Чтение онлайн

Круглая люстра распространяет резкий свет, бабушка лежит в той же позе, что и в прошлый раз, волосы растрепались по подушке, но Ребекке кажется, что сегодня она выглядит чуть бодрее.

– Привет, – здоровается внучка и ставит на столик коробку купленного по пути винограда. – Как ты себя чувствуешь?

– Получше.

– Это радует. Ночью удалось поспать?

Бабушка кивает в ответ, и Ребекка берет ее за руку.

– Я сделала в доме генеральную уборку. Все вещи, которые ты достала, упакованы в коробки. Еще я пропылесосила и вымыла полы. Сама увидишь: там стало очень красиво!

– Спасибо, – слабым голосом отвечает бабушка.

– Посмотрим, что еще я успею до твоего возвращения. Может быть, даже дом заново покрашу.

– Ты очень добра ко мне.

– А как же? Для чего еще нужны внуки?

Ребекка присаживается на поставленный к изголовью стул. Она размышляет, не спросить ли, что произошло с Гердой, но боится расстроить бабушку и вместо этого достает фотографию.

– Кстати, вот что я нашла в шкафу, – говорит она, протягивая снимок. – Это дедушка?

Улыбка мгновенно исчезает с бабушкиного лица.

– Ты не знаешь его, – отрывисто отвечает она.

– Вот как, и кто же это? У тебя почти совсем нет фотографий, поэтому попавшийся на глаза снимок, естественно, возбудил мое любопытство.

– Никто, – повторяет бабушка, отталкивая фотографию. – Я не хочу о нем говорить.

Удивившись бабушкиной реакции, Ребекка убирает фотокарточку.

– Ну ладно, – смущенно продолжает она. – Утром у дома откуда ни возьмись появилась кошка. Твоя?

– Кошка ничейная, – устало отвечает Анна, но, к своему облегчению, внучка замечает тень улыбки в уголке ее рта.

– Но ты ведь прикармливаешь ее?

Бабушка кивает и умоляюще смотрит на Ребекку.

– Можешь кормить ее вместо меня до моего возвращения?

– Конечно. У нее есть имя?

– Я называю ее Скарлетт.

– Скарлетт. Подходящее имя для дикой кошки, – задумчиво отзывается Ребекка. – Кстати, я спросила медсестру: она считает, что ты сможешь вернуться домой где-то через неделю.

– Это хорошо.

– Обещаю, что к этому времени дом будет приведен в идеальное состояние, – с энтузиазмом продолжает Ребекка. – Как почувствуешь себя бодрее, обсудим, что из приспособлений потребуется, чтобы снизить риск новых травм. Я хочу сейчас съездить в строительный супермаркет и посмотреть такие ручки – знаешь, в ванной прикручивают? Ты ведь не будешь возражать?

Бабушка прикрывает глаза.

– Да нет, – бормочет она.

Ребекка молча смотрит на Анну. Она опять чувствует угрызения совести за то, что так редко приезжала домой. В последние годы она чрезвычайно много работала, но сейчас это не кажется ей достаточным оправданием.

Подступает зуд, и Ребекка начинает расчесывать кожу на руках. Нахлынули воспоминания: сколько раз бабушка спасала ее, когда она лежала, распластавшись, на чужом диване или рыдала, запершись в туалете. Алкоголь притуплял чувства, но заставлял терять себя.

После бурных подростковых лет Ребекка не возлагала больших надежд на будущее, но при бабушкиной поддержке ей, несмотря ни на что, удалось взять себя в руки перед выпускным классом гимназии. Окончив школу, она наугад подала документы в несколько вузов и была приятно удивлена, когда ее зачислили на факультет экономики Стокгольмского университета. Сейчас, по прошествии времени, Ребекка понимает, как ей тогда повезло. Там раскрылась ее феноменальная способность работать с цифрами, и чем лучше у нее получалось, тем больший просыпался азарт. Окончив университет, она устроилась помощником менеджера в одну из самых уважаемых аудиторских компаний Швеции и, не раздумывая, полностью посвятила себя карьере.

Но Анна нуждалась в ее поддержке. Теперь Ребекка это видит. Ей следовало помогать бабушке так же, как та помогала Ребекке в самые беспросветные моменты, или, по крайней мере, найти время, чтобы чаще приезжать домой. Разговоров по телефону оказалось недостаточно. Бабушка уходит. От осознания этого факта у Ребекки перехватывает дыхание. Как ей привыкнуть к мысли о том, что бабушка не будет жить вечно? Притом что Анна всегда была такой сильной и служила ей опорой. Ребекка боится даже подумать, каково будет потерять ее. Она берет бабушку за здоровую руку и гладит ее. Пальцы кажутся такими хрупкими, будто вот-вот сломаются, и все равно от кожи исходит успокаивающее тепло.

Похоже, бабушка заснула – Ребекка встает, но в тот момент, когда она собирается тихо выскользнуть из комнаты, Анна открывает глаза.

– Его имя – Лyка, – чуть слышно произносит она. – Лyка Кавалли. Я знала его в молодости.

Ребекка придвигает стул еще ближе к кровати и садится снова. В их семье отсутствовала традиция говорить о прошлом, и о бабушкиной юности ей практически ничего не известно.

– Вы дружили?

– Да, можно и так сказать.

– А где вы с ним встретились?

Бабушка тянется к стоящему на прикроватном столике стакану воды – Ребекка протягивает его, чтобы она попила. Губы обветрены – у внучки мелькает мысль, что к следующему визиту надо купить бальзам.

– В Глумслёве, – отвечает Анна. – Мне тогда было девятнадцать.

– Почему ты никогда раньше не рассказывала о нем?

Бабушка на секунду умолкает.

– Потому что я поступила, как не следовало, совершила ужасный поступок и… – Кажется, она собирается что-то добавить, но осекается и трясущейся рукой трет лоб. – Не могу говорить об этом.

– Да не надо, конечно. Давай поговорим о чем-нибудь другом, – предлагает Ребекка, пытаясь придать голосу радостный тон, хотя бабушкино лицо все еще напряжено. Ей совсем не хотелось так взволновать Анну. – Хочешь, мы спланируем твое возвращение? Какие продукты мне купить? Надо заполнить холодильник и морозилку.

Бабушка зажмуривается и напрягается всем телом. В какое-то мгновение кажется, будто она испытывает ужасную боль, но потом расслабляется. Голова падает на подушку, и Анна медленно выдыхает.

Ребекка не смеет пошевелиться и сидит неподвижно до тех пор, пока не замечает, что бабушка глубоко заснула. Тогда она поправляет одеяло и сверху накрывает пледом абрикосового цвета.

– Хороших тебе снов, – шепчет внучка и выходит из палаты.

Направляясь к взятой напрокат машине, Ребекка никак не может выбросить из головы фотографию молодого человека и пытается представить себе, как выглядела бабушка в девятнадцать лет. Внучка осознает, как мало знает о ее жизни, но смутно припоминает бабушкины слова о том, что она родом из Стокгольма. И как же ее тогда занесло в Сконе?