Чтение онлайн

— Нет, — ответил мужчина своему отражению в зеркале. — Ты всё ещё её хочешь. Но хорошего понемножку. А теперь за работу.

?

После обеда отец Тэгёна написал, что менеджера сегодня выпускают из больницы на амбулаторное лечение дома. Тэгён хочет остаться в своей квартире, уже научился ходить на костылях. Они с матерью будут приезжать, помогать ему. В ответ Хёншик написал, что сам его заберёт и привезёт домой. Отец был благодарен, им с матерью хотелось пробежаться по магазинам, накупить еды и вкусностей для сына, а ещё следовало заглянуть в аптеку.

Тэгён оказался искренне рад видеть своего подопечного, хотя хмурый взгляд и виноватый вид его слегка напряг. В машине Хёншик расспрашивал его о лечении и дальнейшей реабилитации. Уже в квартире, когда менеджер удобно устроился на мягком диване, актёр встал перед ним, полный решимости.

— Так. Что случилось? — вопросил менеджер. — Ты выглядишь как нашкодивший щенок, рассказывай уже.

Хёншик долго не мог подобрать слова, ожидал бурю эмоций и никак не решался. Но поговорить нужно. Он и так опоздал с этим.

— Хён.

С лица Тэгёна тут же сошла улыбка.

— Стоп. Это то, о чём я думаю?

— Хён, это случайно получилось.

— Ты что, переспал с ней?!

— Я хотел, чтобы ты узнал от меня. Это не было запланировано. Мы просто поддались эмоциям. Слишком много скиншипа пришлось демонстрировать в последнее время и…

— Мы? — перебил его Тэгён. — Разве дело в скиншипе?

Хёншик нервно сглотнул. Признаваться в чувствах даже самому себе он остерегался. А уж озвучить их вслух...

— Не я переспал, а мы переспали. Я думал, она будет холодна ко мне. Но нас обоих накрыло. И…

— Накрыло?! Ты же мне обещал! Я говорил тебе, что понимаю, как сложно ей будет устоять. Но она отлично справлялась. А ты меня убеждал, что она совсем не твоём вкусе! Ты намеренно её совратил?! — бесновался Тэгён, вскочив с дивана и проковыляв к нему. Он схватил Хёншика за ворот рубашки. — Скажи мне честно, это намеренно!?

— Нет. В тебе обида говорит. Она не твоя собственность, чтобы ты предъявлял мне претензии. И не моя, — ледяным тоном произнёс актер и уже мягче добавил: — Она хотела. Я хотел. Всё было обоюдно. Это правда были эмоции, притяжение из-за частого физического контакта.

Тэгён пожевал губу, отпустил его и плюхнулся на диван. Хёншик смотрел как старый друг уперся локтями в колени, сцепил пальцы, нахмурился. Расстроился конечно. Но он должен был признаться, не простил бы себе, если бы скрыл факт их связи.

— Мы поговорили. Она сказала, что не хочет, чтобы что-то менялось. Не планирует перестраивать свою жизнь.

— То есть?

— Мы переспали, но мы не в месте. Договорились, что продолжим дальше сотрудничать. Надо выяснить, кто и зачем распространяет слухи обо мне. После того скандала ничего не закончилось. Она тоже хочет узнать, потому что теперь и её коснулось.

— Это детали. Я ведь берёг её, даже не прикасался почти, а ты! Ты же знал как сильно она мне нравится! Я даже детям нашим имена придумал, понимаешь?

— Хён.

— Не хочу. Не рассказывай мне ничего больше.

— Послушай. Она всё ещё свободна. Я спросил, нравится ли ей кто-то и она сказала да. Возможно это ты. Я постараюсь сделать так, чтобы мы с ней больше не оставались наедине. Я и вчера так хотел. Пришёл просто, чтобы поговорить.

— Вчера?! Это произошло вчера?!

Хёншик закрыл глаза и укусил себя за губу, пояувствова солёный привкус крови на языке. Ну зачем проболтался?! Не обязательно же было такие говорить подробности. Ещё бы сболтнул про три раза. Дурак.

— Я спрашивал её, есть ли причины нам остановиться. Думал, может ты уже объяснился с ней. И с тобой планировал поговорить.

— О чём?! О том, что хочешь увести у меня девушку?

— О том, что между нами искрит и с этим надо что-то делать, — так же эмоционально ответил актёр. — Я ведь не железный. Она тоже не каменная, как мне казалось. В любом случае, всё кончено. Ён Хи ясно дала мне это понять. Мы просто выпустили пар. Но тебе стоит ей признаться. Поговори с ней о своих чувствах, дай ей понять, насколько всё серьёзно.

— Я не говорил, потому что ты велел мне дождаться конца вашего контракта! — произнёс Тэгён, постепенно повышая голос.

— Это моя ошибка. Ты должен ей сказать и обозначить свои намерения. Я отдалюсь, обе…

— Вот не надо! Не обещай! Ты не умеешь сдерживать обещания.

— Хён, это первый раз…

— И надеюсь единственный. И нет, я не могу признаться ей прямо сейчас. Вы же только вчера… Даже если она к тебе ничего не чувствует, её тело чувствует. Она меня точно отвергнет в таком настроении.

— Понимаю. Я смогу держать себя в руках. Напряжение уже отпустило. Она взрослая женщина. Независимая. Пусть сама решает. Только не тяни с объяснением. Она должна понимать, что ты чувствуешь и иметь представление, на что может рассчитывать.

— А если она выберет тебя?

— Давай решать проблемы по мере их поступления.

— Проблемы? Она для тебя теперь проблема?!

— Хён, успокойся! Ты же понял, о чём я. Проблемы у нас с тобой из-за неё.

Тэгён молчал.

— Если ты решишь, что тебе некомфортно со мной работать в будущем…

— Заткнись. Я зол сейчас, это правда. Но я не буду ничего менять. Я работаю только с тобой и никакая женщина на это не повлияет. Да, она мне нравится и я буду за ней ухаживать. Теперь уже открыто. А ты не лезь. И не оставайся с ней наедине.

— По рукам. Но наш контракт в силе, мы еще будем появляться вместе, проявлять привязанность. Ты не должен мне после каждого раза предъявы кидать.

— Не буду.

— Знаешь, это моя ошибка. Я изначально не должен был тебе ничего обещать. И мы с тобой не имели права её делить.

Тэгён поднял на него тяжёлый взгляд, вздохнул.

— Ты прав. Она самостоятельная женщина, и мы не в средневековье.

Ну вот и поговорили. Хоть легче не стало, он сделал то, что должен. Было бы предательством скрывать от старого друга такие вещи. Теперь всё прозрачно. И да, Ён Хи пусть сама решает, чего хочет и с кем будет. Впрочем себя объектом её выбора он не видел.

?

Прошло всего несколько спокойных дней. Съемки новой дорамы были в самом разгаре, когда Хёншик заметил, что женская часть стаффа странно смотрит на него. Ну что опять случилось?! Когда объявили перерыв, он ушёл в свою гримёрку, благо снимали на студии. Там, вдали от чужих взглядов, уже предполагая проблему, мужчина открыл интернет. Первый же заголовок вопил: