Седьмой сценарий. Часть 2. После «путча»
Шрифт:
Наличие на территории Азербайджанской ССР более чем 130 тысяч крестьян, согнанных с земли и лишенных имущества, с учетом их вынужденного расселения по 40 районам республики, создает качественную базу развития конфликта.
Подвергшиеся насилию, потерявшие веру в защиту со стороны государства, беженцы представляют собой исключительно нестабильную социальную среду, тяготеющую к самозащите. Исторические аналоги подобных насильственных выселений крестьян приводят к выводу о возможных вспышках конфликта в виде «крестьянской войны» и партизанских действий. Вероятность подобного развития событий усугубляется численностью и структурой восточной крестьянской семьи, а также особым значением кровно-родственных связей.
3.7. Новый качественный переход конфликта из межэтнического в межнациональную форму
Переход конфликта на новый качественный уровень (межнациональный) приводит к поискам идеологем соответствующего качества. Для армянской стороны, уже консолидированной вокруг идеологемы народа-мученика, отстаивающего право на жизнь и идею армянской государственности, такой задачи нет.
Для азербайджанской стороны такой идеологемой является лишь идея тюркизма, консолидирующая азербайджанцев в нацию.
Анализ, проведенный группой, показывает, что антисилы в Азербайджанской ССР подошли к выработке общей идеологемы. И хотя антисилы в Азербайджане не прошли еще процесс консолидации, предшествующей выработке общей политической идеологемы, наличие в республике 130 тысяч беженцев, неизбежное распространение информации о методах сгона с земель создают предпосылки для сплочения народа на базе этической, морально-нравственной оценки этих событий. По существу, вопрос в настоящее время сводится к определению той силы, которая встанет во главе этого процесса.
4.1. Силы, активно препятствующие расширению конфликта
Проведенный группой анализ показал, что коллективы крупных промышленных предприятий г. Баку не только не проявили забастовочной активности, но и контролировали порядок на своей и прилегающей территориях. Возросло доверие этих коллективов к своим руководителям. В то же время потенциальные возможности крупных пролетарских коллективов использованы не были. Отсутствовали «встречные» демонстрации в поддержку перестройки и правительства республики, не были созданы новые формы использования социально-политических возможностей этих групп населения.
Как уже отмечалось, исключительно активно повела себя подавляющая часть воинов-интернационалистов. По существу, благодаря их инициативе не возникало локальных конфликтов при вводе войск в особый район — г. Баку. Воины-интернационалисты взяли на себя наиболее конфликтные формы контрольной работы — проверку документов, личный досмотр и досмотр вещей.
Несмотря на это, возможности этой авторитетной социальной группы не были максимально использованы.
Особое место в формировании общественного сознания на Востоке играют пожилые люди. При высоком уровне урбанизации населения это влияние идет на убыль, тем не менее ветераны ВОВ, представители республиканской науки и культуры располагают значительным авторитетом, который практически невозможно использовать в традиционных формах социально-политической работы.
4.2. Группы населения, пассивно сопротивляющиеся развитию конфликта
Следует отметить, что авторитет старейшин на селе значительно выше, чем в городах. Аксакалы в сельской местности занимают в настоящее время позицию пассивного нейтралитета. Исторически в Азербайджане в периоды нарастания конфликтных ситуаций стихийно возникали аксакальские советы, располагавшие исключительным влиянием на массы. В сложившихся условиях использование института аксакальства привело бы эту структуру из пассивной в активную форму деятельности. Включение же этой структуры в работу по обслуживанию кадров резко повысило бы как авторитет высшего республиканского звена управления, так и авторитет аксакальства.
В крупных городах Азербайджана (Баку, Сумгаит, Кировабад и др.) определенное место занимают межнациональные среды из семей, возникших в результате смешанных браков, и азербайджанцев разноязычной культуры. Эти среды далеко отстоят от традиционных форм национальных отношений и изначально представляют собой социальную структуру интернационального мировоззрения.
Следует учесть, что лица, входящие в эту структуру, ощущают определенный «комплекс неполноценности» в условиях бурного развития национальных и националистических воззрений, а значит, тяготеют к объединению на интернациональной основе. Лидерские функции для этой среды могли бы исполнять представители республиканской интеллигенции, сохранившие свой общественный авторитет в период застоя и стоящие на интернациональных позициях. (Интеллигенция второго, третьего поколения в Азербайджане русскоязычна, как правило, азербайджанского языка не знает, интернациональна.)
4.3. Резервные структуры населения, способные примкнуть к активным силам
Особое место в оперативной обстановке занимает молодежь 14–17 лет. Эта неустойчивая, но исключительно активная часть населения способна поддержать любое направление развития событий, избирая то, которое даст больше оснований для самоутверждения. Для этой части населения функции лидерства могли бы осуществлять здоровые силы воинов-интернационалистов. Влияние в данном случае было бы тем больше, чем больше учитывалось бы тяготение молодежи к атрибутике общественного движения. Если функции «командирства» могли бы осуществлять воины-интернационалисты, то функции «комиссарства» — ветераны ВОВ и партии.
Пассивную, выжидательную позицию занимает большая часть рабочих и служащих средних специализированных промышленных предприятий, не включенных в «сферу влияния» «теневой» экономики. Поскольку на этих предприятиях (электротехническое, электронное, приборостроительное производства) профессиональные качества и уровень культуры работающих выше, чем на предприятиях местной и бытовой промышленности, на транспорте (где «теневая» экономика держит ключевые позиции), эти группы населения политически здоровы, но не имеют внутренних возможностей для политической консолидации, так как структура руководства ими традиционно неавторитетна.
В сельской местности здоровой, но пассивной силой является социально стабильная часть работающих, не имеющая парниковых хозяйств, избытка земли в личном пользовании и относящаяся, по существу, к малоимущим слоям сельского населения. Эта группа, не имея собственных источников обогащения, работает на принципах найма как в госсекторе, так и в личных сельских хозяйствах, контролируемых «теневым» бизнесом. Их политические симпатии — на стороне усиления государственной власти, резких мер по отношению к «теневой» экономике, стабилизации политической жизни в республике. Общественный авторитет для них — аксакальство.
В анализе конкретных событий отмечается особое влияние женщин на массы. Это влияние имеет традиционные корни — женщина-мать в восточной семье пользуется большим неявным авторитетом, и ее образ интенсивно эксплуатируется антисилами для создания острых, возбуждающих страсти толпы ситуаций. Опираясь на факты, свидетельствующие о фрагментарном включении женщин в пресечение конфликта (Агдам, Сумгаит), следует активно использовать этот традиционный фактор, во многом определяющий настроение и поведение толпы мужчин как видимого активного участника процесса.