Сделка со Смертью
Шрифт:
Рэй.
Если у Эла спокойствие было холодным, то у его Рэя теплым. Карие глаза все так же неизменно светились и улыбались, будто в паре метров сейчас не происходила драка.
Он успел ей подмигнуть и завести за свое тело, прежде чем уйти помогать соседу. Только сейчас Ида заметила, что из остальных комнат тоже повыходили парни. Плюнув на геройство, Ида побежала в сою комнату и заперлась. Отдышаться никак не получалось, и она обессиленно привалилась к двери.
– Что там происходит? Почему они здесь? – поинтересовалась Тая. Она еще не спала, читала книгу, попивая чай. Похоже, что совсем не испугалась потасовки в коридоре. Ну конечно, не ее ведь только что целовали. И бог весть что могли еще сделать.
Поцелуй.
Иду чуть не стошнило здесь же на линолеум. Хотелось прополоскать рот и вымыть с мылом прямо сейчас. Но она больше туда не высунется. К черту все это!
Из-за двери доносилась ругань. Какофония голосов, но уже без рукоприкладства.
– Разборки с гопниками, – вынесла вердикт Тая.
С гопниками? Кто это?
– Вы не из этой общаги, убирайтесь, – кричали в коридоре парни.
Не отсюда? Как они тогда пробрались? Ну, конечно же. Так же, как и она сама попала сюда сегодня.
– Мы еще встретимся. Уходим, я все увидел, что мне было нужно, – послышался голос лысого верзилы.
Кому была адресована фраза, брошенная главарем банды, Ида не знала. Но логичным было предположить, что Элу. Он ведь его ударил.
Почему он его ударил? Именно. Когда. Этот. Мудила. Поцеловал. Ее?!
Он же совершенно равнодушно прошел мимо, готовый оставить ее на растерзание этим шакалам. От ужаса, что могло с ней случиться, Ида снова ощутила потребность очистить желудок. Ее трясло, словно началась лихорадка. Последствия выброса норадреналина и кортизола.
Когда все наконец утихло, и их соседи вернулись в свою «413» комнату, Ида вышла. Нужно срочно смыть с себя всю грязь. Ее все так же знобило, и она боялась услышать хоть один звук на пути к своей цели.
Но, спустившись на первый этаж, дверь от душевой она не смогла открыть. Прислушавшись, Ида не различила звуков воды. Она решила попытать счастья с мужским, и уже здесь увидела расписание. Работает с шести утра до одиннадцати вечера. Что? Зачем? Какого черта вообще нужно закрывать душ ночью? Дурацкий комендантский час!
От злости она чуть не пнула дверь, но тогда прибежали бы вахтеры, и еще не хватало снова им попасться. Злая, как весь адский мир, она пошла в «мойку» на своем этаже. Хотя бы почистить зубы. Очень и очень тщательно. Прополоскать и еще раз почистить. Ее и правда тошнило. Вот же ублюдок. Какой вообще человек станет так делать? Целовать незнакомую девушку. А что бы случилось дальше, не окажись Эла рядом?
Выйдя из «мойки», Ида увидела в коридоре двух парней. И судя по всему, один продавал сигареты другому. Не думая ни секунды, она подбежала к тому студенту, который убирал деньги в задний карман шорт.
– Ты продаешь сигареты? – Выпалила она на одном дыхании.
– Тише ты! – Осадил он ее. – Три сотки.
Ида не знала, сколько здесь стоит пачка. Но полагала, что это явно должно быть дороже. Умно. Комендантский час, в магазин не сходишь, да и не нашла Ида ни одного круглосуточного в радиусе километра. Зарабатывать на зависимых студентах, можно сказать, было бизнес-проектом. Передав три розовые купюры, она забрала свою заветную пачку и благоговейно отправилась в туалет. Где-то в груди кольнул упрек, что она ведь не курит. Но ей было плевать. Не в этот гребаный вечер еще и совести добивать ее.
Ида открыла настежь окно и села на подоконник. Свесив ноги наружу, она достала сигарету и завалявшуюся в кармане зажигалку. Ночью уже было прохладно, но ее и без этого потряхивало. Неудача за неудачей. Она словно магнит притягивала неприятности.
Глядя на освещенную фонарями улицу под ногами, Ида умиротворенно затянулась. Наконец, все мысли в голове сбежали из-за едкого дыма, спрятались в черные ящики подсознания, чтобы являться ей в кошмарах, и приходить в те моменты, когда в ее жизни происходит что-то хорошее. Так случалось всегда. Все, что она не успевала прожить или не давала себе, ее память вытесняла. Закрывала. Прятала. Так, что даже Ида не знала, где именно скрывались ее чувства. Психика нас всегда защищает и преподнесет эти чувства снова, уже уродливыми и гипертрофированными, в самый неподходящий момент. Если в стрессе человек не может справиться с проблемой, то блок с непрожитой боли снимается в безопасные периоды счастья.
И мучайся с этим, как хочешь.
Но сейчас у нее был только этот момент, сигарета и тишина. Никаких демонов прошлого, мафии и уж точно парней с их поцелуями.
– Эй, недоразумение.
Застигнутая врасплох, Ида закашлялась. «Господи, помяни черта».
Эл тоже курил, высунувшись наполовину из окна, через одно от нее. Это не его комната, значит у кого-то в гостях. Может, даже он был сейчас у девушки. И курит после секса. Гениально. Порой мозг такой сообразительный на построение цепочек причинно-следственных связей, а в самую нужную минуту не может соединить между собой даже два простых события.
Практически одновременно они сделали затяжку. Ида не собиралась его благодарить. Он не спас ее. Нет. Так что, не дождется.
– Если собралась покончить с собой, то четвертый этаж не смертелен. Нужен хотя бы седьмой.
И он бросил бычок, закрыв за собой окно.
В тишине ночи его слова придавили ее так, что не нужно было даже прыгать.
***
Она быстро добралась до нужного места. Еще за триста метров Ида услышала гул большого количества людей, звуки покрышек, трущихся об асфальт, и громкую музыку. Гонки. В центре груди зародилась приятная щекотка, несмотря на то, что Ида участвовала лишь раз. Она будто снова вернулась в те ощущения, когда сбегала из дома. Это было чем-то запретным. А Иде такое нравилось. Всю жизнь ей хотелось вырваться из оков, правил и бесконечных «нельзя».
У нее вспотели ладони от волнения. Но оно было приятным, из разряда тех нужных страхов, когда есть предвкушение и интерес. К тому же пребывая в Пагубе, Ида будто училась заново ходить. Все совершалось впервые. Она проживала жизнь с новыми чувствами. На каждый внутренний порыв она теперь имела право и разрешение. Столько лет девушка потратила впустую, потакая родителям. Но сейчас она все равно боялась это право взять в полной мере. Впереди лишь неизвестность. И что пугает больше? Прошлое, в котором жить просто невыносимо? Или же изменения, последствия которых никто и никак не гарантирует? Шаг самостоятельности всегда пленит, это неотрывная часть взросления. Однако, когда наступает реальность, вдруг приходит понимание, что, кроме как жить по-старому, ты больше ничего не умеешь. И всем предшествующим, уже проверенным убеждениям придется биться с возможностями. Такое красивое слово «возможность», на деле же шаг в него выглядит как война.
Огромная площадь под мостом была скрыта кустами и деревьями, сквозь которые Ида пробиралась на своей машине по извилистой дороге. Когда под колесами наконец почувствовался асфальт вместо песка, ее взору открылась вся прелесть происходящего. Полуобнаженные девушки танцевали рядом с машинами на огромных каблуках, таких же как у стрипов 13 Иды. Водители им сигналили, подбадривая, кто-то даже откровенно лапал. Здесь было и пенное шоу, где собравшиеся отдавались разгулу и вакханалии.
13
Обувь танцоров на высоком каблуке и платформе.