Чтение онлайн

— Сколько же всего ты знаешь, я про такое и не слышала никогда. Бабушка, а у тебя дети есть? — невпопад спросила Галка.

Старуха нахмурились и замолчала. Выражение лица стало каменным, не понятно было ответит или нет. Галка тоже притихла, поняла что спросила не то, а назад дороги уж нет. Слово не воробей, вылетит, не поймаешь.

После долгого молчания Марфа тяжело вздохнула.

— Есть у меня сын, Савушка мой. Только не приезжает ко мне. Давно не приезжает, — старуха встала из-за стола, собрала посуду после завтрака и собралась было уходить, но задержалась. — А хочешь расскажу про свою молодость?

— Конечно хочу, с удовольствием послушаю, — Галка выдохнула с облегчением, у Марфы тяжёлый характер, не хотелось бы, чтоб она обиделась.

— Ну тогда слушай, — и старушка снова подсела к столу и начала свой рассказ …

— У меня, когда я такой как ты была, любовь случилась… Большая, светлая, — Марфа мечтательно прикрыла глаза, — Николаша мой завидный жених был, все девки деревенские по нему сохли. А он меня выбрал, полюбил, заботился. Помню мать меня крапивой стегала, из дома не выпускала, косы обещала повыдергать, а только мы всё равно виделись. Так с ним весело было, интересно. Всё время что-то рассказывал, истории всякие, ух хохотала я с ним…

А потом он меня поцеловал. Вот тут то я и поняла, что такое "земля из под ног уходит", домой от калитки шла дышать боялась, так хорошо было. Мать на меня накинулась ругаться, а я её не вижу и не слышу, брякнулась на кровать, в голове звон, от груди по телу приятная тяжесть разливается, а губы и щёки горят от щетины Колькиной. Так полночи и не спала, мечтала.

— А дальше, что дальше было, бабушка, — Галка с нетерпением ждала продолжения.

— А дальше он обещал мне сватов прислать к осени. Так и сказал: "Подожди Марфушка пару месяцев, в сентябре сватов пришлю, свадьбу сыграем". Тут я уже мамке всё рассказала, невестой себя почувствовала, начала приданое готовить. А мать всё одно толдычет — не пара он тебе, не пара, вот не слушаешь меня, потом белугой реветь будешь.

Но разве ж я её слушала, нет конечно. Смотрела на Машку, сестру свою старшую, на семью её, мужа угрюмого, и радовалась, что Коленька мой такой весёлый. Придумывала как жить будем, сколько деток у нас родится, хозяйство планировала.

Мы же с мамкой вдвоем жили, Машка замуж вышла, ушла к своему Фёдору, а батя давно ещё пропал, когда я девчонкой сопливой была. Говорили пошёл на охоту и не вернулся. Собака прибежала из леса, а бати нет. Искали, ждали, так и не объявился.

Вот меня мать и берегла, всё на Степана показывала, говорила — надёжный парень, рукастый. А у меня любовь… Не уберегла меня мамка, взял меня Колька дуреху молодую до свадьбы. Прям в поле у снопов мы друг другу в любви до гроба поклялись. На том наша любовь и кончилась…

— Как кончилась, а сваты, а свадьба? — Галка растерянно смотрела на старушку, утирающую морщинистую щёку уголком платочка.

— Не было ничего, ни сватов, ни свадьбы. В сентябре мимо нашей избы телега ряженая проехала, Коленька мой Саньку в жены взял. У той целый двор скотины, поле паханое, дом крепкий. Завидная невеста была.

— Бабушка, а как же любовь? Неужели он тебя обманывал, почему так произошло?

— А кто ж теперь скажет-то, был жених и нет жениха. Сколько слёз я повыплакала, сколько проклятий в их сторону посылала. Саньку прям ненавидела, желала ей в аду гореть, хотя она то ни в чём не виноватая. Отцы их так решили, и никого естественно не спрашивали.

— Вот времена, хорошо, что сейчас не так, — вставила Галя.

— И сейчас такое бывает, ничего не меняется, — грустно усмехнулась Марфа.

— И что же дальше, ты за Степана вышла? Как мать советовала? — Гале было очень интересно.

— Нет, не вышла, — ответила старуха, — забрюхатила я. Сраму то, на всю деревню. Я сначала к бабке своей побежала, она у меня травницей была, это от неё ко мне сила перешла. Кинулась ей в ноги и всё как есть рассказала. Просила меня от плода избавить, боялась позора. Но она женщина мудрая была, не дала мне от ребёночка избавиться. Сама со мной к матери пошла, долго дочь свою успокаивала. А мать бесновалась, то на меня, то на Кольку орала. Причитала, что дочь домой в подоле притащила, опозорила её. Ну баба Глаша меня обняла и к себе увела жить, чтоб матери срама не было.

Потом Савушка мой родился, вылитый Колька, а как закатится смехом — один в один, и улыбка, и прищур. Хорошего мне Бог сыночка послал, никогда с ним проблем не было. Помогал всегда, послушным был, в школе отучился и в город поехал учиться дальше. Сначала часто домой наведывался, потом всё реже и реже, а сейчас поди уж лет двадцать его не видела. Не приезжает совсем, — Марфа замолчала. Она с безысходностью смотрела куда-то в одну точку, может сына вспоминала, может любовь свою.

— Бабушка, а что же отец ребенка, Коля? Неужели ни разу не зашёл на сына посмотреть?

— Так сгорели они, всей семьёй сгорели, со всем своим хозяйством. Года не прожили, не знаю что там у них случилось, пожар всей улицей тушили, хорошо хоть на другие дома огонь не перекинулся.

— Дааа, — протянула Галка, — грустная история

— Грустная, — эхом повторила Марфа, потом тряхнула головой, будто мысли плохие отгоняя, — Галка, у тебя ж коза до сих пор в стойле, беги скорее, выведи Катьку на травку.

Разговор был окончен, Марфа пошла по своим делам, Галя во двор козу выводить, а дальше дело за делом день покатился. Только у Галки крепко засела в голове мысль найти сына Марфы. Не по божески это при живой матери в родном доме не появляться. «Всё равно найду», — пообещала сама себе Галя.

К ночному сжиганию проклятых идолов Марфа готовилась основательно. Сходила к соседу, взяла большую бутылку бензина. Во дворе между сараев поставила железную бочку, на дно дров положила и газет, для быстрого розжига. Деревянные идолы были сложены в отдельное ведро и залиты горючим, для пропитки.

— Бабушка, зачем ты их замачиваешь? Они ж трухлявые совсем, сгорят быстро.

— А ты когда нибудь сжигала вещь, на которой заговор лежит, а? — Марфа испытывающим взглядом смотрела на Галю.

— Нет, — ответила девушка.

— Вот то-то же, не учи меня тому, что я лучше знаю. До полуночи пусть в бензине мокнут, а потом в бочку закинем.

Рядом с бочкой поставили несколько вёдер воды. Это на случай, если бочка завалится и тушить нужно будет, пояснила Марфа. Всё что можно было убрали подальше.

— А сейчас спать, всё что во сне увидишь обязательно мне расскажи, может пригодиться, — после обеда сказала Галке Марфа.

— Бабушка, да я спать не хочу вроде, — Гале действительно совсем не хотелось спать. — Может я погуляю?

— Сказано спать, значит спать! Чай допивай и айда в свою комнату.

Галка допила травяной настой и поплелась к себе в спальню. Спорить со старухой было бестолку, поэтому она взяла книжку с полки и, плюхнувшись на мягкую подушку, решила почитать. Но только она начала главу, как глаза сами собой закрылись и Галя провалилась в беспокойный сон.

Сначала снился какой-то коридор, обшарпаные стены, шаги позади. Потом стало страшно, Галка побежала, с каждым шагом звуки за спиной становились всё громче и отчетливей, сердце сжималось от животного ужаса. Наконец дверь, Галка дернула ее и переступив порог упала вниз со страшной скоростью. Обычно при таких падениях сон обрывается, но сегодня что-то пошло не так. Падение не закончилось, страх стучал в висках, хотелось кричать от ужаса, но голоса не было. Вдруг Галя почувствовала, что её руку кто-то крепко держит. Она повернула голову и увидела Марфу. Падение закончилось, теперь они просто парили в сером тумане. Галке захотелось спросить, что такое с ними происходит, но Марфа поднесла палец к губам, призывая к молчанию и указала рукой на непонятный объект. Это было что-то чёрное и бесформенное, похожее на кляксу, только объёмную. Сделав пару шагов в направлении этого объекта, Галка увидела себя во дворе между сараев. Рядом любимая коза с грустными глазами жевала скудную осеннюю травку. Марфа лежала на земле с закрытыми глазами.