем чокнулся так пугать?! — пошла в атаку я, вскочив на широкий каменный парапет, опоясывающий плоскую крышу тренировочного комплекса, и предусмотрительно отбежав подальше. Шага на три-четыре. Моих. — А если бы я упала?

— Поймал бы! — заверил Кай, довольно (или злобно?) скалясь. Проникаться чувством вины лидер «Стихий» совершенно не собирался. Особенно гипотетическим. Он медленно шел за мной, выдерживая дистанцию, создававшую для меня некую иллюзию свободы, а для него — возможность сцапать добычу при желании в два… даже в один прыжок — с его-то ростом! — Но ты же у нас не падаешь, а прыгаешь обычно… на свой эш-борд. Кстати, где он?

Ведьмак огляделся в поисках Лос, которая пряталась под невидимостью даже в пассивном состоянии. Я же того… замаскировалась. От него, кстати. Цвет волос сменила, новый наряд надела, летающую доску якобы не взяла. Думала, рыжая шевелюра вызовет у Огненного ассоциацию с Ядвигой, которая его преследует, и он точно не узнает во мне меня. Но у упрямого стихийника либо нюх на мою скромную персону, либо хорошие информаторы.

Раздумывая об этом, я снова покосилась на пчелок, которые продолжали сидеть, сложив лапки, и делать вид, что лишились дара речи. Разом… оба… вот же артисты! Зато смотрели они на нас во все четыре глаза… не столько пчелиные, сколько анимационные. И это выглядело так мило! Прониклась бы, не пребывай в столь щекотливой ситуации.