Чтение онлайн

— Вы чем-то болеете?

Тот отнял от лица носовой платок. Это был молодой человек лет двадцати, с аккуратной черной бородкой. Он посмотрел на темнокожее лицо Гая и ответил:

— Не знаю. Я приехал сюда два часа назад. Долго стучал, но мне никто не открыл.

Он снова зашелся в кашле.

— Ставни были закрыты, но я сломал один из них и забрался в дом. Женщина лежала на полу. Изуродованная. — Говоривший захлебывался от возбуждения. — А в воздухе стоял какой-то запах… Он отравлен. У меня до сих пор жжет горло.

— Дайте-ка мне посмотреть, — велел Гай.

Он заставил молодого человека открыть рот и заглянул туда.

— Да, гортань у вас воспалена. Присядьте на ступени и постарайтесь дышать ровно.

— Это было ужасно. Как будто кто-то сдавил мне горло и не дает дышать.

Я посмотрел на дверь. Замок был сломан. Видимо, охранник выбил его, когда рвался из дома наружу.

— Вы уже были внутри? — спросил я Харснета.

— Нет, только заглянул, но мне хватило одного вдоха. Все именно так, как рассказывает этот парень: такое ощущение, будто кто-то пытается вырвать у тебя горло.

Он посмотрел на Гая.

— А как вы здесь оказались, сэр?

— Я был у доктора Малтона, когда получил сообщение, — пояснил я. — Может быть, доктор Малтон сумеет помочь нам. Гай, как по-твоему, что могло случиться с воздухом?

— Есть только один способ выяснить это.

Гай достал из кармана платок, приложил его к носу и широко распахнул дверь. В нос мне ударила острая вонь, и я непроизвольно сделал шаг назад. Гай вошел внутрь. Поскольку ставни были закрыты, в доме царил сумрак, и я, оставаясь на улице, сумел рассмотреть только темный силуэт, от которого по полу разбегались еще более темные дорожки. Труп.

Гай, не теряя ни секунды, подошел к ставням и открыл их нараспашку. В окна полился свет и свежий воздух. Мы с Харснетом подошли ближе к порогу. В таверне царил сущий кавардак, столы и стулья перевернуты и разбросаны по всей зале. Темный силуэт под буфетной стойкой действительно оказался телом хозяйки. Миссис Бьюнс лежала на каменном полу лицом вниз. Чепец с нее был сорван, и длинные темные волосы рассыпались вокруг головы. Платье женщины задралось почти до подмышек, содранная нижняя юбка валялась под одним из столов. Ее полное бледное тело было наполовину обнажено, а руки связаны за спиной.

— Лопни мои глаза! — потрясенно пробормотал Барак.

Веревка так сильно впилась в запястья несчастной, что на них были видны глубокие багровые борозды. Наверное, она пыталась освободиться от пут, но узлы оказались слишком тугими. Рядом с головой женщины лежал еще один предмет ее туалета, а поверх него — что-то темно-красное.

— Боже милостивый, что же с ней сделали? — едва слышно прошептал Харснет.

Он стоял, так крепко сцепив руки, что суставы побелели.

Гай подошел к телу и стал его рассматривать. Потом он быстро перекрестился. Харснет, следивший за ним от порога, сузил глаза.

— Можно входить, — сказал Гай. — Опасность миновала. Но все равно прижмите платки ко рту и носу и дышите короткими вдохами.

Харснет, Барак и я приложили к лицам платки и боязливо вошли в таверну.

— Что это была за дрянь? — спросил Барак.

— Витриол, — ответил Гай, — причем в очень сильной концентрации.

Мы посмотрели на тело. На бледной коже туловища и ног выделились красные отметины, напоминавшие ожоги. Я с ужасом увидел, что большая часть ягодиц женщины была начисто сожжена, и на этом месте зияла чудовищная вишнево-красная рана. И — никакой крови, только лужица бесцветной жидкости на полу.

Воздух в доме немного очистился, но в нем чувствовался резкий, острый запах.

— Что такое витриол? — осведомился Харснет и тут же, не выдержав ужасного зрелища, воскликнул: — Господи, да что же он с ней сделал?

— Витриол — это жидкость, которая сжигает все, с чем соприкасается. Это вещество хорошо известно. Его часто применяли алхимики, чтобы растворять камень. Они считали, что витриол обладает особыми свойствами, поскольку одной из немногих субстанций, которые он не способен разрушить, является золото. Чтобы растворить золото, необходимо производить одну и ту же операцию много раз и в течение длительного времени.

И тут с Гаем произошло нечто такое, чего не случалось с ним, какую бы ужасную картину он ни наблюдал. Он содрогнулся всем телом.

Харснет склонился над прозрачной лужицей возле тела.

— А это что такое? — спросил он и потянулся к ней пальцем.

— Не прикасайтесь! — вскричал Гай, и коронер поспешно отступил назад.

Гай вытащил из кармана медицинский шпатель и опустил его конец в лужицу. Послышалось тихое шипение, и деревянная лопаточка задымилась.

— Витриол, — констатировал он. — Видите, как он пожирает дерево? Он даже частично разъел каменные плитки пола.

— Если эта жидкость настолько ядовита, как мог убийца ждать здесь несколько часов?

— По всей видимости, дело было ночью, и ставни на окнах, выходящих во двор, были открыты. Но даже при этом ему необходимо было находиться рядом с окном.

Барак осматривал буфет. На сушильной доске стояло несколько чашек и оловянных кружек, другие лежали в тазу с грязной посудой. Все говорило о том, что убийца пришел в таверну после закрытия или оказался последним посетителем.

— Джанли! — позвал Харснет, и охранник с неохотой вошел в таверну, косясь диким взглядом на обезображенный труп. — Обыщите остальные комнаты, — приказал коронер, — да пошевеливайтесь.

Все так же неохотно, положив руку на эфес шпаги, молодой человек открыл дверь, ведущую во внутренние помещения и скрылся из виду.

— Может, это сделал Локли? — выдохнул я. — Может, он и есть убийца?

— Не исключено, что Локли тоже убит и лежит в соседней комнате, — проговорил Барак и вытер лоб.

По его лицу градом струился пот.

— «Пятый Ангел вылил чашу свою на престол зверя… — процитировал я Книгу Откровения, строки, которые все мы уже успели выучить назубок. — …И сделалось царство его мрачно, и они кусали языки свои от страдания, и хулили Бога небесного от страданий своих и язв своих; и не раскаялись в делах своих».