Чтение онлайн

— Все это хорошо, но на самом деле не так просто, — ответила Сара. — Мой отец не верит ни во что, кроме закона и фаз луны. Он не отмечал День благодарения с тех пор, как моя мать умерла.

— Тогда зачем они вас пригласили?

— Это Майк позвал Сару, — пояснил Уилл, — хотя она не просила его.

— Он сам предложил, — сказала Сара. — Он знает, я люблю День благодарения больше, чем любой другой праздник. И он не сомневается, что я закрою магазин и устрою себе несколько дней отдыха.

— Больше, чем любой другой праздник? — удивилась Снежинка. — Больше, чем Рождество?

— Да.

— И так было всегда?

— Нет, только в последние годы.

— А что произошло? Почему вы так его любите? — поинтересовался Уилл.

— Это началось в том году, когда родился мой сын, — сказала Сара, глядя ему в глаза. Ей было приятно видеть Уиллуа рядом с его дочерью, он нравился ей все больше. Она видела его отцовскую любовь и знала, что он ее поймет.

Уилл кивнул, внимательно ее слушая.

— Я никогда не предполагала, — продолжала Сара, — что рождение ребенка может так меня изменить. Появление Майка сделало меня совсем другим человеком. Моя любовь к нему была просто невероятной, все вокруг казалось прекрасным. Но… Вы смотрите, как солнце заходит за горизонт, и не можете себе представить, что это не будет длиться вечно. А если подумаете об этом, то ваше сердце останавливается. Вы понимаете?

Почувствовав, что между взрослыми возникло нечто серьезное, Снежинка хранила молчание. Опираясь на спинку кресла и подняв колени к подбородку, она наблюдала за Сарой и отцом. Уилл молча кивнул.

— Я была так счастлива, — сказала Сара. Ее глаза светились. — Мир обрел смысл. Я наблюдала за зябликами, которые сидели на кормушке, и представляла, что это Господь сотворил их для меня и Майка. Мое сердце переполняло чувство благодарности, и я хотела как-то выразить ее… — Она замолчала, молча глядя куда-то вдаль. — И с тех пор День благодарения стал моим любимым праздником.

— А вы рассказывали это Майку? — поинтересовался Уилл.

— Каждый год. Все время.

— И никогда не переставайте, — посоветовал Уилл. — Вы должны всегда говорить детям, что любите их.

— Вот поэтому я и еду в Мэн, — сказала Сара, опуская голову. Взяв себя в руки, она подняла глаза. — Боюсь, что ферма не лучшее место для Майка. Вокруг ни души, никого из его сверстников рядом. Его отец тоже был с острова, но он умер. А мой отец… — Она перевела взгляд на Снежинку. — Да, мой отец человек сложный. Он так и не оправился, потеряв мою маму. И теперь уже не оправится никогда… Годы так и не сгладили боль утраты.

— Со смертью всегда так, — сказала Снежинка.

Сара кивнула.

— Боюсь, его мрачный характер плохо действует на Майка. Моя тетя Бесс когда-то, когда жила в Провиденсе, была такой хохотушкой, видели бы вы ее тогда! Но когда она овдовела и переехала на Лосиный остров, то стала совсем другим человеком. Живя бок о бок с моим отцом, она превратилась в мрачную ворчунью.

— Это интересно, — заметила Снежинка.

Сара посмотрела на нее. Что она за человек, если может назвать ее печальный рассказ «интересным»?

— Я понимаю, моя вина в том, что я уехала, но я не могла поступить иначе.

— Вы ведь ухаживали за своей матерью? — спросил Уилл.

— Откуда вы знаете?

— Мне тоже кажется, что вы ухаживали, — предположила Снежинка.

— Да, — тихо вздохнула Сара, вспоминая теплые руки матери, ее внимательный взгляд. — Но потом должна была уехать.

— А теперь вы возвращаетесь назад, — сказал Уилл, — ради Майка.

— Именно, — сказала Сара. Она неосознанно потянулась руками к своей голове, где гнездилась ее ужасная болезнь. — Я хочу направить его на путь истинный, пока не поздно.

— Пока он не превратился в мрачного ворчуна? — спросила Снежинка.

— Прежде чем он забудет, почему вы любите День благодарения больше всех других праздников, — добавил Уилл.

— Готовь большой самолет, папа, — сказала Снежинка. — Я лечу с вами.

— Нет! — тихо вскрикнула Сара. — На острове грязь, в доме вечные проблемы с отоплением, и запах от гусей ужасен. — Она забеспокоилась, не желая, чтобы поездка превратилась в шумную экскурсию, к тому же Снежинка пропустит школу, и обязательно будут еще какие-то неприятности.

Для Сары поездка на остров была ее миссией. Она воспринимала отъезд сына как собственную потерю, он был словно обломок корабля, дрейфующий далеко в море, и ей нужно было вернуть его назад. Она хотела вернуть его, пока не поздно. Ее мысли метались. Она не хотела, чтобы Снежинка была рядом, не хотела, чтобы кто-то отвлекал ее от Майка. Но тут Уилл пришел ей на помощь.

— Ты не можешь поехать, дочь, — сказал он. — Для меня это работа, а не прогулка. И твоей маме это не понравится. Она хочет, чтобы ты была с ней в День благодарения. Ты же знаешь.

— У нее есть Джулиан.

— Да, но ты нужна ей, — настаивал Уилл.

— Папа, я…

— Нет, Снежинка. Ты останешься с мамой. И точка.

Наблюдая за ними, Сара не могла не понять, что Снежинка необходима Уиллу каждую секунду. Он был большой и сильный, и у него был низкий глубокий голос, который многое скрывал. Но он не мог скрыть своей любви к дочери. Как и она, Сара, не могла скрыть своей любви к Майку.

Вернувшись домой, Сара открыла пакет, который Снежинка оставила на ее столе. Там оказалась коробка с осветляющей краской для волос. Она стояла в ванной, разглядывая себя в зеркало. Мысль покрасить волосы казалась ей странной, но до Дня благодарения оставалось меньше недели.

Она зажгла свечу, которую ей подарила Мег после операции. Пламя потрескивало и разгоралось, освещая небольшое пространство вокруг. Глядя на зыбкое пламя, она думала о темно-красном сарае, о белом гусином пухе. Свечи и пуховики — таинственное соединение между архаикой и модерном.

Она представила себе Майка в холодном сарае, слышала гогот гусей, видела их перья, падающие, словно снег зимой. Когда сын был совсем маленьким, он обожал гусей. Иногда плакал, боясь, что дед делает им больно, выдирая у них перья. Крепко обняв его, Сара вдыхала ни с чем не сравнимый аромат детского тела, шептала ему на ухо, что гуси ничего не чувствуют, что собирать их пух все равно что расчесывать волосы на его голове.