Чтение онлайн

Кельш кивает и уступает место ещё одному командиру - подполковнику. Он представляется командиром дивизии, в боевых порядках которой сражалась наша штрафная рота. Зачитывает приказ о снятии с меня судимостей в виду искупления героизмом и кровью. Потом зачитывает приказ о моём награждении медалью "За отвагу". Кельш мотает головой:

– Не верно составлен приказ. Оба приказа. Исправьте. Фамилию Кенобева Обивана Джедаевича замените на Кузьмина Виктора Ивановича. Да-да. Тот самый - Медведь. Прятался от Нас. Знали бы, что так примитивно себе псевдоним выберешь...
– Кельш махнул рукой.

Немая сцена. Подполковник стоит - ни жив, ни мёртв. С коробочкой в руках. Бася, в виде бойца осназа НКВД, подходит ко мне и принимает привычный для меня вид черного скафандра. Поднимает меня и несёт.

– Товарищ капитан медслужбы, прошу избавить меня от бинтов и прочих инородных предметов. Пройдёмте в перевязочную, - говорю я звуковыми модуляторами Баси.

Спустя несколько минут я зачитывал данные медблока. Плохи дела. Все раны у меня - заживут, без базара, но повреждения спинного мозга и глаз - необратимы. В полевых условиях. Необходим стационарный медицинский биореактор. Нужен корабль Пяткина. Что сейчас обломками раскидан по площади 1,6 тыс. кв. км.

Пока Бася занимался моим телом, я беседовал с Кельшем.

– И зачем вы меня решили выдернуть?

– Не навоевался?

– Навоевался. Ещё полгода назад - навоевался. Как в плен попал, так и - навоевался. А что, война - кончилась?

– Нет, не кончилась. Вроде, и победили мы на Кавказе и на Волге, а наши заклятые союзники у нас опять хотят победу отобрать.

– Что случилось?

– Турция присоединилась к станам Оси. Закавказье - потеряно. Высадка турецкого десанта в Новороссийске. Надо останавливать и разворачивать танковые армии. И перебрасывать войска обратно на Кавказ и Краснодар. Вертать всё взад.

– И мы остались без горючего.

– И мы остались без нефти Баку.

– Наглы?

– А кто?

– Да, Гитлеру, при всём желании, не хватит мощёнки сдвинуть "диван" с места. Только этим вечным интриганам с острова это по силам. Турки - их рабы. На сколько хватит запасов?

– Что там было, запасов этих?

– Всё так плохо?

– Плохо. Но - не смертельно. Турция взбелинилась не вдруг. И наша разведка свой хлеб с маслом не зазря ест. Оборудование с нефтепромыслов едет в Сибирь. Эвакуация населения и народного хозяйства проведены планово и почти полностью. Так что - пободаемся. Нам с турками - не впервой воевать.

– А что это наглы так в открытую гадят?

– О тебе слухи - не получилось скрыть. Протекло. В открытую, они ещё не присоединились к Гитлеру, ждут наших предложений. Но, вполне - могут. А где Англия - там и САСШ. И прочие колонии. Одним словом - даже если бы ты погиб - это не предотвратило бы войны со всем миром. А вот ты живой - ещё можно поиграть. И как поиграть!

– Говорили мне умные люди - Большая Игра - это больно. И это - правда. Как будите меня "играть"? Что решили? Сдать меня им в аренду? Или продать?

– Ёжнулся? Врагов укреплять? Как говорят твои: "Щаз!" Но, поиграть можно.

Кельш горестно усмехнулся:

– Теперь расклад ты знаешь. Я от тебя почти ничего не скрываю. Ты знаешь. Каким ты стал! Даже не вериться, что год назад я стал курировать простого пацана...

– Коль, оставь лирику.

– И я - о том. Представь, идём по твоему следу, а ты - как заяц, с дивизии в дивизию, с армии в армию, с фронта на фронт. И мы ещё не уверены, что даже имя джедая Оби Вана Кеноби - гарантия. Чего только на Руси нет! Любая случайность возможна. Любое невероятное совпадение. Сколько мы проверили Прониных, Сароновых, Суроновых, Фёдоров Сумкиных! Был даже Лука Сковородка. Но, с танком - ты угадал! Как услышал - сразу понял - ты!

– Опять этот танк!

Ржём.

– Сейчас - смешно. А когда нашли, где именно ты сражаешься, пока добрались до места, в штабе дивизии слышим: "Боец Кенобев! Все мертвы. И я - мёртв. Умерли, но не сдались! Хорони нас, крыса тыловая! Хорони ребят! Дай огня!" Каково мне было слышать? Послал осназ - нашли гору битого кирпича.

– А кто же меня вытащил?
– удивился я. Ни секунды не верил, что Маугли. После эксперимента Пяткиным с моим телом во мне даже в тощем, как велосипед - было 100 кг. При норме, при таком образе жизни и такой кормёжке - 70-75 должно быть во мне, никак не центнер. Зато, кости пулю держат. Спиной мозг бы ещё держал бы. И глаза.

– Некто Киркин. Из разведбата дивизии. Был в самоволке, вернулся, забрал своих разведчиков и увёл. За это - на губу. Случайно узнал эту историю. Как только узнал, что ты жив - тут. И как тебе удаётся так сыпать крылатыми фразочками? Все кругом используют, явно же твои, речевые обороты. К чему я? А, так я и узнал про самовольство разведчиков. Вот это твоё: "Хорони нас, крыса тыловая, дай огня!" - из уст в уста по всему фронту. С подробностями. Все говорили, что погиб. И только в одном месте услышал: "Киркин вытащил".

Раны мои регенерировались на глазах.

Кельш рассказывал о Киркине, а я - вспомнил ротного.

– У тебя с собой наград нет?

Кельш подавился. Таким неожиданным был вопрос. После секундного раздумья, Кельш сказал:

– Киркина и так наградим. Лично вручишь, коль желаешь.

– Есть ещё один чудо-человечек. Ротный. Маугли!
– кричу я.

Меленький человечек проскальзывает в процедурную, с удивлением смотрит по сторонам, на стоящий, как в музее, матовый полный доспех рыцаря, потом на меня. Искал давешнего осназовца, что больно сдавливал плечо?

– Что, малыш? Пропал твой обидчик? Это был лишь костюм. Очень сообразительный, самостоятельный и даже - самовольный, но костюм. Мой костюм. Он теперь всегда будет со мной. Без него я не смогу ходить и ничего не увижу. Теперь я - всего лишь начинка доспехов. Как капитан Тул. Так что - привыкай. Я что тебя звал-то? Ты парень молчаливый, но шустрый. Где лежит наш Рвотный Ротный - не знаешь?

Кивает, берёт меня за правую кисть, тянет.

– Не спеши, Мышонок, дай одеться.
– Смеюсь я.

А потом приказываю своему костюму:

– Бася! Место!

Костюм стал обволакивать меня.

– Коль, погоны - не ввели, случаем?

– Приказ готов уже давно. Ждали торжественного случая. Салют был в Москве в честь Сталинграда? Да, откуда ты знаешь? Сидишь тут... в жопе. А мы - крутимся, как белки в колесе. Отпуск он себе устроил, козёл!
– бурча себе под нос, Кельш вышел.

Я - не понял.

– Бася, принимай форму... Кем я сейчас числюсь? Полковник? Вот, полковника егерей. Отбой медблоку. Препараты заканчиваются, а нам надо одного человечка починить. Веди, Маугли!