Седьмой этаж, годы 1-3
Шрифт:
— В каком смысле? — опешил он.
— Да в самом прямом, — раздражённо фыркнула она. — Ася сказала, что у нас будет двойня.
— А почему Ася узнаёт обо всём раньше меня? — вдруг возмутился он. — Почему ты ей сказала, а мне нет?
Эм это рассмешило.
— Да потому что Асе не надо ничего рассказывать, она же сама всё видит, — усмехнулась она. — Да ладно, не дуйся. Лучше подумай о том, как мы будем управляться сразу с двумя детьми. Глеб, ты представляешь, что это такое? Это катастрофа, — хныкнула она, уткнувшись ему в плечо.
— Перестань, Эм. Как ты можешь говорить так о наших детях?! — воскликнул он. — Ты только подумай, у нас будет сразу две дочери!
Что-то в его тоне заставило Эм оторваться от его плеча и взглянуть на него. У Глеба была такая самодовольная физиономия, что Эм расхохоталась. Он тоже рассмеялся.
— Ничего, Эм, мы справимся. Я же уже через два месяца получу диплом, так что, всё вполне своевременно. Всё будет хорошо, вот увидишь, — сказал он, ласково её обнимая. — Смотри-ка, голубей выпустили, — указал он рукой в небо.
Пара белых голубей кружится над толпой, то взмывая ввысь, то падая вниз, то подчиняясь воздушным потокам, то споря с ними, то тихо зависая в воздухе, то решительно рассекая белоснежными веерами крыльев солнечные лучи, завораживая устремлённые на них взгляды красотой линий и движений. Совершенные, безупречные. В их полёте торжество жизни и какая-то безусловная, безоговорочная убеждённость в том, что в этом непростом мире, несмотря ни на что, всё же есть место любви и свету, и надежде на то, что всё непременно должно быть хорошо.
[В романе использована цитата из новеллы О.Генри «Дары волхвов».]