Чтение онлайн

Макс

Всю свою жизнь я умел контролировать.

Людей. Ситуации. Себя.

Но сейчас я ничего не мог сделать.

Аля исчезла.

Без предупреждений, без прощаний.

Просто испарилась, оставила за собой пустоту, которая разрывала меня изнутри.

Сначала я думал, что она просто прячется.

Что если я подожду, если дам ей немного времени, она вернется.

Но прошел день.

Потом два.

А потом неделя.

И я понял – она действительно ушла.

Я искал ее всюду.

Обошел все наши любимые места.

Спросил у наших одногруппниц.

Попытался выведать хоть что-то у преподавателей.

Но никто ничего не знал.

Или не говорил.

Единственным человеком, который мог все знать, была ее мать.

Но она упорно молчала.

Каждый раз, когда я приходил к ней, ее взгляд становился холодным, закрытым.

– Она не хочет тебя видеть, – повторяла она раз за разом.

И я чувствовал, как внутри что-то ломается…

– Слушай, ты совсем двинулся?! – Авдей сидел напротив меня. – Она не твоя собственность, чтобы так носиться за ней.

Я сжал кулаки.

– Где она?!

Авдей фыркнул.

– А я-то откуда знаю? Но если она не хочет, чтобы ее нашли, то ты ее не найдешь.

Я молчал.

Авдей внимательно посмотрел на меня.

– Чувак, ты, конечно, не святой, но… ты на самом деле виноват в том, в чем тебя обвиняют?

Я резко поднял голову.

– Я не знаю, как ей все подали, – мой голос был глухим, полным боли. – Но я не изменял ей.

Авдей медленно выдохнул.

– Кажется, у тебя серьезные проблемы…

Я не мог ее отпустить.

Не мог смириться с тем, что она ушла навсегда.

Руки помнили ее тепло.

Кожа помнила ее прикосновения.

И если была хоть одна возможность все объяснить…

Я был готов развернуть чертов мир, чтобы найти ее!

Я все же узнал адрес случайно.

Пришел снова к ее матери – и застал ее не одну.

В доме была ее сестра – тетя Али.

Когда мать отвлеклась, тетя посмотрела на меня долгим, изучающим взглядом и тихо сказала:

– Она у меня.

Я замер.

Она продолжила.

– Но если ты туда поедешь, будь готов, что она тебя не простит.

Я стиснул зубы.

– Я не собираюсь просить прощения за то, чего не делал.

Тетя нахмурилась. Но, кажется, поверила мне.

– Тогда езжай.

Она достала бумажку, написала на ней адрес.

Я взял ее.

Посмотрел на нее.

И понял – это мой последний шанс.

Я не мог его упустить.

Я мчался по трассе, сжимая руль так, что пальцы немели.

Я не знал, как Аля встретит меня.

Я не знал, захочет ли вообще слушать.

Но я знал одно:

Я не позволю, чтобы она осталась в прошлом.

Я либо верну ее. Либо сломаюсь окончательно.

Макс

Я никогда не думал, что можно сойти с ума от собственной беспомощности.

Что можно прожить несколько недель, будто в черной воронке, где нет ни сна, ни нормального дыхания, ни секунды без боли в груди.

Я никогда не знал, что может так не хватать человека.

Я сидел в машине перед домом ее тети и сжимал руль так, что кожа на костяшках побелела.

Я знал, что она там. Что всего в нескольких метрах от меня находится моя Аля.

Но я не знал, откроет ли она мне дверь. Не знал, захочет ли смотреть на меня.

Но хуже всего было не это. Хуже всего было то, что я не мог дать ей врезать мне по лицу, закричать на меня, ударить меня, выгнать к черту, потому что я не сделал этого.

Я не изменял Але!

Но как доказать ей, что все, во что она верит – это ложь?

Я долго сидел за рулем, смотрел в одну точку.

Ладони потели, дыхание было сбивчивым, а в голове звучал ее голос.

Я представлял, как она смотрела на экран телефона, как ее сердце разрывалось на части, как перед ней рушился наш мир.

Я не мог представить, что она чувствовала.

Но если ее боль была хотя бы наполовину похожа на ту, что жрала меня изнутри последние недели…

Я закрыл глаза, провел ладонями по лицу и выдохнул.

Долго.

Тяжело.

И вышел из машины.

Я поднялся по ступенькам, но не успел даже постучать.

Дверь открылась.

Она стояла передо мной.

Моя Аля.

И я понял, что ничего… Ничего не изменилось. Я мог провести без нее еще месяцы, мог заставить себя выжить, мог притвориться, что справился, но стоило мне увидеть ее лицо – и все рухнуло.

Я не дышал.

Она тоже.

Мы смотрели друг на друга так, словно эти недели разлуки были не просто временем, а чертовой вечностью.

Я ждал, что она закроет дверь передо мной.

Я ждал, что она убьет меня взглядом.

Но она просто…

Просто смотрела. Так, как смотрит человек, который уже потерял тебя, но до конца еще не осознал этого.

Я сглотнул.

Сердце глухо стучало в груди.

А потом я сказал первое, что смог.

– Я не изменял тебе.

Она вздрогнула.

Сделала шаг назад.

Я вошел внутрь, захлопнул дверь.

Она стояла у стены, кутаясь в объемный свитер, волосы небрежно собраны, губы покусаны, как всегда, когда она нервничает.

Я сделал шаг ближе.

Она не отступила.

Но и не двинулась ко мне.

Она просто ждала.

И мне пришлось говорить.

– Я не знаю, что именно ты видела, – мой голос был низким, хриплым от напряжения, – но это была не правда.

Она тяжело вдохнула.

– Макс…

Я не дал ей сказать это.

Я не хотел слышать то, что убьет меня окончательно.

– Они сделали так, чтобы ты поверила в ложь.

Я видел, как она крепче сжала руки на груди.

– Я видела тебя, – ее голос был тихий, сломленный.