Секрет маленького отеля
Шрифт:
Квартира у деда большая – на целый этаж. Громадная гостиная, небольшая столовая, кабинет, спальня и две комнаты для гостей.
– Девочки, я подумала, что вам, наверное, захочется спать в одной комнате?
– Конечно!
– В таком случае Матильда будет спать на диване в твоей комнате!
Моей считалась одна из комнат для гостей, просторная, светлая.
– Ой, Аська, ты тут живешь?
– Да!
– Обалдеть можно! Выглянешь в окно, а там Париж!
– Девочки, устраивайтесь, приводите себя в порядок, а через полчаса будем обедать. Мадам Жюли приготовила все Аськино любимое.
И тут зазвонил телефон. Я сняла трубку. Звонил дед.
– Аська, родная, привет! Приехала?
– Только что вошли!
– Что, самолет задержался? Я уже звонил!
– Нет, мы покатались по городу!
– Как там наша Матильда?
– Балдеет!
– Ну и отлично! – засмеялся дед. – Аська, открой левый ящик своего стола, там найдешь два конверта. Это мой подарок вам с Матильдой! Все, солнышко, целую тебя, мне пора на репетицию!
– А Ниночку позвать?
– Нет, я уже опаздываю!
И дед положил трубку.
– Что он сказал? – спросила Ниночка.
– Сказал, что в столе какой-то сюрприз!
– А! – загадочно улыбнулась Ниночка. – Ну бегите к себе, а я займусь обедом.
Я кинулась к своему столу. В самом деле, в левом ящике лежали два умопомрачительно сиреневых конверта. На одном стояло «Анастасии», а на втором – «Матильде».
– На, держи! – отдала я Мотьке ее конверт и тут же открыла свой. Там лежало довольно много денег. И записка: «Аська, это тебе на непредусмотренные удовольствия! Твой любимый дед!»
– Ой, Аська! – простонала Мотька. – Гляди, сколько денег! Но зачем?.. У меня есть, мне мама дала…
– Хорошо, теперь будет больше!
– Но мне неудобно…
– Наоборот, это очень удобно, когда в чужом городе есть денежки! Это же подарок от деда! Он тебе что-нибудь написал?
– Да, вот… «Матильда, куклы тебе уже не по возрасту, посему прими от меня этот подарок и будь всегда такой, какая ты есть! Твой И.П.». Я всегда говорила, твой дед – самый лучший человек на свете! – прослезилась Мотька.
– Ну, вообще-то я тоже так считаю! – согласилась я.
Оставив Мотьку с ее восторгами, я пошла на кухню помочь Ниночке. И вдруг из моей комнаты донесся вопль:
– Аська! Аська!
Я кинулась туда. Матильда стояла на коленях над открытой сумкой.
– Что с тобой? Ты чего орешь?
– Аська, гляди!
– Что? На что глядеть?
– Аська, это не моя сумка!
– Как не твоя?
– Вот так – не моя! Такая же, но не моя!
На Мотькины вопли примчалась Ниночка.
– Что такое? Сумки перепутали? Ничего страшного…
– Как ничего страшного? Там мои вещи! А главное – огурчики!
– Какие огурчики? – опешила Ниночка.
– Мама Игорю Васильичу послала, она специально для него солила… – всхлипнула Мотька.
– Не волнуйся, Матильда! – твердо сказала Ниночка. – Я сейчас позвоню в авиакомпанию и выясню, не заявлял ли кто-то еще о подмене сумки. Успокойся, найдутся твои огурчики. Ну не реви, Матильда, все устроится, вот увидишь. Вытри слезы, и идем обедать. После обеда я позвоню, хотя тот, кто прихватил твою сумку, мог еще и не спохватиться!
– Ой, а как же… Я ведь замочек сломала! Она никак не открывалась…
– Ерунда! Это мы легко уладим.
Ниночка вернулась на кухню, а Мотька проговорила, шмыгая носом:
– Это, Аська, плохо! Примета плохая!
– Какая примета? Ты сдурела? Подумаешь! Такое часто бывает! Помнишь, у деда как раз тут, в Париже, пропал чемодан с фраком? А у него концерт должен был быть! Так ничего, нашелся, хоть и не сразу!
– Сравнила куцего и зайца! Кто твой дед, а кто я!
– Так ты в гостях у деда. А Ниночка – его жена. Хватит ныть, пошли обедать, я есть хочу!
На стол Ниночка накрыла в столовой, очень красиво и торжественно. Мотька мигом забыла о своих горестях.
– Как красиво! – восторгалась она, с любопытством оглядывая стол. – Это что, французская кухня?
– Только отчасти! – засмеялась Ниночка. – Ешьте, девочки!
После закусок, она принесла совсем маленькие чашки с протертым супом. Я уже привыкла к такому, а Мотька была поражена.
– Это что?
– Суп, протертые овощи на сливках! – объяснила Ниночка.
– Суп? А я думала… Вкусно!
– Тебя, вероятно, удивило количество? – рассмеялась Ниночка. – Но этого нельзя много съесть, тяжело для желудка.
– Я даже не представляла, что бывают такие супы… как крем! А вы меня научите такой варить?
– Матильда, я тебя знаю, ты наваришь здоровую бадью, и у всех будет болеть живот! – сказала я.
– Что ж я, дикая, что ли? Я просто, когда вернусь, сделаю французский обед и позову всех наших! Вообрази, как они удивятся!
Короче говоря, обед прошел весело и уютно. Ниночка искренне радовалась нам.
После обеда она заявила:
– Дорогие мои, у меня через полчаса деловая встреча, она займет часа два, а то и больше. Что вы будете делать? Отдыхать?
– Нет! – решительно заявила Матильда. – Отдыхать в Париже? Никогда и ни за что! Ой, а вы обещали позвонить насчет сумки…
– Да-да, конечно!
Она куда-то позвонила и быстро-быстро заговорила по-французски. Я почти ничего не понимала.
– Ну вот что, – сказала Ниночка, закончив разговор. – Пока заявлений о второй сумке не поступало, я оставила им наш телефон. Мотя, там было много твоих вещей?
– Да нет, не очень, куртка теплая, мама на всякий случай положила, огурчики для Игоря Васильича да полотенца пляжные, а еще всякая мелочь…
– Значит, ты пока обойдешься?
– Обойдусь! – вздохнула Мотька. – Могло быть хуже…
– Вот и отлично! Ася, если пойдете гулять, возвращайтесь не слишком поздно, чтобы я не волновалась!
– Хорошо, я тебе позвоню, если мы задержимся.
Ниночка переоделась и ушла. Мы остались одни.
– Ну что, Матильда, двинем?
– Куда?
– А ты куда хочешь – в собор Парижской Богоматери?