Чтение онлайн

— Юль! Привет! У тебя много работы?

— Как обычно.

— Есть для тебя кое-что на любимую тему. Вообще-то это должна была делать Галя, но раз ее нет…

— Через час.

— Сойдет. Подбери-ка мне все материалы о смерти нефтяных олигархов. За год. Кстати, ты знаешь, что вчера погибла вдова Терентьева?

— Нет.

— В автомобильной катастрофе. От взрыва. При загадочных обстоятельствах. Она и неизвестный мужчина, который ехал на переднем сиденье ее машины. Катастрофа произошла в Александрии, где она недавно купила дом.

— Я уже дал это в утренней ленте — надо читать иногда наши новости! — уколол его Лев.

Слово «Александрия» меня неприятно кольнуло. Там так опасно?

— Ладно, подберу! — пообещала я Кефирову.

Покончив с полудюжиной упавших в колодцы старушек (и как им пришло в голову одновременно топиться, находясь в совершенно разных местах?), я полезла в Интернет. Мне быстро надоело перечитывать бесконечные хроники и пустословные комментарии, и я, не глядя, сваливала все, что имело отношение к теме, заказанной Кефировым, в один файл. Но тут внезапно в ткани бездумно копируемого текста проскользнуло нечто такое, от чего неприятно заныло в животе.

«…застегнут золотой запонкой в форме жука-скарабея, инкрустированной бриллиантами. Рукав сорочки, в которой был убит Терентьев. На другом рукаве запонки не обнаружено».

Меня бросило в жар. Я выскочила на улицу и стала жадно курить, отчаянно пытаясь прийти в себя.

Внезапно обрушившееся на меня счастье растаяло. Идеальный мужчина овеян опасным ореолом. Почему Александр уехал по делам именно в Александрию, где погибла вдова Терентьева? Да еще с этой чертовой запонкой, которую я ему вернула?

После обеда появилась бодрая, отдохнувшая Галя.

— Юлька, где пропадала? Пойдем курить!

— Хватит курить! Одна приперлась в середине рабочего дня, другая вообще… Маслова. Что ты сегодня сделала? — закричал Лев.

— Новость про старушек и материал для Игоря…

— И это все? За полдня? А что я в ленту поставлю? Антирекламу вашего беспрерывного курения?

Нас спас звонок Полухина. Его не было в редакции две недели, и Льву было чем заняться в ближайшие полчаса. Поэтому мы выскользнули и отправились на любимую скамейку в скверике.

— Ну как ты? Мы страшно хохотали после интервью Сухорукова. Но если честно, я за тебя рада. Представляешь, если бы Митин застрелился на твоих глазах?

— Не хочу представлять — ужас!

Мое внимание вдруг привлек темноволосый красавец, соскользнувший с подножки остановившегося автобуса. Копия моего соседа напротив с противным голосом и отвратительными манерами. Или он сам? Вот уж о ком я совсем забыла!

— Что? — встрепенулась Галка. Но, заметив, куда я смотрю, обиженно протянула: — И этот тебе нужен?

— Нет, — честно ответила я. А про себя подумала: «Вдруг он сейчас подвалит и решит продолжить знакомство?»

Быстренько выхватив из рук у Галки «TB-парк», я развернула его и подняла глаза поверх его яркой обложки.

Но угрюмый красавец-недоумок, похоже, и сам не мечтал о продолжении знакомства. Наоборот, увидев меня, он резко отпрянул и снова залез в отходящий автобус. Перепутал остановку?

— Ладно. — Галка отобрала у меня журнал. — Уже уехал. Ты лучше расскажи, где ты неделю пропадала? Лев каждый день орал.

— Долгая история. Но все закончилось хорошо. Во всяком случае, я так утром думала, пока в Интернет не влезла.

— О чем ты?

— Как тебе сказать… Ну, для начала — всю неделю я провела с тем парнем, которого перепутала с Митиным.

— Ух ты!

— А сегодня узнала, что его чертова запонка, которую я подобрала после интервью и вернула, принадлежала Терентьеву. Знаешь, золотая, в виде жука-скарабея. И, ко всему прочему, теперь он уехал в командировку. Знаешь, в какой город?

— В какой?

— В Александрию!

— Ну и что?

— Подруга! Ты в курсе последних новостей? Про вдову Терентьева.

— Которая взорвалась в машине?

— Именно!

— И что?

— Где это было, вспомни! В Александрии!

— Ты ненормальная? Не можешь без приключений? Совпадение обычное!

— А запонка?

— Кстати, дорогая моя, сегодня вечером я тоже еду в командировку. И тоже в Александрию. Там местная милиция собирает прессуху по поводу этой аварии со взрывом.

— Галка, откажись!

— Чтобы ты поехала вместо меня? Раскатала губу!

— Ну зачем тебе нужна эта чертова прессуха?

— Мне нет. Но Лев скорее повесится, чем даст тебе возможность снова заняться этой темой.

— А если у него выхода не останется? Если ты не сможешь? По семейным обстоятельствам? Галюня! Ну!

— Давай сначала у Ленки спросим. Может, она посодействует? Координатор все-таки.

Мы бросились в офис и с разбегу врезались прямо в разъяренного редактора.

— Маслова, вот телефоны — чтобы через десять минут уже брала комментарии депутатов Госдумы по поводу квоты на ввоз сахара, — процедил сквозь зубы Лев. — Галя! В городском музее найдена картина неизвестного автора, подозревается, что подлинник Шагала — мигом!

— Есть! — выпалили мы и помчались вкалывать…

— …Липа! — нарушила наконец Галка рабочую тишину. — Никакой это не Шагал…

— Пиши! — отрезал редактор.

— У меня важная просьба.

— Валяй.

— Я не могу ехать в командировку. — Галя потупила взор в ожидании глобального землетрясения.

— К Лене! — буркнул Лев, сосредоточенно отвечая кому-то в аське.

— Ты же сказала, можешь! — прошепелявила Лена, занятая прокручиванием пирсинга на языке.

— Леночка, не могу! Семейные обстоятельства. Припекло — правда! Никак.

— Мне все-равно, кто поедет. Но Лев сказал — Маслову не пускать. Я могу съездить, если меня кто-то из вас заменит.

— Нет! — завопил Лев, наконец осознавший, что происходит. — Посмотри на себя! Ты мне всех ньюсмейкеров распугаешь! Кто тебя с такими волосами и дырявым языком всерьез воспримет? Девки, я вас поубиваю! Ей-богу! Заставила же судьба руководить бабским коллективом — я ведь не соглашался! Какого черта у тебя там в семье случилось? Кто умер?