Чтение онлайн

Туда, где город спал, не слыша адской битвы у себя под боком.

Что бы не происходило сверху, Кичиро был жутко рад, что он был не там — а внизу, в относительной безопасности.

Толпа перед ним была вооружена слабо, если против них кто-то и выступит, то ничем хорошим это явно не закончится. Не только он это понимал: судя по то и дело бегающему в сторону взгляду Дзюнко, ей было жутко некомфортно и страшно, и, то и дело, она накручивала прядь на палец.

— Надо выбираться.

— Да, — кивнул андроид, тот самый, кого они встретили у входа. Мон, так его звали. — Мы пойдем разными путями. Двумя группами. Наша направится на соседнюю замороженную станцию. Оттуда — по тайным проходам в следующий мон. Вас вдвоем там же выпустим на улицу. Оружие есть? — Кичиро посветил пистолетом. — Тогда будете замыкающим.

И тайными тропами… На-на-на.

Дзюнко спрятали в центре толпы, среди других андроидов. И они двинулись — по темному сырому тоннелю, где пахло пылью и ржавчиной. Напоследок, пока впереди протискивались в узкий лаз, он оглянулся — назад, туда, где пламя пожирало остатки лагеря. Домик за домиком. Полыхало, даже тут обдавая жаром. Кичиро лишь сузил глаза, когда сервера Додомеки разлетелись на куски, и прикрыл глаза — всего на секунду, прежде чем отвернуться.

Что было, то ушло. Прошлое все равно не исправить.

Некоторое время они шли в молчании, пока, неожиданно, толпа не замерла. Влетев в последнего, Кичиро резко вскинул голову, вглядываясь в темноту, а затем услышал звонкий голос, чужой, огласивший то, чего он боялся — и вместе с тем ждал.

— Засада!

Шепотом, паническим. Ближайший андроид сообщил это ему и вгляделся, словно дожидаясь решения, словно это Кичиро был тут главным, и тот замешкался — но лишь на секунду.

Потому что он не успел даже рта открыть, как началась пальба.

Боже, ужаснулось что-то внутри, там же Дзюнко. Дзюнко впереди. Лишь бы ее не задело.

Два красных самурая и «Дракон». По толпе пронеслась очередь, другая разнесла Мона на куски, отчего тот рухнул на землю. Кичиро похолодел, всего на секунду, но потом вспомнил — да, тот был андроидом. Не чувствовал боли, и выдохнул сквозь зубы, когда Мон начал отстреливаться.

Увидел ее — Дзюнко — когда та отшатнулась и упала назад. Лицо и одежда у нее были облиты голубой кровью, в глазах стоял испуг. Губы дрожали. Прямо перед ней разнесли голову одному из андроидов, и она была в таком ужасе, что не могла вымолвить ни единого слова.

Очередная бойня, эхом откликнулся голос в голове. Бессмысленная.

Надо с этим разобраться.

Это сказали они с Ханами в унисон.

Затем, он бросился вперед. Схватил Дзюнко за шиворот, оттащил, пока «Накатоми» были заняты андроидами. Ударил по лицу и заставил посмотреть себе в глаза, но вместо внятной речи услышал лишь всхлипы.

— Если что-то случится, то беги к выходу. Не оборачивайся. Поняла?

— Но… Но…

Позади раздался выстрел. Дробовик. Значит, Мон начал ответный огонь.

В тесном тоннеле пальба била по ушам. Но ничего из этого Кичиро не слышал. Он смотрел во все глаза на Дзюнко: заплаканную, с потекшей тушью и брызгами крови на лице, и в голове пульсировала лишь одна мысль: с этим надо закончить. Он не может дать ей умереть.

Затем, Кичиро поднялся.

Увидел, как Мон отстрелил ногу красному самураю; как того добил «Дракон». Пульсация в голове достигла своего пика, и Кичиро согласился. Да, Ханами. Ты абсолютно права. Пора с этим заканчивать. Ведь если мы не справимся, погибнет Дзюнко. А вместе с ней и остальные андроиды. Нам надо выжить. Чтобы сражаться. Чтобы спасти их.

Чтобы наладить отношения с Дзюнко.

И, чтобы мы жили — они должны умереть.

— Задержите их, — шепнул он, и оставшиеся андроиды ринулись на «Дракона».

Сначала самый проблемный.

Тьма скрывала его, и неслышно он двинулся вперед, по дуге. Лишь изредка тоннель освещался выстрелами, но сейчас оба противника были заняты боем, не зная, что их ждет. В разбитом стекле, в одну из вспышек, Кичиро увидел свои глаза — но не родные, отнюдь, яркого рыжего цвета, какие были у Момидзи.

В эту секунду «Дракон» выхватил катану и сделал два точных удара. Послышался скрежет.

Кичиро легким движением подобрал оброненный красным самураем автомат и тенью вырос позади «Дракона». А может, и не он вовсе — а Ханами, он не знал. В ту секунду все его мысли были поглощены лишь одним, и это нечто выло: убей, убей их всех, тех, кто разрушил наш маленький парадис. Взвел курок.

И увидел. Как складывались чешуйки на броне «Дракона». Вскинул руку и выстрелил, он или Ханами, не важно — в затылок. За долю секунды до того, как сложилась броня. Глаза заболели, настолько пристально он всмотрелся, так, что казалось — время вокруг замедлилось.

Первая пуля застряла в чешуйках. Следующая ударилась об нее, третья, четвертая… Рука дрожала от отдачи, но что-то — кто-то — крепко держал ее на месте, отчего выстрел следовал один за другом — в место, где броня дала сбой.

Раздался мягкий чавкающий звук.

«Дракон», словно подкошенный, рухнул вниз.

Остался один. Пинком он подбросил катану и схватил ее в руку, и ощутил, затылком ли, что третий противник, тот, кого поверг Мон, пришел в себя и сейчас целился ему прямо в спину. Не задумался даже, сжал клинок крепче и резко развернулся — и швырнул катану прямо в него, пробивая руку с оружием.

Очередь ушла в потолок.

Затем Кичиро обернулся — и встретился взглядом с оставшимся красным самураем, держащим Дзюнко за волосы. Один лишь вид ее лица, испуганного, залитого слезами, заставил внутри все вскипеть. Волосы на затылке встали дыбом.

— Стоять! Или я убью ее! Оружие на пол!

Медленно Кичиро вскинул руки. Не отводя взгляда. Швырнул на землю автомат.

Пистолет Мусаши все еще висел за поясом.

— Бегите, пожалуйста, бегите…

Голос Дзюнко эхом откликался в замершем в тишине тоннеле.

— Все в порядке, Шимада-сан, — отчеканил он, делая шаг вперед. Наклоняясь, будто сдаваясь. — Все в порядке.

— Кичиро…

— Мы сдаемся.

И ринулся вперед. Так быстро, что мышцы на ногах заболели. Завтра он, наверное, об этом здорово пожалеет, но сейчас не было времени думать. Некогда сожалеть. Вопрос жизни и смерти. Быстрее, чем красный самурай успел выстрелить в Дзюнко, Кичиро кинулся на него и вмазал по лицу. По руке прошла волна боли, а кожа на костяшках заболела — содрал. В руке что-то хрустнуло. О, это ему аукнется тоже.