Чтение онлайн

Повороты лабиринта только увеличивали ощущение нереальности. А когда они прошли через деревянные ворота, ведущие внутрь лабиринта, она остановилась, завороженная.

Расстилавшийся перед ними сад светился мягким мистическим светом. Лепестки цветов были словно покрыты волшебной серебристой пылью. Среди кустов и у небольшого пруда в разных позах стояли мраморные херувимы. За прудом белел летний домик, напоминающий греческий храм. По обеим сторонам входа, полузакрытого вьющимся виноградом, стояли статуи богинь.

— Каро называет лабиринт своим волшебным садом. Почти все цветы белые и отобраны с тем расчетом, чтобы лепестки отражали лунный свет. И заметьте: у кустов листья либо сероватые, либо серебристые. Пойдемте.

Розалин пошла вслед за ним по заросшей тропинке между клумб. Вдруг он нагнулся и потрогал высокое растение с кружевными листьями.

— Посмотрите, это артемизия. А рядом — белая роза и…

— …левкой, милорд. — Все ее страхи внезапно исчезли. Она подавила смешок.

— Верно. — Майкл мельком взглянул на нее, и его губы дрогнули. — Что-то не так, Розалин?

— Нет, ничего. Вы всегда приходите сюда, чтобы говорить о цветах?

— Я еще никогда не приводил сюда женщину, поэтому представления не имел, о чем буду говорить. Особенно с такой прелестной женщиной, как вы.

— В это трудно поверить, — поддразнила она, внезапно почувствовав себя счастливой оттого, что он никого не приводил в это волшебное место.

Майкл взял ее за руку и повел к храму. Около одной из статуй он остановился и повернул Розалин лицом к себе.

— Мне, конечно, хотелось бы кое-что обсудить. Например, то, что в этом белом платье вы похожи на прекрасную, недоступную богиню. А ваши глаза… они так выразительны… что мне кажется, я могу заглянуть в вашу душу. — Он нежно погладил се голые руки.

Трепет пробежал по ее телу, взгляд затуманился.

— Вы дрожите. Вам холодно? Давайте сядем. — Они вошли в храм, и там он усадил ее рядом с собой на скамью. — Так теплее?

— Майкл, вам действительно надо было со мной поговорить? Я имею в виду, о чем-то серьезном? — поспешно добавила она, желая вернуть их разговор в разумное русло.

— Не помню. Ваше присутствие лишает меня рассудка, — пробормотал он.

— Прошу вас, милорд, не надо со мной флиртовать. — Розалин смотрела прямо перед собой, стиснув руки на коленях. Если она не будет на него смотреть, то не будет так чувствительна к его опасным чарам, подумала она.

— Почему же? — Он вздохнул. — Это такое приятное занятие.

— Думаю, нам лучше вернуться в дом.

Она вскочила, но Майкл оказался проворнее. Одним гибким движением он встал и, схватив се за запястье, притянул к себе.

— Что… вы делаете?

— Держу вас крепко, чтобы вы не могли меня ударить.

— Ударить? Зачем?

— Затем, что я намерен поцеловать вас. И так, как полагается.

— Нет, Майкл…

— Я уже давно хочу это сделать. — Голос его сорвался. — Здесь по крайней мере нам никто не помешает. Не возражаете?

Не дожидаясь ответа, маркиз склонился над нею и, глядя прямо в глаза, припал к губам. Отпустив ее руки, он крепко прижал Розалин к груди.

Этот поцелуй не был похож на прежние. Желание волнами окатывало ее тело, лишая остатков воли. Она таяла в его объятиях. Руки как бы сами собой обняли его за шею, а пальцы погрузились в густые, шелковистые волосы. Ее губы разомкнулись, уступая настойчивому проникновению его языка. Голова была как в тумане. Она уже не владела собой. Ей казалось, что она слилась в единое целое с ним, с этой волшебной ночью.

Так вот что бывает, когда тебя целует распутник, подумала она. Так себя чувствуешь, когда выпьешь слишком много вина.

Майкл пришел в себя первым. Даже для него целовать Розалин Джефриз «как полагается» было слишком ошеломляющим. Его опьянил нежный вкус ее губ и легкий аромат духов. Мягкие округлости ее грудей, запутавшиеся в его волосах пальцы — все это грозило лишить его разума. Если он сейчас не остановится, поддастся искушению…

Он нехотя отстранился и пристально посмотрел ей в лицо. В ее выразительных карих глазах он прочел то же изумление, которое испытывал сам. Нежным движением руки он отвел с ее лба прядь волос. Словно выйдя из транса, Розалин вздрогнула и отшатнулась.

— Мне надо вернуться в дом, — дрожащим голосом заявила она и опрометью бросилась бежать.

Майкл помчался за ней, опасаясь, что она заблудится или подвернет ногу.

— Вам не выбраться отсюда одной, — сказал он, догнав ее, но не делая попыток прикоснуться к ней.

Они молча пошли по темному саду. У террасы Майкл остановился.

— Розалин, нам надо поговорить.

— Поговорить?

— Да. Вы, наверно, захотите дать мне нагоняй или даже влепить пощечину. — Этой шуткой он хотел немного успокоить ее.

— Нет, не захочу. — Он ясно видел, как она старается держать себя в руках. — Меня еще никогда не целовал… распутник.

— Неужели? — Он еле сдерживался, чтобы не рассмеяться. — И как вам?

— Довольно интересно.

— Только и всего? Я, должно быть, теряю мастерство. В следующий раз прослежу за тем, чтобы вы оценили мой поцелуй более высоко.

— Следующего раза не будет. В нашем соглашении этого не было.

— Можно внести в него изменения. Я буду сговорчив… — начал он, но запнулся, увидев, что она запаниковала. Не надо торопиться, одернул себя Стэмфорд. — Обсудим это позже, — добавил он более мягко.

— Нам нечего больше обсуждать, — запротестовала Розалин. — Я ничего не хочу менять. Умоляю вас, больше никогда меня не целуйте. — Она снова бросилась прочь, но он схватил ее за руку.

— Чего вы боитесь, Розалин? Клянусь, я не причиню вам зла.

— Пожалуйста, не прикасайтесь ко мне! Я хочу остаться одна.

Он смотрел, как она взбежала на террасу. Как ему хотелось догнать ее, заключить в объятия и успокоить! Но это только больше ее напугает.

Кроме того, ему потребуется время, чтобы разобраться в самом себе. Как он ни старался, но ему было трудно не прикасаться к ней. А какому испытанию он подвергся сегодня, когда нес ее на руках! А когда он нашел се в библиотеке Джайлза, где она сидела, прижав к груди книгу своего мужа, он испытал страстное желание стереть из ее памяти все воспоминания о сэре Джоне.

Глухой стон вырвался из его груди. Надежда на то, что его любопытство будет удовлетворено, как только он ее поцелует по-настоящему, рухнула. Все произошло наоборот: тлевшее в нем желание вспыхнуло ярким пламенем. Он и раньше часто увлекался, но еще никогда не испытывал при этом такой нежности и желания защитить.

Ему бы раньше насторожиться! Все признаки надвигающейся катастрофы были налицо: на балы и рауты он ездил, только чтобы увидеть Розалин, другие женщины перестали его интересовать, а положение жениха, вопреки ожидаемой скуке, оказалось приятным. Не говоря уже о желании всадить пулю в Фэйрчайлда лишь за то, что тот посмел с ней танцевать. Страшно подумать, но он, видимо, зашел слишком далеко, чтобы отступить. Однако не предлагать же ей стать его любовницей!