Чтение онлайн

То, что случилось потом, Мартин, повидавший на своем веку немало, не раз побывавший на поле боя и сам принимавший непосредственное участие в сражениях – все-таки он не всегда был монахом, – не мог вспоминать без содрогания. Его спасло только то, что он, беспокоясь за Дария, склонился над гномом, пытаясь помочь или хотя бы облегчить его муки. Только поэтому Рихтер его не тронул.

Некромантом в одно мгновение завладела ненависть. Лицо Рихтера окаменело и превратилось в жуткую белую маску с горящими от злобы глазами. Теперь ему было нечего терять. О, как сильно он их ненавидел! Грязные убийцы, они не заслуживают быстрой смерти. Нет, они должны умереть в мучениях…

Отобрать оружие было делом одной секунды – главарь со стоном повалился на бок, прямо на собственные внутренности, прижимая руку к горлу в тщетной попытке остановить хлеставшую из него кровь. Рихтер, словно демон мщения, методично убивал одного разбойника за другим, не обращая внимания на раны, которые те, отбиваясь, ему наносили. В него вонзились три стрелы – в бок, в руку и бедро, но Рихтер даже не поморщился. Ничего больше не было важно, ничего, кроме Дария, который умер у него на глазах.

Рихтер резал тела и ломал кости, с удовольствием слушая их хруст. Пронзив одного из разбойников насквозь и пригвоздив его к дереву, некромант оставил шпагу и теперь убивал голыми руками, разрывая противников на куски. Рихтер совсем обезумел, его сердце радовали истошные крики и стоны, он наслаждался каждым звуком. Он причинял боль – эта была расплата за смерть его друга, и все разбойники должны были рассчитаться сполна. Кто-то в наивной надежде спастись побежал в лес, но некромант без труда настиг их. Некоторых Рихтер специально не добивал, предпочитая, чтобы они, хрипя и пуская кровавые пузыри, мучились как можно дольше.

Мартин, закрыв голову руками, шептал молитву, пытаясь отгородиться от того ужаса, что творился вокруг чего. Ему было страшно. Он молился, не оставляя надежды, что Рихтер найдет в себе силы и сумеет остановиться. Когда все разбойники были мертвы или близки к этому, Рихтер действительно остановился. Окровавленный, он подбежал к лежащему на земле Дарию и опустился подле него на колени. В глазах Рихтера стояли слезы.

– Что бы ни случилось, я за тебя отомстил, – провал он надтреснутым голосом и, посмотрев вокруг чего не видящими глазами, добавил: – А ведь все должно было быть наоборот.

– Ты же некромант, а это значит, что не все потерянно! – Мартин с надеждой смотрел на Рихтера. – Помоги ему!

Некромант с усилием вернулся к мрачной действительности.

– Сначала нужно извлечь стрелу и залечить рану. Иначе когда я верну его душу, она не задержится в больном теле, и он снова умрет.

Рихтер глубоко вздохнул, тщательно исследовал повреждения и уверенно перевернул тело гнома на бок. Из спины Дария торчал железный наконечник. Отломив кусок древка с оперением, Рихтер потянул за наконечник и вынул стрелу. Теперь нужно было заново срастить пораженные ткани, а для этого требовалось время и жизненные силы.

Мартин, боясь шелохнуться, смотрел, как некромант, оголив залитую кровью, пробитую грудь Дария, водит по ней руками, еле слышно шепча какие-то слова. Кровь сразу же исчезла, впитавшись в тело. Потянулись томительные минуты. По мере того как кожа вокруг раны начала светлеть, а сама рана затягиваться, вид у Рихтера становился все более изможденным – давала о себе знать большая потеря крови. Под глазами некроманта залегли глубокие тени, нос заострился, зрачки потускнели. Когда сердце Дария снова стало таким, как прежде, Рихтер уже тяжело дышал. Залечивать рану до конца не было ни времени, ни сил, поэтому на груди гнома остался не очень глубокий порез. Каждый новый вдох давался некроманту с большим трудом. Его измученное тело требовало отдыха, но сейчас Рихтер не мог его себе позволить.

– Тебе нужна помощь, – с волнением сказал Мартин, понимая, как тяжело приходится некроманту.

– Ерунда. Сначала – Дарий. – Рихтер собрал остатки сил и, приложив обе ладони к груди гнома, застыл слов каменное изваяние.

Но через несколько секунд он очнулся и с невыразимой горечью произнес:

– Слишком поздно. Уже слишком поздно. Все было полезно. – Рихтер обхватил голову руками и застонал. – Я опоздал и уже не могу вернуть его душу. Но почему? Ведь прошло не так уж много времени? Однако он мертв, и это уже навсегда… Смерть все-таки ошибается!!! Слышишь, Смерть?! – яростно воскликнул он. – Ты ошибаешься!!! Дарий, а ты был прав, ты всегда был прав! – Его голос внезапно надломился, и Рихтер пробасил еле слышно: – Ты же никогда никому не делал ничего плохого. Это я виноват в твоей смерти! Я искал ее для себя, а принес другу. Своему единственному другу… Я, наверное, проклят. Что делать? У меня больше не осталось сил…

– Может, я могу как-нибудь помочь? Если тебе не хватает жизненной энергии для того, чтобы его вернуть, возьми ее у меня. Если надо – забери всю, – сказал Мартин, протягивая к Рихтеру руки. – Я знаю, я видел, что некроманты умеют это делать. Обещаю, я не буду кричать.

Рихтер с недоверием и слабой надеждой посмотрел на монаха, мгновенно сообразив, что тот имеет в виду. Но у некроманта не было времени ни на необходимые ритуалы, ни на раздумья. Если для того, чтобы оживить Дария, ему придется воспользоваться этим грязным призом, он это сделает. Он сделает все, что потребуется. Мартин скривился и зашипел от резкой боли, когда Рихтер сломал ему левую руку.

– Потерпи, я быстро… – пообещал некромант, крепко сжимая горячую опухшую кисть Мартина.

Сломанная рука и боль послужили ему каналом, по которому он мог черпать жизненные силы монаха. Исключительность данного приема состояла в том, что его было возможно осуществить только с согласия человека, намеченного в доноры. Некромант забирал силы быстро, с жадностью, в безумной надежде успеть. Еще немного, еще часть…

– Достаточно, – прошептал наконец Рихтер, не желая смерти Мартина.

Монах обессиленно повалился на землю. Он не пошевелиться, но был жив, находился в сознании. Некромант не сомневался, что его друг никогда не одобрил бы того, чтобы его воскресили, пожертвовав жизнью кого-то другого. Гном посчитал бы это неправильным, несправедливым. У Дария был особенный взгляд на мир.

Рихтер снова положил руки на грудь гнома. Ему нужно было всего лишь немного удачи, совсем чуть-чуть… Пусть боги смилостивятся над ними, пусть дадут еще один шанс… Но до проблем простых людей богам нет никого дела.

– Бесполезно. Он уже слишком далеко. Почти потерян. – Некромант взвыл от разочарования. – Нет!!! Я все равно не сдамся!

– Что же теперь делать? – Мартин приподнялся, опершись на здоровую руку.

– Последняя попытка, последняя попытка… – Рихтер, словно безумный, лихорадочно шарил в пожухлой прошлогодней траве.

– Что ты ищешь?

– Мне нужен мой кинжал. Я видел, как он упал сюда… Да, вот он!

Рихтер, не медля больше ни секунды, вонзил тонкое лезвие себе в грудь по самую рукоятку.