Чтение онлайн

– Светлая Матерь, Ваше Высочество… Я не… Я никогда бы… Командир! – взгляд блуждал между нами. – Ваше Высочество…

Забавно было наблюдать за этим действом, но мне его стало жалко. Шутки над командиром еще можно простить, но вот над самим принцем!.. Истар подумал точно также и решил прекратить страдания парня:

– Считай, что сегодня я услышал твои извинения, но только Светлой известно, что с тобой случится в следующий раз. Следи за языком, солдат.

– Спасибо, Ваше Высочество! Справедливость птицы! – кричал он нам вслед.

– Это та сказка из вашего королевства? – спросил меня Тар сквозь смех, который он усердно пытался выдать за резко начавшийся кашель.

Мы уже отошли от вояк, подбирая стол и для себя.

– Она самая. Откуда только у них нашлось время на эту ерунду? – ответил я, закатывая глаза.

Мы сели за маленький столик у арки. Служанка учтиво поставила перед нами медовуху и тарелку с мясом и овощами. Мы с жадностью набросились на еду, от которой еще шел пар. Хрустящая хлебная корочка впитала в себя мясной сок. Тимьян, перец и немного шафрана наполняли блюдо пряными ароматами. Мясо с лёгкостью отставало от кости и таяло во рту. Челюсть свело от удовольствия, и я зажмурился: в жизни не ел ничего вкуснее. Как давно мы ели хоть что-то, помимо пыли с поля боя?

– Рос, выпьем за победу!

Мы чокнулись и осушили стаканы до дна. Остаток вечера рассказывали друг другу впечатления о последней схватке. Я знал отношение Истара к нашему ремеслу, будь его воля, он бы никогда не “стал убийцей”. В разговорах с ним я старался не показывать свою “злую” черту , хотя и не считал его точку зрения правильной. В мире всегда будут слабые и сильные, нужно только выбрать верную сторону. Люди никогда не будут способны построить мир без войн, а на войне всегда есть жертвы. И нам приходится убивать. Но то, о чем мечтает Истар, – это сказки. Невозможно наесться досыта, не убив животное. Невозможно жить в мире, не убив злодея. Но несмотря на разницу взглядов, я уважал его мнение. Мы обсуждали тактику боя, расстановку сил, но никогда – количество убитых, чем не брезговали хвастаться другие солдаты. В этой моей привычке прослеживалось что-то покровительственное, ведь я многому обучил его сам, я опытнее, в силу возраста и подготовки, но все еще играл в странную игру, уступая другу, как с братьями в детстве.

– А ведь я готов был умереть, – сказал я, отпивая из третьего принесенного служанкой стакана.

– Рано ты себя хоронить собрался. Сколько у нас еще в жизни удовольствий! А вот и одно из них. – Истар указал взглядом на рыжеволосую служанку, которая подносила яства на соседний стол.

– Нет, друг, – протянул я, – сегодня из меня точно скверный герой-любовник.

– Ну, раз ты у нас пока герой, то я, пожалуй, испытаю удачу. Лет сто не видел женского тела.

Я похлопал друга по плечу, и он, усмехаясь, двинулся хмельной походкой в направлении служанки. Я же неспешно ел, дожидаясь, пока большая часть вояк покинет таверну, чтобы вернуться в лагерь, размещенный вблизи городка. Я нес за них ответственность и хотел избежать драки, которая могла завязаться в хмельных умах солдат. После обеда быстро сполоснул тело и голову в бочке у таверны. Никогда не любил воду, но тело ныло и стягивало от ссадин и грязи. Попросил комнату наверху и завалился спать на одноместную кровать с колючим одеялом.

Утром Тар и я отправились во дворец. Путь до замка занял не один день. Мы делали привалы, встречали солдат и других командиров, делились успехами и поднимали фляги за жизнь и здравие близких, однако день за днем стремились скорее вернуться домой.

Замок стоял в горах, и я, как и всегда, с упоением смотрел на превосходство природы. Зеленые горы с вкраплениями серых камней расположились по обе стороны от леса. Озера наполнены кристально чистой водой, спускающейся с гор ледяными водопадами.

Замок Синей Птицы, словно птичье гнездо, – высоко под облаками. Будто разделился на две части, которые соединялись поднебесным мостом. Благодаря такому строению на переход между башнями не уходило много времени. Мастера выдолбили башни и часть помещений в многовековых горах, огибающих озеро. Наземный мост, ведущий ко входу в замок, окутывала вода.

Когда меня впервые вызвали на службу семь лет назад, я долго восхищался увиденным. Нас собрали во дворе замка, вышел командир и долго говорил о том, что нас ждет, называя новобранцев "желторотиками". А кругом возвышались могущественные скалы, величественные дубы ласкали кронами стены замка, птичьи трели окутывали все вокруг. Я слушал и озирался, не понимая, как такое можно воздвигнуть? Как такое может существовать? Даже магия тысяч ведьм не могла сотворить подобное. Эти строения не шли ни в какое сравнение с тем, что я видел на своей родине.

За годы службы я не раз посещал дворец, но меня все еще восхищало, что за верхние башни цеплялись облака и с вершины замка было ничего не видно. Я все также любил наблюдать за лебедями, которые прилетали на озеро и, по рассказам Истара, целое лето жили на берегах Конринхольских вод.

Проходили дни, мы все больше приближались к замку Синей Птицы. Всю дорогу я наслаждался спокойствием и своими мыслями. Наконец, мы подошли к главному входу, где и спешились. Минуя лестницу и тяжелые двери из кедра, прошли по большим длинным коридорам с барельефами, огибая залы с высокими потолками. Трон, большой и величественный, с синей птицей за изголовьем, располагался в зале для приемов.

Мужчина, возвышавшийся на нем, был ярким представителем рода Бэлрод: светлые волосы и синие глаза на бледном аристократическом лице это доказывали. Точные, всегда узнаваемые черты: острый нос и густая светлая, почти белая, борода. Одеяние правителя напоминало символ государства – белые льняные рубаха и брюки и синяя мантия, украшенная золотой вышивкой.

– Иэнгор, рад, что вы в добром здравии! Завтра мы созовем совет, на котором вы доложите обстановку. Мы ждали только вашего прибытия.

– Это все благодаря Вашему сыну, Ваше Величество. Буду рад присутствовать на совете и доложить о ходе сражения.

В комнату вбежала королева и, отступая от правил, бросилась к Истару.

– Истар, мальчик мой, ты вернулся! – Она обняла его. – Светлая Матерь, ты так исхудал! И только посмотри, как отрасли твои волосы, – лепетала она.

Мать принца любила своих детей всем сердцем, а каждая встреча была наполнена теплом, несмотря на действующие холодные правила этикета. Меня, выросшего с отцом и двумя братьями, это всегда поражало. Как ей хватает мудрости и сил поддерживать каждого из нас, своих подданных, и растить разумных, достойных представителей этого древнего и великого рода?

Я посмотрел на друга. Его волосы отрасли, появились грязные клочья на затылке, да и вид был изрядно потрепанный. Моя борода наверняка выглядела еще хуже. Мы наконец-то дома, нужно будет побриться.

Армана

– У меня нет для тебя снадобья, Арма. Можно либо принять тьму, либо навсегда избавиться от нее…

Я перебила ее, активно жестикулируя руками:

– Орингелла, я слышала это кучу раз! Ты знаешь, я лучше выберу второй способ и сдохну, чем стану такой, как вы! – Голос запнулся. Слова вылетели быстрее, чем я успела подумать, с кем разговариваю: сейчас она единственная, кто может что-то сделать. Я вдохнула, успокаиваясь, и попыталась сгладить ситуацию. – Со всем уважением к тебе и твоим сестрам, это не мой путь. Я не могу после стольких лет борьбы с чернью сдаться. Это нечестно. – Моя речь закончилась, а руки расслабились, безвольно опускаясь на колени.

– Никто не запрещает тебе бороться, но это бесполезно. Ты только теряешь свое драгоценное время попусту. Твоя жизнь стала сосредоточением боли и страдания. Усмири внутренний хаос, сделай себе одолжение.

Я повернулась к очагу в маленьком темном жилище. В груди все горело. Горечь, усталость, обида, злость смешались в тугой узел и полыхали так же, как это пламя. Искры летели вверх и, тускнея, угасали, поблескивая в темноте.

Дорога к ведьме увела меня далеко на юг от Конринхола. Лесистые предгорья, ухабы и ледяная вода Быстрой реки были моими спутниками, пожухлая трава – одеялом и периной. Я шла, превозмогая боль в пояснице и ногах, и ради чего? Жалкая, какая же я жалкая…