Чтение онлайн

На мгновение Вероника пожалела, что отправила Эльзу к другим слугам узнать что-нибудь полезное, но потом пришлось признать – простая служанка вряд ли смогла бы ее спасти.

– Вы готовы идти самостоятельно? – спросил Терион, понимая, что девушке некомфортно находиться в таком положении слишком долго.

Вероника очень хотела плюнуть в лицо этого невыносимого человека! А еще ударить его! Вот прямо пнуть куда-нибудь! Как он только посмел так с ней обращаться?! Но она понимала, если сейчас не ответит утвердительно, то ее постыдное положение сохранится еще на какое-то время.

– Отпустите меня, – сказала она спокойнее, надеясь, что король не станет ждать более вежливых просьб.

К ее облегчению, его величество действительно не ждал вежливости, аккуратно поставил на пол, придерживая, чтобы она не упала, потеряв ориентацию в пространстве после резкой смены положения.

Перекинув косу на спину, она фыркнула и сложила руки на груди.

– Вам, ваше величество, никто не говорил, что вы слишком грубы с женщинами? – спросила она и прикусила язык.

Сказать хотелось совсем другое, но вряд ли король стерпел бы обвинение в том, что все его жены раньше срока ушли из жизни именно из-за того, каким мужланом он был. Это были очень грубые слова, и Ника была рада, что вовремя остановила себя.

– Нет, – признался король. И он говорил правду. Большинство людей просто его боялись, поэтому не решались сказать что-то настолько неуместное по отношению к нему. – И я не груб, – возразил внезапно он, удивившись из-за этого не меньше, чем Ника.

– О, – Вероника хмыкнула. – Поверьте мне, вы очень грубы. Дам принято носить на руках, а не через плечо. Каменный век давно остался в прошлом.

Ника мысленно проклинала свой язык. Что она делает? Зачем все это говорит? Она никогда не была настолько безрассудной!

Отвернувшись от короля, она огорченно нахмурилась. Если ее не вскроют при ритуале, то точно казнят за слишком дерзкий язык.

– Вы хотите, чтобы я понес вас на руках? – спросил Терион, наблюдая за невестой. Ее явно что-то расстроило.

Глубоко вздохнув, Ника опустила руки и присела в реверансе.

– Прошу прощения за грубость, ваше величество. Не знаю, что на меня нашло. Помутнение какое-то, не иначе, – вежливым и безразличным голосом произнесла Вероника. Выпрямившись, она спокойно посмотрела на короля.

Терион внезапно подумал, что прежний огонь в ее глазах и колкие слова нравились ему больше, чем приторная вежливость, пришедшая вместо них.

– Все в порядке, – немного разочарованно ответил Терион и посторонился, жестом приглашая Нику вперед.

– Стоит ли мне идти первой? Я ведь не знаю дороги.

– Тогда идите рядом, – спокойно отозвался Терион, понимая логичность заданного вопроса. – Кроме того, мы уже почти пришли.

Вероника удивилась. Ей казалось, что они обязательно должны спуститься в подвал, ведь именно там обычно проводят всякие ритуалы.

Она с некоторой опаской и явным нежеланием смотрела на дверь в комнату. Терион, подметив ее эмоции, внезапно огорчился. За время, пока они шли, а потом препирались, он совсем забыл, что следует воспринимать эту девушку как вероятного врага. А сейчас, увидев выражение на ее лице, вспомнил и повторно ощутил всплеск разочарования.

Он был практически уверен, что Алэйна подверглась какому-то ритуалу. Поначалу он хотел без разговоров от нее избавиться, если это подтвердится, но сейчас в нем поселилось желание узнать, был ли ее выбор осознанным, или ее используют втемную.

Терион понимал, насколько глупа подобная недальновидность, но по какой-то причине на этот раз хотелось рискнуть.

Он вздохнул. Сколько раз ему нужно испытать горький вкус разочарования, чтобы окончательно смириться? Те слова, сказанные когда-то давно, явно были взяты из полотна судьбы. Ему нужно просто перестать сопротивляться и принять то, что ему уготовано.

Взглянув на девушку перед собой, Терион принял окончательное решение, что это последний раз. Если она окажется врагом, он отошлет ее из замка и больше никогда не назовет ни одну из женщин этого мира своей невестой или женой.

Оглядевшись по сторонам, Ника удрученно вздохнула – бежать было некуда. Поэтому пришлось все-таки войти в комнату, которая казалась ей по меньшей мере филиалом ада.

На удивление все внутри оказалось довольно обычным, но Ника не расслаблялась. Она знала, что иногда самые безобидные вещи могут быть не тем, чем кажутся.

Центр достаточно большой комнаты был свободен от каких-либо предметов мебели. На каменном полу виднелась начертанная белой краской… пентаграмма? Ника не была уверена, как назвать круг с вписанными в него символами. Раньше она не особо интересовалась такими вещами.

Вдоль правой стены стояли шкафы с дверцами из мутного грубого стекла. Внутри угадывались очертания каких-то предметов. У противоположной стены, прямо напротив двери, располагался стол со множеством котелков разного размера. Слева Ника заметила стеллажи. Если судить по царившему там хаосу, на них давно никто не наводил порядок. Свитки, книги, изогнутые колбы, перья, какие-то камни, пучки трав – все смешалось на заметно пыльных полках.

Рядом со столом она увидела мужчину. Тот стоял спокойно и ждал, пока они войдут.

– Ваше величество, – поприветствовал он короля, когда дверь за ними закрылась. – Миледи.

– Не будем терять времени, – приказал Терион, даже не думая представлять людей друг другу.

Ника с трудом сглотнула и едва подавила желание попятиться. Она опять огляделась по сторонам, словно еще раз пытаясь найти несуществующее спасение.

– Я крови боюсь, – предупредила она. – И кричу всегда, когда мне больно. Сильно кричу.

Король с мужчиной переглянулись.

– Нам нужна лишь капля, этого будет достаточно, – произнес, наверное, все-таки маг. Ника не знала, как их отличить, но подозревала, что король вряд ли пригласил бы на ритуал обычного человека.

– А это зачем? – кивнула она в сторону знака, который мысленно решила называть дьявольской пентаграммой. – Демонов будем вызывать? – спросила она и нервно рассмеялась.

– Нет, – король, поняв, что самостоятельно Ника ни за что не приблизится куда надо, подхватил ее под руку и повел к магу. – Сегодня мы не станем никого вызывать.

– А вообще? – спросила Вероника. В ушах от волнения звенело. – Вообще вызываете?

– Это запрещено, – ответил король.

– Но все-таки возможно? – Ника даже сама себя раздражала своей некстати прорезавшейся въедливостью.