Чтение онлайн

– Знаю, ты хочешь сказать, что тебе нужен другой Сполдинг, лысый, в очках. – Дэвид поцеловал ее пальцы.

– Его нет, он испарился.

– Ты рассудительная молодая леди.

– Не такая молодая… Об этом я и хотела тебе сказать.

– Все ясно. Вы – древняя старушка. Давно уже на пенсии и хотели бы обратиться за помощью в органы социального обеспечения. Ну что же, посмотрю, что я могу сделать для вас.

– Прекрати дурачиться, глупый мальчишка!

– Не такой уж я глупый…

– Я не требую от тебя обязательств, Дэвид, – перебила она. – Я хочу, чтобы ты знал это, но не знаю, как тебе объяснить. Все произошло так быстро.

– Все произошло естественно. Не нужно никаких объяснений.

– И все-таки попытаюсь кое-что объяснить. Я не ожидала от себя такого…

– И я не ожидал, что ты станешь моей. Возможно, где-то в глубине души я надеялся на это, не стану отрицать… Но никаких планов я не строил. Никто из нас не готовился к этому заранее.

– Не знаю. Думаю, я готовилась. Мне кажется, что еще вчера, впервые увидев тебя, я решила: ты будешь моим. Это тебя шокирует?

– Нет. Ты же не из тех, кто совершает опрометчивые поступки.

– Наверное, ты прав… Я – существо эгоистичное. Эгоистичное и испорченное. И веду себя отвратительно.

– Потому что не спишь с кем попало?

Дэвид поцеловал ее в глаза – ярко-синие, как никогда, в лучах предзакатного солнца, пробивавшихся сквозь решетчатые жалюзи. Она улыбнулась, обнажив сверкающие белые зубы.

– Это действительно непорядочно. Наверное, я не патриотка. Отказываю всем в своей любви, чтобы подарить ее труженику тыла.

– Вестготы не одобрили бы это. Вояки идут вне очереди, как слышал я.

– А мы им ничего не скажем. – Она прижалась к его груди. – О, Дэвид, Дэвид!..

– Надеюсь, я вас не разбудил? Я не стал бы звонить вам, если бы не был уверен, что вы не осудите меня, когда узнаете, в чем дело.

В голосе Грэнвилля слышалась неожиданная для Дэвида забота.

– Как вы сказали?.. О, конечно же нет, сэр. Я как раз собирался вставать. – Сполдинг взглянул на часы. Было три минуты десятого. – Простите, я, кажется, заспался.

На столе, возле телефона, лежала записка. От Джин.

– Ваш «друг» связался с нами.

– Друг? – Дэвид развернул записку.

«Милый, ты так крепко спал, что я не решилась тебя потревожить, – писала Джин. – Уехала на такси. Увидимся сегодня же утром. В нашей „Бастилии“. Твоя птица Феникс».

Сполдинг улыбнулся, вспомнив, как она улыбалась ему.

– …Детали, я уверен, еще нуждаются в доработке. – То, что говорил Грэнвилль ранее, Дэвид прослушал.

– Простите, господин посол. Ваш голос все время куда-то исчезает, очевидно, телефон барахлит. Поскольку, как давно уже установлено, телефонные аппараты по эту сторону Атлантики – на севере ли, в Центральной Америке или на юге – отличаются своенравным характером, в этом нет ничего необычного.

– Думаю, причина в ином, – раздраженно отозвался Грэнвилль, намекая на то, что телефон прослушивается. – Как только соберетесь, сразу же ко мне.

– Хорошо, сэр. Выезжаю немедленно.

Дэвид перечитал записку.

Вчера Джин заявила, что он усложняет ее жизнь, но она так великодушна, что не станет требовать от него никаких обязательств.

Какие к черту обязательства?

С какой стати должен он ломать над этим голову? Размышлять о том мимолетном блаженстве, которое оба они испытали? Сейчас не до подобных вещей…

И в то же время делать вид, будто ничего этого не было, значит не признавать объективной реальности, пусть и несколько необычной. Его же между тем учили ни в коем случае не игнорировать ее.

Думать обо всем этом ему не хотелось.

Его «друг» связался с посольством.

И «друг» этот – Уолтер Кенделл.

Еще одна реальность. Которая, однако, не может ждать.

Смяв сердито сигарету, Сполдинг стал наблюдать за пальцами, которые давили окурок о днище металлической пепельницы.

Но что же так рассердило его?

Об этом он тоже не желал размышлять. В конце концов, у него есть дело, которым и обязан он заниматься.

Дэвид думал с надеждой о том, что все его обязательства заключаются в выполняемой им работе. Что же касается всего остального, то это уже не его забота.

– Джин предупредила, что вы появитесь только после обеда, когда отоспитесь. Должен заметить, сегодня вы выглядите лучше.

Посол вышел из-за стола богато обставленного кабинета, приветствуя Дэвида.

Дэвид слегка смутился.

Старый дипломат старается продемонстрировать свою заботу. Он даже сказал «Джин» вместо официального «миссис Камерон». В общем, вел себя так, словно желал убедить своего визави, что суровый вердикт, который вынес тот в его адрес два дня назад, имел под собой зыбкое основание.

– Она очень любезна, – произнес Дэвид. – Без нее я не смог бы найти приличного ресторана.

– Возможно, вы правы… Я не стану вас особо задерживать: ведь у вас впереди выяснение отношений с этим мистером Кенделлом.

– Вы говорили, он звонил…

– Всю ночь. Начиная с предутреннего времени, если уж быть точным. Он в отеле «Альвеар». Как доложила телефонистка, места себе не находит от ярости. В половине третьего утра он орал на нее, требуя сообщить, где вы находитесь. Разумеется, ему ничего не сказали.

– Благодарю вас. Мне действительно надо было выспаться. У вас есть номер телефона Кенделла? Или мне обратиться в отель?

– У меня есть его номер.

Грэнвилль взял со стола листок и протянул его Дэвиду.

– Спасибо, сэр. Я сейчас же свяжусь с ним. – Дэвид повернулся и направился к двери.

– Сполдинг! – Голос посла остановил Дэвида.

– Слушаю вас.

– Уверен, миссис Камерон хочет вас видеть. Чтобы убедиться, осмелюсь предположить, что вы снова в норме. Ее кабинет в южном крыле здания. Первая дверь от входа. Найдете?

– Найду, сэр.

– Не сомневаюсь. Мы еще увидимся с вами сегодня, только попозже.

Дэвид вышел, тяжелая дверь кабинета захлопнулась за ним. Показалось или нет? Грэнвилль, кажется, ничего не имеет против его неожиданного… сближения с Джин, хотя и не в восторге от этого. Занимает, можно сказать, двойственную позицию. Если судить по одним лишь словам, он одобрительно относится к сложившейся ситуации, если же по тональности, в которой прозвучали они, ему пришлось переступить через себя, чтобы посмотреть беспристрастно правде в глаза.