Чтение онлайн

– Не стоит их так называть, – строго оборвал Олифф. – У них есть свои имена, свои законы и правила. Поэтому они маленький народец. Запомни!

– А с чего вы решили, что они его похитили?

– А разве это не очевидно? – удивился он. – Ты его видела в поместье? Нет. Никто не видел. Он как будто сквозь землю провалился. Никаких следов. Чем же ещё это по-твоему можно объяснить? Да и к тому же, это далеко не первый случай, когда маленький народец вмешивается в судьбу обитателей этого поместья.

– Что вы хотите этим сказать?

– Это они устроили взрыв, – доверительно проговорил Олифф, поддавшись вперёд.

– Это тот, который снёс пол поместья? – решила подыграть я.

– Именно, – обрадовался смотритель. И продолжил таинственным голосом, как будто рассказывая страшную байку, сидя у костра: – Алан, его жена Эльза и их маленькая дочка Мэри навсегда покинули этот мир. Виноват тут не только Алан Фланаган. Нет. Это маленький народец. Думаю, им понравилась Мэри. Но их печалило, что она, как все люди рано или поздно вырастет и состарится. Вот так-то. Они не могли такого допустить. Для этого и устроили взрыв.

– Тогда у них весьма… радикальные методы по борьбе со старением, – скептически заметила я.

– У всех свои законы. Так устроен мир и этого не исправишь, – философски пожал плечами смотритель, затем после некоторой паузы небрежно заметил: – Кстати, им от тебя что-то нужно.

– Почему вы так думаете? – напряглась я. Одно дело послушать сказку и совсем другое стать её участником. Вдруг я им тоже приглянулась, и они не захотят лицезреть мою старость.

– По дороге сюда я хотел забрать твои ключи. Из машины. Но их там не было.

– Не было? Я точно помню, что оставила их там, – заспорила я.

– Никаких ключей. Думаю, маленький народец хочет, чтобы ты осталась.

– Скажите, а почему вы решили остаться и дальше в поместье, после смерти Ириного дедушки? – перевела тему разговора я, пока его окончательно не занесло. И что у него там в кружке налито?

– Во-первых, – важно начал он, – мои предки из поколения в поколение прислуживали в поместье Фланаган и мой священный долг и дальше придерживаться этой традиции. К тому же, как ты выразилась, дедушка Ирины, он заплатил мне авансом, а значит я не должен подорвать доверия, даже после его смерти.

– Почему вам так не нравится Джек Симонз? – решилась я на ещё один вопрос.

– Я ненавижу англичан, но этот… Его в особенности. Сразу мне не понравился. Дерзкий, невоспитанный, заносчивый, грубый и наглый. Всюду совал свой нос. Хуже него и быть не может. Вот моё мнение.

– А Крис Уилан? Что вы думаете о нём?

– Несмотря на то, что он родился в Штатах, а затем жил в Лондоне, он – истинный ирландец. Я сразу это заметил, – с гордостью заявил он. – К тому же он влюблён в Ирину, думаю, они будут хорошей парой.

– Он? Влюблён в Иру? – опешила я. Пожалуй, за всё время это был самый интересный собеседник. А я ещё грешила на бедного ирландского старичка!.. Если так дальше дело пойдёт, то мы подружимся.

– А ты этого не заметила? – в свою очередь удивился он. – Конечно же да. Это же у него на лбу написано. Только из-за этого он и приехал сюда пораньше. Что бы расстроить свадьбу. Но маленький народец всё сделал за него. Да, определённо удача всегда на стороне ирландцев, – довольно улыбнулся Олифф.

– А почему у паба такое оригинальное название? – спросила я, решив пока оставить обсуждение скрытых мотивов Криса. Хотя версия имеет место быть. Чувствую, что это деталь – важная составляющая пазла, который мне предстоит собрать в целостную картину.

– Ты не знаешь, кто такая банши?

– Нет, знаю. Немного, – поправилась я, боясь, что смотритель решит устроить мне подробный опрос по теме.

– Банши – это, можно сказать, дух или привидение, – таинственным шелестящим шёпотом начал он, – иногда она является в облике старухи. У неё длинные, седые, всклокоченные волосы и красные, заплаканные глаза. Её вой наводит ужас. В нём слышится детский плач, волчий вой и скорбное завывание ветра смерти. Она ходит в длинном сером плаще с капюшоном. Тот, кто услышит её крик, в скором времени умрёт.

– Когда я подъезжала к поместью, мне перебежал дорогу кто-то с длинными седыми волосами и в каком-то белом балахоне, – вспомнила я и, немного подумав, дополнила: – А перед этим ещё раздался очень противный крик или вой, даже не знаю на что больше похоже…

Олифф уставился на меня с таким священным ужасом в глазах, что я сразу пожалела о сказанном. После минуты молчания он взволнованно заговорил:

– Я первый раз увидел банши только в пятьдесят шесть лет, – сказал он с таким видом, будто каждый уважающий себя человек должен был хоть раз её увидеть и это лишь вопрос времени. – А ты увидела её в таком возрасте… В первый же день своего приезда сюда… Наверное, ты особенная.

Похоже, в глазах смотрителя я значительно возросла. Мной интересуются и маленький народец и банши. Я уже практически особа, приближённая к императору.

– Ладно, скоро уже стемнеет. Мне пора возвращаться в поместье, – спохватилась я и, распрощавшись с Олиффом, как со старым приятелем (всё-таки общие знакомые в виде банши и маленького народца очень сближают), вышла на улицу.

– Алиса, подожди, – внезапный окрик застал меня уже на порожках.

Я вопросительно уставилась на выскочившего вслед за мной Ринна.

– А ты давно приехала? – внезапно поинтересовался он.

– Пару дней как, – неуверенно протянула я, растерявшись от неожиданного вопроса.

– И всё это время ты провела в поместье на пару с этим полоумным стариканом? – иронично поинтересовался он.

– Нет, ещё с подругой, – придирчиво уточнила я.

– Приехать в Ирландию и сидеть в четырёх стенах, – театрально всплеснул руками Ринн. – Это обязательно надо исправить. Завтра в одиннадцать я зайду за тобой.

– Зачем? – тупо поинтересовалась я, окончательно сбитая с толку.

– Поедем в город, посмотрим достопримечательности, поедим чего-нибудь вредного, но очень вкусного, – с готовностью перечислил Ринн, загибая пальцы.

– Заманчиво, но… – такое его внезапное оживление вызвало во мне приступ паники и подозрения, но, как назло, убедительную отговорку придумать с ходу не получалось.

– Я тебя не слышу, – перебил меня Ринн, демонстративно закрыв уши руками. – Завтра. В одиннадцать. Жду.

Поставив меня перед свершившимся фактом, он круто развернулся и скрылся за дверью паба.