Седьмой Перехватчик
Шрифт:
– Дорога? – уточнила Землянка.
– Нам нужна прямая, ровная полоса, чтобы сесть и затормозить. Держи курс на эту полосу. Элероны управляются так же, как и стабилизаторы, рычагами. Чуть крен вправо. Теперь выравнивай.
Командуя, неопытной в деле посадки, Ланой я чувствовал себя важно как инструктор и, подражая ему, говорил свысока:
– Смотрим на приборы: высота 30 метров, скорость 100 узлов – в зеленой зоне. Все хорошо. Выпускаем шасси. Ручка выпуска слева, выше колена. Так. Теперь закрылки. Переключатели активации рядом с тягой.
Лана слушала меня внимательно и послушно выполняла указания. Перехватчик постепенно снижался, и до бетонированной полосы было уже рукой подать.
Признаюсь честно, я сильно волновался. Конечно, на тренажере приходилось еще и не такие посадки совершать, но пилотом нынче была не моя просвещенная персона, а уставшая растерянная девушка. «Если что, отстегнусь и схвачу ее за руки», – решил я. – «Набью синяков, может, сломаю чего из костей, но корабль посажу».
– Левый рычаг чуть на себя. – командовал я. – Приподними нос, чтобы основные стойки коснулись земли первыми.
Спустя минуту, Перехватчик тяжело плюхнулся на поверхность полосы. Затем, корабль еще раз встряхнуло, когда его носовая часть всем весом шлепнулась на переднее шасси.
Такую посадку мой инструктор в Академии называл «раскорякой» и наказывал за небрежность отстранением от полетов. А вот Лане за первый кривой опыт впору было давать медаль «За отвагу».
Я смог немного перевести дух. Подпрыгивая на неровностях, моя «Семерка» наконец-то понеслась по дороге.
– Тормоза, – напомнил я Лане, – нажимай осторожно, не передавливай, а то занесет в чей-нибудь ангар.
Рекомендацию «осторожно» напуганная девушка поняла по-своему и тормозила практически неощутимо. На большой скорости к нам стремительно и неотвратимо приближалась стена…
Глава 13. Между честью и долгом.
Эта серая стена, толщиной не менее двух метров, огораживала все хозяйство Базы, одновременно являясь оборонительным рубежом. Сверху, по ней, мятой спиралью в два ряда, вилась колючая проволока. Толщины составлявших преграду карбониевых плит вполне хватало на сплющивание Перехватчика, при том, что на их шершавой поверхности осталась бы просто вмятина.
С грустью я понял, что катапульта, конечно, сработает и мы не получим ни царапины. Но свой корабль я потеряю безвозвратно. А может быть и друзей тоже. Хотя… легкомысленный Юом воспримет переход к наземному образу жизни спокойно. Возможно, даже обрадуется, что обязанностей меньше. Но Эк… Он мне этот акт вандализма не простит никогда. Тем более если узнает, что я передал управление Перехватчиком Лане. Ее сообщник автоматически станет его врагом.
Подняться в воздух на этих учениях, скорее всего, мне больше не удастся. Тон, как командир звена, допустим, сможет временами у кого-то из наших отбирать корабль и воевать. А мне никто перехватчик на блюдечке не принесет, тут можно быть стопроцентно уверенным. Дай бог, чья-то добрая душа подберет штурманом на свой большой корабль…
Такое развитие событий меня не устраивало, поэтому, не дожидаясь пока Лана врежется, я рванулся к реверсу тяги и переключил всю оставшуюся мощность на носовые сопла. «Семерка» резко сбавила скорость и завиляла хвостом, но, по моим расчетам, тормозной путь все еще пролегал сквозь стену.
– Раэл, мы не успеем! – вдруг громко заявила Лана и, не дав мне опомниться, дернула оба рычага. Перехватчик резко повело влево. Балансируя на одном шасси, словно пытаясь сделать «ласточку», он лихо завернул, завалился на левое крыло и ткнулся носом в землю.
«Приехали!» – успел подумать я, перед тем как приложиться головой о край иллюминатора. В глазах вспыхнул фейерверк.
Вскоре огни рассеялись. Я постепенно приходил в себя, словно размораживался. Но вместо долгожданного облегчения пришло сильное беспокойство. Катастрофа все-таки случилась и теперь было непонятно, насколько сильно поврежден наш корабль. Я поднял голову и потянулся к пульту, но бортовая система просыпаться не желала. Ушибленный висок противно заныл. Тусклый красный свет аварийного освещения начал бесить.
– Кто же так делает!? – не удержался я и выплеснул на девушку накопившееся за время полета напряжение. – Наш корабль..!
Но осекся. Кричать было не на кого. С выражением смертельной усталости на лице, Лана бессмысленно глядела перед собой.
– Мы не разбились? – удивленно спросила она.
– Нет, – вздохнул я.
Если не считать финальный поворот, трудно было не согласится, что Лана держалась молодцом. Смог бы я в аналогичной ситуации посадить Перехватчик лучше? Еще вопрос. Так что спасибо мне и ее дяде, кем бы он там ни был.
Досада по поводу разбитого корабля постепенно отодвинулась на задний план, и в душе заворочалось что-то похожее на сплав нежности, жалости и восхищения.
– Надо выбираться, – моя рука привычно отстегнула ремни.
Встать из кресла оказалось непросто: ноги затекли от напряжения, руки мелко дрожали. Такую мерзкую слабость я последний раз испытывал после первого самостоятельного полета на истребителе. А теперь, похоже, я самый бодрый из нас двоих. Надо было срочно брать себя в руки и вынимать из кресла растерянную девушку.
– Держись за меня, – сложив Ланины ремни, я осторожно взял ее за подмышки, уперся ногами и дернул вверх. И тут же чуть не упал вместе с ней: Землянка еле держалась на ногах и вся дрожала.
– Все нормально, – я легко похлопал ее по спине, – скоро пройдет.
– Какое набекрень…, – с бездумным видом прокомментировала девушка сильный крен Перехватчика на левый бок.
– Не бери в голову! – подхватил я Лану и, бережно поддерживая, повел в направлении верхнего шлюза.
Поскольку корабль практически лежал на брюхе, было ясно, что трап не разложится. Корячится, выползая в узкую щель между ним и люком, я смысла не видел. А верхний люк позволял выбраться беспрепятственно.
Усадив безвольную Лану в коридоре, я спустил с козырька кепки проекцию экрана и принялся искать инструкцию. По стечению обстоятельств, корабельные мозги отдыхали в глубокой коме. И мне, как древнему человеку, предстояло делать все самому. Возмутительно и непривычно. Спасибо, у моего полифона аккумуляторы не разрядились.
В общем, пришлось повозиться. В инструкции требовалось совместить проекцию узлов с реально существующими, а они у нас теперь все были под углом в тридцать градусов. Глядя на мои вычурные позы, Лана задумчиво сказала, что йоги мною бы гордились. Я понятия не имел кто это такие, но если они мною гордятся – это приятно.