Чтение онлайн

— Гай не стал бы рекомендовать негодного врача.

— И все же мне до сих пор не верится, что он хотел купить мои зубы и собирался вырвать их все до единого.

Голос женщины был печальным и лишенным эмоций. Она подняла на меня глаза.

— Что случилось вчера вечером? Джек не стал мне ничего рассказывать, когда вернулся. Сказал только, что ложится спать.

— Он не хотел тревожить тебя, Тамазин, но, к несчастью, произошло новое убийство.

Ее глаза округлились.

— Вы с Джеком были в опасности?

— Нет, мы всего лишь обнаружили тело.

— Да закончится ли это когда-нибудь?! — в отчаянии воскликнула женщина. — На Джека уже без слез не взглянешь, и на вас тоже, сэр. Я замечаю!

На лице Тамазин появилась саркастическая усмешка, отчего она сразу будто постарела.

— Или, может быть, я ошибаюсь? Может, Джек просто устал от меня, а я ошибочно думаю, что так влияет на него ваша охота за убийцей?

— Ты его по-прежнему любишь? — напрямую спросил я.

— Да, — не задумываясь, ответила она. — Но я не смогу выносить этого вечно. В отличие от многих других женщин я не стану половой тряпкой, о которую можно вытирать ноги.

Я улыбнулся.

— Вот этим ты и привлекла его в Йорке. Своим боевым духом.

Тамазин выдавила из себя улыбку, в которой все еще ощущался горьковатый привкус.

— А не своим привлекательным личиком? Впрочем, оно уже далеко не привлекательное!

— Твое личико по-прежнему прелестно, Тамазин. Наверное, я не должен говорить тебе об этом, но я скажу. Джек все так же любит тебя. Он понимает, что вел себя не лучшим образом, и сказал мне, что, когда это дело будет закончено, вы переедете из Олд-Бардж в хороший дом.

— Он так и сказал?

— Да, клянусь честью. Но не выдавай меня. Он не должен знать, что я первым рассказал тебе об этом.

Женщина наморщила лоб.

— Но почему он сам не скажет мне об этом?

— Даже мне пришлось буквально клещами выдирать из него это признание. Ты же знаешь Барака.

— Я думала, что знаю его.

— Дай ему время, Тамазин. Я знаю, с ним может быть нелегко, но… Дай ему время.

Она посмотрела на меня в упор.

— Я дам ему время, но оно не будет длиться вечно.

Открылась дверь, ведущая во двор, и вернулась Джоан с пустым ведром.

— Пожалуй, мне пора отправляться на конюшню. Джек, наверное, заждался меня. Этим утром нам нужно поспеть в несколько мест. Подумай о том, что я тебе сказал, Тамазин.

Женщина кивнула и улыбнулась, а я ушел на конюшню.

Барак разговаривал с Орром, который поправил шапку при моем появлении. Мне нравился этот человек: он был наблюдателен, спокоен и ненавязчив.

— Ночь прошла без происшествий? — осведомился я.

— Да, сэр.

Я посмотрел на Барака и почувствовал внезапный прилив раздражения. Как может человек быть настолько глуп, чтобы искать женщин на стороне, имея такую жену, как Тамазин? Если бы мы были с Дороти…

Я мысленно одернул себя.

— Готов? — резко спросил я. — Тогда поехали.

Мы вновь отправились к дому Ярингтона. Лошади, полные сил, бодро цокали по дороге. Добравшись до цели нашего путешествия, мы привязали Сьюки и Бытие к изгороди. Подспудно я побаивался того, что ночью мальчик действительно мог сбежать. В таком случае моя мягкость обернется потерей важных свидетельских показаний. Но Тимоти был в конюшне и все так же сидел на перевернутом ведре рядом с лошадью. Он снова плакал, и из его левой ноздри выдулся здоровенный зеленый пузырь.

— Доброе утро, Тимоти, — приветливо поздоровался я. — Это мой помощник. Его зовут Барак.

Мальчик смотрел на нас испуганными глазами.

— Как здесь, однако, холодно, — ворчливо проговорил Барак, видимо вспомнив о собственном неустроенном детстве.

— Хочу тебе кое-что предложить, — сказал я мальчику. — Хочешь работать у меня, на кухне и в конюшне? Как ты на это смотришь?

— Спасибо, сэр, — просиял мальчик, — я буду стараться изо всех сил!

Я набрал в грудь воздуха.

— Но есть одно условие.

— Какое, сэр?

— Ты должен рассказать мне кое-что. Вчера ты утверждал, что никому не рассказывал про Абигайль.

— Нет, сэр, не рассказывал. Честное слово! — пылко проговорил Тимоти, но при этом покраснел и неловко поерзал на своем ведре.

Лошадь чутко повернула голову и посмотрела на него.

— Но ведь кое о чем ты не рассказал.

Тимоти в нерешительности переводил взгляд с меня на Барака и обратно.

— Давай, приятель, выкладывай, — сказал Барак.

— Я обещаю тебе, что Абигайль это не повредит.

Тимоти тяжело дышал, зеленый пузырь дрожал у него под носом.

— Ну же, парень, не робей! — поторопил Барак. — В доме у мастера Шардлейка тепло, тебе там понравится.

— Я наблюдаю за людьми, — вдруг выпалил Тимоти и, указав на дверь конюшни, добавил: — Вот отсюда. Мне опостылело торчать тут одному.

— Мастер Тоби не пускает тебя в дом?

— Только чтобы помочь ему с уборкой. Извините, если это было нехорошо — подглядывать.

— Что ты видел?

— Всех, кто сюда приходил: торговцев, продавца яиц, трубочиста, плотника, приходившего, чтобы починить ставень, который случайно отломал Тоби. Но это было до появления Абигайль.

— А после?

— Мужчину, который иногда приходил, чтобы повидаться с Аби. Он появлялся только тогда, когда хозяин уходил из дома, а у Тоби был выходной. Тоби не знал про него.

Мальчик повесил голову.

— Кто он такой?

— Не знаю.

— Он часто приходил?

— Несколько раз. Зимой, когда еще снег лежал.

— Он был высоким? Средних лет? — уточнил я, думая о Годдарде.

— Нет, сэр, — мотнул головой Тимоти, — он был молодым.

— Сколько ему было лет?

— Точно не скажу, сэр, — немного подумав, ответил мальчик. — Может, лет двадцать.

— Как он выглядел?