Чтение онлайн

– Понимаешь, Джинни...
– он запнулся, подыскивая слова.
– Вначале всё было просто. Потом обросло условностями. Людям свойственно усложнять простые вещи, чтобы казаться умнее.

– А что было вначале?

– Вначале всё несло в себе единственный посыл: любовь.

– Убийство Сына Божьего было от любви?

– Ну и вопросы, Джинни... Он пошёл на смерть, чтобы показать, что любит весь мир, - Натаниэль понял, что запутался и попытался продолжить.
– Он показал свою любовь через самопожертвование.

– Любить - это убивать тех, кто готов пожертвовать собой?
– глаза девчонки округлились от удивления.
– Это зло, доктор Крауч. А своим поступком Сын Божий, получается, поддержал зло. Он же дал себя убить, так?

– Так... То есть, нет! Не так!
– доктор промокнул скомканным платком выступившую на лбу испарину.
– Ты из простых и прежде понятных мне вещей делаешь неправильные выводы. Вот смотри... Ты любишь цветы в оранжерее?

– Они живые, - отозвалась девочка ровно.

– Живые, да. Я вижу, как ты ими дорожишь. Если кто-то захочет их уничтожить, ты станешь их защищать?

– Я закрою дверь и никого не впущу в сад. И зла не будет.

– А если дверь выломают? Ты будешь защищать, рисковать собой?

– Не выломают, - отрезала девчонка. Помолчала и печально добавила: - Мистер Крауч, Вы для примера взяли совершенно неподходящую ситуацию.

– А-ааа, чёрт!
– взвыл Натан в отчаянии.
– Джинни! Ты мастер морочить голову! Юной леди не пристало иметь такое мнение!

– Я лишь пытаюсь понять то, что все понимают не так, как я.

В прихожей звякнул колокольчик: вернулась из университета Мэгги. Джинни коротко извинилась и унеслась её встречать, а Натан без сил опустился в кресло. "Откуда же она взялась? Откуда у неё такие вопросы? Как это выяснить?"

И тут Натаниэля осенило. Он схватил чистый лист бумаги, перо и быстро набросал короткое письмо: "Дорогой друг Майкл, обстоятельства складываются так, что я вынужден просить твоей помощи в одном странном деле. Тебе по долгу службы приходится общаться с самыми разными людьми. Нет ли среди твоих многочисленных знакомых медиума? Я и Мэг рады будем пригласить тебя в субботу отобедать у нас". Натан размашисто расписался под письмом, написал на конверте адрес Майкла Гослинга, накинул пальто и поспешил в почтовое отделение, что располагалось через три дома на углу улицы.

Мистер Гослинг прибыл ровно в два часа пополудни и ни минутой позже. Колокольчик над входной дверью и часы в гостиной грянули одновременно. Натаниэль довольно крякнул, отложил свежую газету в сторону и поспешил встречать гостя. Проходя мимо кухни, прислушался: Мэгги разъясняла Джинни правила сервировки стола, тихонько звякала посуда. По дому витал аромат жареного гуся, щедро приправленного травами.

– А-ааа, дорогой Натаниэль, ты потолстел!
– радостно провозгласил с порога Майкл.
– Видимо, дела пошли в гору? Люди стали чаще болеть?

– Люди стали добрее, - уклончиво ответил Натан, принимая у гостя тяжёлую шубу.

– К чему бы это? Надо бы обдумать и выдать сенсацию на первую полосу. Где моя любезная сестрица?

Натан сделал приглашающий жест в сторону лестницы на второй этаж.

– Мэгги колдует с обедом. Майкл, поднимемся пока в кабинет.

– Давай, интриган, хоть введёшь меня в курс дела.

В кабинете, прикрыв за собой дверь и дождавшись, пока гость устроится в кресле, доктор Крауч заговорил:

– Майкл, два месяца назад я подобрал на улице ребёнка. В тот самый вечер, когда провожал тебя до экипажа. Меня едва не сбил кэб, из которого, судя по всему, и выпала моя находка.

– Младенец?
– нахмурил густые брови мистер Гослинг.

– Нет. Девочка лет двенадцати. Страшно истощённая, едва живая. Завёрнутая в мешковину, как вещь. Мы с Мэг оставили её у себя. Полиции ничего не сообщали. Ты не видел её, потому что она боится чужих и не выходит из своей комнаты.

– Опрометчиво было оставлять её, дорогой Натан. Девчонка - это не приблудная кошка.

– Согласен. Только она ничего не помнит, кроме своего имени. Полиция сдала бы её в приют. А здесь мы её выходили и дали кров. Ни в одной из лондонских газет не было объявления о похищении ребёнка.

– И ты хочешь с помощью медиума выяснить, откуда взялся твой найдёныш?
– в голосе Майкла скользнула насмешка.
– Доктор Крауч, вы верите в это антинаучное мракобесие?

Натан почувствовал, что начинает сбиваться с мысли. Он нервно зашагал по кабинету, прислушиваясь к уличному шуму.

– Мне не нужен сеанс автоматического письма или связи с духами, Майкл. Мне нужен тот, кто сможет погрузить Джинни в гипноз. Подсознание хранит то, что стирается из памяти - это не лженаучно! Иначе как я смогу разобраться, откуда появилась эта девочка?

– Почему ты не хочешь озадачить её прошлым полицию? Не понимаю.

– Потому что не хочу поступать с ней, как с вещью.

Майкл поморщился и пожал плечами.

– Ну, раз так, я поищу какого-нибудь талантливого мошенника.

Доктор Крауч усмехнулся и кивнул.

– А ещё знаешь, Майкл...

Его прервал осторожный стук в дверь.

– Да, входи!
– откликнулся Натан.

На пороге возникла Джинни. Безупречно-чистый белый передник, строгое синее платье со стоячим воротничком, аккуратные косички, лежащие на плечах. Взгляд девочки скользнул по гостю и резко посуровел.

– Мистер Крауч, я пришла пригласить вас и мистера Гослинга к столу, - сказала она, не сводя глаз с Майкла.

– Спасибо, дорогая, мы уже идём, - ободряюще улыбнулся ей Натан.

За столом обсудили городские новости, благосостояние семьи, кулинарные чудеса Мэгги. Джинни, как и полагается хорошо воспитанному ребёнку, в разговорах не участвовала. Сидела и молча цедила ложкой бульон, и лишь единожды подала голос, попросив у Мэг чашку тёплого молока.

– Кстати, мисс...
– Майкл сделал паузу, предлагая Джинни представиться.

– Мисс Джинни.

– У мисс Джинни есть фамилия?
– мягко спросил он.

– Джинни Блэквуд.

Чета Краучей вопросительно переглянулась, а Майкл продолжил:

– Мисс Блэквуд, а как же гусь с яблоками?

Джинни вежливо улыбнулась уголками рта:

– Благодарю, мистер Гослинг, я вынуждена отказаться.

– Вы вегетарианка, Джинни?

– Отнюдь. Я же пью мясной бульон.

Майкл отрезал кусок лежащей на тарелке гусиной ноги и с удовольствием отправил его в рот.