Чтение онлайн

— Иди ко мне, моя похотливая самка, — усмехаюсь, обхожу стол и вжимаю ее в себя.

Леван

Мы с Эмином на бизнес-конференции. Рутинное мероприятие, на котором я обязан присутствовать, как представитель нашей компании. В общем нам плевать, что здесь происходит, мы просто мелькаем в этом кругу, как новые персоны, презентуя себя. Мне всегда дико скучно на таких сборищах, но сейчас я, как никогда, бодр, даже напряжен. Во мне кипит огонь ярости и агрессии по отношению к спикеру, который в данный момент распинается за трибуной.

Тарас…

Я не знал, что эта мразь здесь будет. Мы и раньше косвенно сталкивались… Но сейчас у меня очень много личного к этому мудаку.

Сглатываю, дергая ворот рубашки, дышу глубоко, но, кажется, вдыхаю серную кислоту. Мне противно дышать одним воздухом с этой мразью.

Надменная, высосанная мразь. Глаза алчные, блестящие. На вид солидный, а внутри гнилой. Ну не может нормальный мужик насиловать и бить женщину, жену, мать своего ребенка. Только за то, что она ему родила, он должен ее боготворить.

Сжимаю кулаки, ломая в руках ручку, осколки которой впиваются мне в ладонь. Оглядываю зал. Боится мразь за свою шкуру – по периметру минимум пара охранников, сливающихся с толпой, как цепные псы следят за хозяином.

Эмин переводит на меня взгляд, обращая внимание на раскрошенную ручку.

— Иди подыши, — наклоняясь ко мне, советует друг.

Он прав: если я не возьму себя в руки, то начну убивать эту падаль прямо здесь, и его охрана меня поломает. Поднимаюсь с места, со скрипом отодвигая стул и обращая на себя внимание. Тарас запинается, поворачиваясь в мою сторону. На секунды цепляемся взглядами. И я понимаю, что он знает, кто я. Так даже лучше. В его взгляде надменность и пренебрежение, в моем – обещание кары. Смотри, падаль, и читай в моих глазах свою участь. Я буду не я, если не добью тебя.

Тарас отворачивается и продолжает речь. Выхожу на воздух. Холодно, но я не одеваюсь, кровь кипит, жарко, дышать нечем. Прикуриваю сигарету, глубоко затягиваюсь, пытаясь успокоить нервы. Мне нужна холодная голова. Сгоряча я могу сделать всем нам хуже.

Набираю своего человека в охране Тараса. Времени прошло мало, но моя женщина без дочери страдает каждую минуту, и меня душит жажда расправы.

— Есть что-то весомое? — без приветствий интересуюсь я.

— Кое-что есть…

— Не по телефону, через пару часов встретимся, — скидываю звонок и молюсь всем богам и даже дьяволу, чтобы это «кое-что» было весомым. Руки не просто чешутся, они уже горят от желания раскроить этому ублюдку морду.

Докуриваю сигарету, следом прикуриваю еще одну, звоню Яне.

— Привет, — смягчаю голос.

— Привет, — отзывается она, и на душе становится немного легче. Ее голос успокаивает.

— Будь готова к восьми, у нас небольшое мероприятие в компании по поводу сдачи крупного объекта.

— Хорошо, — голос снова равнодушный. Ее положительные ответы звучат вынужденно. Меня это корежит. Ломает не по-детски. И вроде бы все хорошо. Со мной рядом идеальная женщина, в постели отдается безоговорочно, на работу провожает, ужины готовит, покорна, истерик не устраивает, сцен ревности тоже, никаких лишних вопросов не задает. И я только сейчас понимаю, что это полное равнодушие, а не покладистость. И ведь раньше мне было плевать на чувства других, потому что у меня их не было, никто не волновал меня так, как Яна. Я даже не полагал, что меня так понесет. Месяца, кажется, мало и тела ее мало, запаха мало, вкуса мало, голоса ее мало.

Любовь, сука, накрыла с головой, до безумия.

Вот так она выглядит?

Жестоко…

— Что надеть?

— Будь самой шикарной женщиной этого вечера, — прошу я. — Надень что-то, что подойдет под сапфиры.

— Леван… — выдыхает.

Да знаю я все, ей ничего от меня не нужно, и это тоже бесит. А мне хочется, чтобы было нужно. Все. Как мне от нее.

— Я все сказал. Будь готова к восьми, — категорично отрезаю я и сбрасываю звонок.

Грубо. Ну не могу я сдерживаться. Характер не тот. Слишком вспыльчив. А с ней как-то по-другому нужно. Аккуратно, нежно, медленно. А я хочу все и сразу. Я максималист. Жизнь коротка, и нужно брать от нее все и сразу.

Возвращаюсь в конференц-зал и снова завожусь, оттого что Эмин общается с Лариным. Ухмыляется, покачивая головой. Могу его понять – он ничего не делит с этим мужиком, у него нет к этой мрази претензий. Ничего личного, только бизнес.

Беру себя в руки, расслабляю скулы, натягивая ухмылку, подходя к ближе.

— Вынужден покинуть вас, обсудите и сообщите, если решение будет положительным, — выдает Ларин и спешно покидает нас, кидая на меня непроницаемый взгляд.

— Что мы должны обсудить? — интересуюсь у Эмина.

— Твою личную жизнь, — ухмыляется друг.

— Как, сука, интересно, — сквозь зубы цежу я. — Ну, давай осудим.

— Остынь, пойдем, обсудим по дороге в офис, — отвечает Эмин.

Садимся в машину, водитель трогает с места, а Эмин молчит, просматривая бумаги.

— Интригу оценил, может, уже объяснишь? — холодно интересуюсь я.

— Нельзя мешать личное и бизнес, — изрекает Эмин.

— Это мне говорит тот, кто женился по расчету, — оскаливаюсь я.

— Поэтому и говорю: боком потом выходит. У Ларина было для нас очень выгодное предложение. Очень выгодное и нужное нам! — повторяет он, выделяя.

— Но? — выгибаю брови, начиная закипать, когда Эмин выдерживает паузу.

— Но при условии, если ты вышвырнешь на помойку свою подстилку, — выдает он мне. И меня срывает. Никто не смеет так называть мою женщину, я такие вещи не прощаю, особенно близким.

— Ты охуел! — хватаю Эмина за грудки, встряхивая. — Я язык тебе отрежу и тебе же скормлю, — агрессивно выпалываю я.

— Успокойся, это было не мое мнение, а цитата от Ларина, — рычит Эмин, отрывая от себя мои руки.

Выдыхаю, откидываюсь на сиденье, закрывая глаза.

— Извини, перекрывает меня. Ради сделки отказываться от Яны не буду. Могу вообще сложить свои полномочия в компании, вывести активы и уйти.

— Не пыли, не будет никакой сделки. Нам никто не будет ставить условия. Бизнес на эмоциях и личном не построишь, а у него тоже личное.

— Спасибо, — встряхиваюсь, пытаясь вернуть себе вменяемость. Я закопаю эту мразь. Скоро условия буду ставить я.

***

Открываю футляр с комплектом, достойным моей королевы. Длинные серьги и кулон на цепочке. Платина и насыщенно синие каплеобразные сапфиры. Ей будет очень к лицу, она достойна самого лучшего. И я готов ей все это отдать, только ведь не возьмёт. Закрываю футляр, тушу сигарету в пепельнице.

— Да! — отвечаю на стук в дверь моего кабинета. Тимур входит, снимает кожаную куртку, кидая ее на диван.

Следом за ним вбегает моя секретарша, подавая кофе. Он долго ее благодарит, расхваливая блузку и рассыпаясь в комплиментах.

Ну что вы сегодня все меня, сука, выводите из себя!

— Татьяна, свободна, — рявкаю, обрывая их флирт. Секретарша убегает. Посматриваю на часы: уже шесть, в восемь мне нужно забрать мою королеву на прием. Мероприятие публичное, но будет тесный круг. Хочу отвлечь ее. — Давай, Тимур, хоть ты не тяни. Сразу к делу.