Чтение онлайн

Как мало она знает о его жизни. Но теперь придётся вникать, если уж она стала его женой.

— А Альберт Илларионович?

— Сегодня он поехал вместе с Виктором Альбертовичем.

— Понятно. Настя… Я совсем никого здесь не знаю. Может ты расскажешь мне, кто у вас за что отвечает? Чтобы я знала, к кому обращаться, если что.

— Конечно, — ответила светловолосая девушка. — Служанки здесь всего две — я и Стеша. Есть Дмитрий — он прислуживает нашим Господам. На кухне Тамара, в конюшне — Илларион. В общем, это и всё. Больше крепостных в барском доме не живёт, только в посёлке для них.

Да, барон имеет состояние намного большее, чем Орловы, и душ у него так много, что они даже живут в отдельном месте.

— Скажи, ты готова прислуживать мне? Вместо Стеши, — обратилась Елена к словоохотливой служанке.

— Барыня, вы как скажите — так и буду делать. Моё дело маленькое, — улыбнулась девушка.

Она нравилась Елене, от Насти не исходило ничего, что вызвало бы в ней отторжение. В отличии, от Степаниды.

— Хорошо. Со стола можно убрать.

Елена отставила чашку с чаем и решила побродить по дому.

Особняк был довольно красивым. Вся мебель очень дорогая, подобранная со вкусом. Здесь даже было уютно. Если бы не те обстоятельства, при которых сюда попала девушка — ей тут понравилось бы.

Бывшая княжна нашла в гостиной старинное пианино. Не удержалась и подняла крышу, проведя нежными пальцами по белым клавишам. Они часто пели с Машей. Волконская очень хорошо играла на пианино, и Елена давно задумалась о том, что ей бы тоже хотелось научиться. Нотам подруга её научила, теперь нужна была практика.

Опустив крышку обратно, баронесса пошла по дому дальше. На первом этаже она нашла кабинет Виктора. Любопытство взяло верх, и она вошла внутрь. Почему — то захотелось узнать, как выглядит кабинет мужа, где он проводит очень много времени. Ничего не трогая, девушка просто оглянула комнату — большая, светлая, с камином. Письменный стол очень красивый, и видно, что за ним часто сидят — много письменных принадлежностей, бумаги, книг. Рядом небольшой бар, а в кресле напротив камина она увидела…гитару. Виктор умеет играть на ней, интересно?

Побродив по дому ещё какое — то время, Елена заглянула на кухню. За большим деревянным столом нарезала овощи женщина возраста её матери. Наверное, это та самая Тамара, о которой говорила Настя. Женщина подняла глаза на вошедшую грациозную девушку и тут же встала из-за стола, вытирая руки о фартук:

— Добро пожаловать, барыня! Вы кушать если захотели — так сказали бы слугам, они бы всё принесли в столовую. Незачем вам такие платья красивые пачкать в кухне.

— Спасибо. Вы, кажется, Тамара?

Женщина удивилась вежливости Елены. Девушка росла в скромных условиях, несмотря на титул, и слуги для неё были в первую очередь просто люди. С Татьяной в доме родителей она, можно сказать, даже дружила.

— Верно, хозяйка. Можно просто Тома. Вы что — то желаете?

Женщина улыбчивая, видно, что добрая. Да и вообще атмосфера на кухне нравилась Елене.

— Нет — нет, занимайтесь овощами. Я просто хожу по дому, знакомлюсь с обитателями. Я тут первый день и ещё не привыкла.

— Понимаю, — кивнула Тома. — Мы все очень вам рады. И рады, что молодой барон, наконец, выбрал себе жену и, может быть, остепенился.

— Может быть, — вопреки предупреждениям Тамары, девушка всё же села рядом с ней и стала смотреть на то, как она режет овощи для ужина. — Давайте, я вам помогу?

— Да что вы, дорогая вы наша! — замахала руками Тома. — Этим вам совсем не стоит заниматься. Это же не дело для господ.

— Мне скучно. Не знаю, чем ещё себя занять.

— Ну, если вам так хочется, могу что-нибудь придумать.

— Придумайте, а?

Женщина мягко рассмеялась и принесла Елене нож и салатницу — хочется ей развлекаться с овощами — пусть. Девушка тут же принялась за дело, стараясь не запачкать платья. За процессом готовки. Тома рассказывала ей о том, как они жили до неё, о детстве и юности Виктора. Тамара явно любила мужчину, словно сына, говорила о нём очень тепло. Только всё сокрушалась, что сердце у него больно холодное, и с девушками он был не всегда честен, но душа у него большая, и повезёт той, которую молодой барон полюбит по-настоящему. А Елена как будто увидела в ней родственную душу — так уютно и тепло было общаться с этой женщиной!

Мужчины вернулись лишь к ужину и вошли, когда девушка уже сидела за обеденным столом. Она повернулась на звук шагов и сердце рухнуло куда-то вниз — Елена до сих пор не могла привыкнуть к роли жены Виктора. Очень необычно, что именно этот мужчина с ней будет ужинать каждый вечер. Он помог сесть своему отцу, а затем повернулся к жене:

— Добрый вечер, баронесса, — он бережно и ласково поцеловал руку девушки. — Как прошёл ваш день? Не заскучали?

Виктор тоже сел за стол, продолжая разглядывать свою жену. Мужчина тоже вовсе не привык видеть её рядом так часто. Елене было неуютно под этим взглядом. Стул вдруг стал жёстким и неудобным, девушка заёрзала.

— Нет, всё хорошо. А у вас как дела? — спросила она больше у Альберта.

Отец Виктора ей очень импонировал. Мужчина пытался наладить контакт с невесткой, чтобы лучше понять ту женщину, которую выбрал его сын.

— Замечательно, Еленушка. День был настолько плодотворный, что ваш покорный слуга сейчас потрапезничает и в лю-лю.

Девушка рассмеялась колокольчиком, представив старого барона в огромной люльке.

После ужина Настя принесла чай и принялась убирать остатки ужина.

— Вам сегодня понравился салат. Виктор Альбертович? — обратилась она к молодому барону.

— Хороший салат. А в чём дело?

— Салат готовила баронесса, — подмигнула девушка Виктору, а Елена стушевалась, когда мужчина уставился на неё внимательным взглядом.

— Что ж, действительно, хороший салат. — улыбнулся княжне молодой человек.

— Да-да. Еленушка, вы у нас ещё и хозяйка к тому же? — подмигнул Елене Альберт. — Ну, молодёжь, развлекайтесь. А старшее поколение — на боковую.

Старый барон вежливо поцеловал руку невестки и ушёл вверх по лестнице. Молодые люди остались вдвоём.

Елена.

— Пойдёмте, княжна — потянул меня за руку барон.

Молча взяла его большую горячую ладонь и последовала за ним. Виктор привёл меня в свой кабинет, где я уже побывала днём. Мужчина усадил меня на диван и присел рядом, продолжая смотреть странным взглядом, будто он мне рад и наслаивается моим обществом. Пусть я почти всегда и молчала рядом с ним.