Чтение онлайн

— Ну так пригласите, — улыбнулся Хёншик, уверенный, что женщина стушуется. Но тётя оказалась не робкого десятка, подошла к Ён Хи, что-то сказала, взяла её за руку и повела к нему.

— Вот, теперь другое дело. А то непорядок, что пара разлучена.

У Ён Хи так выразительно покраснели щёки, что это стало заметно даже в темноте. Сердитый на тётю, Хёншик не придумал ничего лучше, чем обнять её за плечи и увести в сторону.

— Ты смущена?

— Да.

— Почему? Мы не первый раз на людях.

— Одно дело, когда это посторонние, которых я не знаю. И совсем другое — наши семьи. Они задают много вопросов. Все они. Подробно интересуются, а я боюсь проколоться и сделать что-нибудь не так. Мама сегодня мне допрос устроила, заперла дверь и требовала ответов. Мы опять поругались. Я едва удержалась, чтобы не сболтнуть лишнего.

— Твоя мама — та ещё штучка. Почему ты ей позволяешь так поступать?

— Она и к тебе приставала? — Ён Хи с ужасом посмотрела на него, словно не услышала вопроса. Хёншик не стал настаивать на ответе.

— Зажала меня утром на кухне, допрашивая, серьёзные ли у меня намерения. Потом когда я только вышел из душа, вошла проверить, не надо ли чего в комнате. Сказала, что думала, здесь никого нет.

— Мама всегда такая. Она раньше не позволяла мне оставаться одной, даже в туалете. Всё боялась, что со мной что-то случится. Я же у них единственная.

— Как тебя отпустили в Сеул?

— Я сбежала. Не спросила их, накопила немного денег, нашла работу по объявлению и уехала. Был скандал, но потом они смирились.

— Кстати. Мы же типа встречаемся больше 100 дней.

— И?

— Моя бабушка допрашивала, что я тебе дарить собираюсь. А мы не заехали за подарками.

— Ох, я ведь тоже …

— В общем, — он достал из кармана тканевый мешочек на завязках и оттуда на мужскую ладонь выпала красивая подвеска. — Если бабушка не увидит это на тебе, она мне покоя не даст.

— Очень красивое, — похвалила Ён Хи, пока он застёгивал украшение на её шее. — Я потом верну. Наверное семейная реликвия.

— Да. Дедушка подарил ей на помолвку.

— Ой… Выходит твоя бабушка тоже давит на тебя.

— Да не переживай, это их успокоит. Бабушка уверена, что до своей смерти обязана женить всех совершеннолетних потомков.

— Но я ничего не подарю тебе.

— Скажем, что ты подарила сертификат. У меня какой-то есть в сумке, фанаты дарили.

— Хорошо. Прости, что моя мама к тебе пристаёт. А твои родители что говорят?

— Мама ничего, понимает мою занятость и жизненные цели. А отец сказал, что мужчина сам должен решать такие вопросы.

— Поэтому он меня вчера за ужином допрашивал, что у нас и как?

— Отец?! Я с ним поговорю.

— Не нужно. Это только подозрения вызовет. Думаю, они не хотят надоедать тебе, но им интересно, чем ты живёшь за кадром. Вот и спрашивали, ходим ли мы куда, как ты спишь и питаешься. Предполагается, что я должна всё знать.

— Звучит логично. Я в последнее время мало внимания им уделяю. Это моя вина. Надо поблагодарить, чо не донимают.

— Я бы тоже не отказалась, чтобы моя мать поменьше вопросов задавала.

— Для твоей матери вообще существуют темы, на которые она не станет говорить? Вопросы, которые не задаст?

— Не знаю. Мне кажется, она хочет контролировать абсолютно все аспекты моей жизни. Утверждает, что живёт ради меня и обязана позаботиться обо мне. Если подумать, у нас в семье всегда была табуирована тема секса. Мама очень смущалась, если я заставала их с отцом обнимающимися. А целующимися я их вообще никогда не видела.

— Значит, если мы проявим нежность в её присутствии, она отстанет?

— Я не знаю, правда! Мне уже кажется, её ничто не остановит. Поэтому я и сбежала в Сеул, подальше от неё.

— Ладно, не заводись. Разберёмся.

— Дорогие, пойдёмте пить чай! — позвала их мама Хёншика.

— Пойдём? — уточнил Хёншик у девушки. Она молча кивнула. За чаем им снова задавали вопросы, просили показать совместные фотографии и выражали своё мнение об их паре. Хёншик с Ён Хи решили промолчать о том, что приняли участие в шоу для парочек. Родители так или иначе узнают, но лучше поздно, чем заранее. Его бабушка обратила внимание на подвеску и похвалила за внука за красивый подарок. Теперь все стали вспоминать, кто кому что дарил на 100 дней и помолвки. Ён Хи с каждой минутой всё сильнее краснела и смущалась. Хёншику тоже стало неловко от всех этих разговоров и немного стыдно за обман. Поэтому он извинился перед семьёй за них обоих и увёл Ён Хи.

?

Когда они вернулись в свою комнату, в глаза мужчине бросились две деревянные уточки в изголовье их кровати.

— Да ладно! — воскликнул он, беря их в руки.

— Вот же мама! Ну я ей устрою.

— Это не твоя мать. Это моя бабушка.

— Бабушка?

— По традиции семья жениха дарит их в качестве символа супружества. А эти я уже видел, они бабушкины, хранит для молодых поколений и передаёт перед свадьбой.

— Кажется мы открыли ящик пандоры, решив поиграть в пару.

— Никто не обещал, что будет легко. Ён Хи откинула одеяло на своей половине кровати и устало села. Но почти сразу подскочила, услышав странных хруст. Подняв простыню, девушка вытащила бумажную записку с китайскими иероглифами.

— А это что?

— Оберег на деторождение, — ответил актёр, изучив текст. — Тоже бабушка постаралась. Она обожает такие штуки.

— Я думала, они нам не верят, раз так подробно расспрашивают, — сказала Ён Хи, подойдя к комоду и пряча оберег среди белья в выдвижном шкафчике. — Но вот это всё…

— Ну сейчас это проделки моей бабушки. Что же до твоей матери... Может, если бы ты не устроила ей разнос насчет постельного, она бы не сомневалась. А так заподозрила неладное.

— Твои тоже что-то подозревают, так смотрят странно. Особенно тётя. Она с нас глаз не спускала сегодня.

— Тётя меня бесит. Больше десяти лет не приезжала, а теперь возомнила себя главной свахой.

— Тихо. Кто-то идёт. — Ён Хи прислушалась к шагам на лестнице, к лёгкому скрипу половиц. — Это мама. Она сюда идёт!