Чтение онлайн

Уже наступил декабрь. Время пребывания Кэйси у Тейлоров подходило к концу. Через месяц, может, полтора миссия ее будет закончена. «И что же тогда?» – спросила она себя, выходя из дома. Как долго она сумеет откладывать на потом мысли о будущем? Она уже договорилась о лекционном турне на январь. И надо было навести справки, состоятся ли намеченные на март раскопки под руководством Паттерсона.

Кэйси сунула руки в карманы и слегка ссутулилась, подняв плечи. «Надо убираться отсюда, – решила она. – Необходимо снова начать думать о себе и своей жизни. Надо писать докторскую». Кэйси закрыла глаза, слишком ослепительным было сегодня солнце.

Если она в скором времени не начнет готовиться к отъезду, потом будет еще тяжелее. Не сорваться бы при расставании. «Что почувствует Джордан, когда она уедет? – Кэйси вышла из внутреннего дворика на лужайку. – Будет у него ощущение утраты? Или он станет вспоминать время, проведенное со мной, как еще одну приятную осеннюю интерлюдию?»

Как человек, привыкший все анализировать, Кэйси недоумевала, почему она не в состоянии понять до конца поведение Джордана. Надо признать, никто еще не значил для нее столь много. Не в этом ли дело? Она просто не способна разумно оценить все, что касается его. Его мыслей и чувств. Любовь слепа. Можно быть уверенной только в Элисон.

Девочка ее просто любила. В одиннадцать лет ребенок не маскирует своих чувств. «А сколько масок у него? – усмехнулась она про себя. – Сколько у меня? И почему мы обязательно должны их носить?» Она посмотрела на ровно подстриженную лужайку, великолепно ухоженные деревья и в строгом порядке рассаженные цветы. «Нет, надо отсюда линять, – снова подумала Кэйси. – Я не в состоянии выдерживать дольше эту безупречность».

– Кэйси!

Она обернулась. К ней стремглав летела Элисон, за которой быстро шагал Джордан. «А когда я уеду, – раздумывала Кэйси, – они останутся вместе. И эту радость я увезу с собой».

– А мы никак не могли вас отыскать, – Элисон схватила Кэйси за руку. – Мы хотим пригласить вас купаться.

Эта простая просьба вызвала к жизни мгновенно образовавшуюся цепь мыслей и ощущений. «Но они же тебе не принадлежат», – подумала Кэйси. Сердце ее рвалось им навстречу. Согласиться, быть с ним, опять забыть обо всем.

«Нет, – вздохнула Кэйси про себя, – надо перестать притворяться, все скоро кончится и надо быть к этому готовой». Кэйси не сводила глаз с Элисон, не желая встретить проницательный взгляд Джордана.

– Не сегодня, миленькая. Я как раз собираюсь побегать.

– Но при плавании работает больше мускулов, – заметил Джордан, – и не потеешь, не так ли?

Кэйси все-таки пришлось взглянуть на него. Джордан сразу же прищурился, почувствовал, что у нее неважное настроение. Ей хотелось, чтобы он сразу все понял.

Она быстро сжала руку Элисон и виновато сказала:

– Я все-таки склоняюсь к бегу.

Кэйси повернулась и рванула с места в карьер.

– Что-то с Кэйси нехорошо, – Элисон вопросительно взглянула на дядю, но он молча смотрел, как Кэйси бежит к стене, ограждавшей его владения. – У нее глаза печальные.

Джордан удивился. Ее слова только подтвердили то, о чем он подумал.

– Да, печальные.

– Это мы ее расстроили, дядя Джордан?

Вопрос совершенно поразил его. Джордан снова взглянул в сторону Кэйси, но она как раз исчезла из виду. Неужели? Ее способность чувствовать не имела себе равных, насколько ему известно. Не следовало ли из этого, что и ее способность причинять боль так же велика? И Джордан покачал головой. Возможно, он читает в этой книге больше, чем там написано.

– У всех бывает плохое настроение, Элисон, – пробормотал он, – и это относится даже к Кэйси.

Он посмотрел на девочку. Та все еще глядела на пустой проем боковых ворот. Тогда Джордан быстро перекинул Элисон через плечо, чтобы заставить ее рассмеяться.

– Ой, не бросайте меня, – и девочка стала со смехом отбрыкиваться.

– Бросить тебя? – удивленно спросил Джордан, словно подобная мысль никогда еще не приходила ему в голову, и стал подниматься по ступенькам к бассейну. – Да почему же ты думаешь, что я на такое способен?

– Но ведь вчера же вы бросили.

– Разве?

Он взглянул через плечо на кустарник и стену. По другую ее сторону находилась Кэйси. Ему стало не по себе, но Джордан сделал над собой усилие.

– Я, знаешь, терпеть не могу повторяться, – сказал он и осторожно столкнул девочку в воду.

Через час он встретился с Кэйси в гостиной. Бег не улучшил ее настроения. Джордан молча смотрел, как она шагает от окна к окну. Он остро ощущал ее волнение.

– Подумываешь о том, чтобы слинять?

Кэйси круто обернулась на звук голоса:

– Не слышала, как ты вошел.

Она хотела было обратить все в шутку, не смогла и снова отвернулась.

– Да, – сказала она, – этот дом не музей, а мавзолей.

Джордан удивленно поднял брови и сел на диван.

– Почему бы тебе не рассказать, Кэйси, что тебя мучит?

В ее взгляде вспыхнул гнев, но лучше гнев, чем отчаяние.

– Как ты можешь все это выносить? – накинулась она на Джордана. – Неужели это вечное солнце тебя никогда не достает?

Он с минуту внимательно ее разглядывал, затем откинулся на подушки.

– То есть тебя не устраивает погода?

– Бог с ней, с погодой, – закричала она, – погода меняется, – и обеими руками откинула с лица волосы. Она чувствовала пульсирующую боль в затылке.

– Кэйси, – сказал Джордан тихо и рассудительно. – Сядь и поговори со мной.

Но она покачала головой. Ей не хотелось быть рассудительной.

– Меня изумляет, – продолжала она, – просто сбивает с толку, что ты можешь писать так, как пишешь, отрезав себя от внешнего мира.

Он снова вздернул брови.

– Почему ты так говоришь? Да, я здесь неплохо устроился, но разве это означает, что я оторвался от мира?

– Ты чертовски самодоволен.

Она круто повернулась, сжав кулаки в карманах.

– Ты сидишь в своем антисептическом дистиллированном мирке без всякого понятия о том, как людям приходится трудно в жизни. Ты не беспокоишься, даже если у тебя выходит из строя холодильник.

– Кэйси, – Джордан пытался сохранять спокойствие, – тебя опять занесло не туда.

Она взглянула ему прямо в лицо. Ну почему он не может понять? Почему не видит сути вещей?

– Никто не может почивать всю жизнь на лаврах и загорать на солнышке.

– Ну вот, приехали, – Джордан встал и подошел к ней, – почему все-таки мои деньги для тебя как черное пятно на моей репутации?