Чтение онлайн

POV Волдеморт, он же Тёмный Лорд, он же наследник Слизерина, много ешё титулов и имён, и жертва необдуманных действий одного вселенца.

– …ой Л.. ы мен.. слышите? Очнитесь прошу, я сейчас позову помощь, вы только очнитесь.

“Кто это? Что со мной?” - с трудом разлепив покрасневшие не только от полопавшихся сосудов глаза, мужчина посмотрел в сторону голоса, что раздавался в непосредственной близости. Всё нутро мужчины болело, от этого он не мог нормально сосредоточиться на голосе, но поборов себя Том открыл глаза, увидев одну из своих преданных слуг.

– Белхга.

– Мой ЛОРД!!!
– с безумной улыбкой, вся в слезах и соплях, девушка нависла своим бюстом над мужчиной и, обхватив того руками, прижала к себе голову Тома.

Сии значительные детали для не до конца пришедшего от насильственного прерывания связи с диадемой Томом было не замечено, ему тогда хотелась просто вдохнуть воздух.

Кха-кха, - чуть не задохнулся Тёмный Лорд от объятий.

– Ох простите, мой Лорд. Я сейчас же… - стала по-новой паниковать леди Лестрейндж, вскочила с места и уронила голову своего повелителя на деревянный паркет, отправив того повторно в бессознательное состояние и избавляя Лорда от душевной боли.

Хогвартс, месяц спустя.

Январь. Сколько приятных детских воспоминаний было связано с этим месяцем у Александра. Новый год, школа, санки, игра в снежки, мокрая спина от закинутого метким броском снежка за шиворот. Но всё это было не про Хогвартс, с его слякотью, грязью и мокрым снегом. Зима выдалась тёплой, дневная температура не опускалась ниже минус двух, а то и перешагивала в плюсовую. И к всему этому, небеса как будто прогневались, обрушивая на головы людей то снег, то проливной дождь, отбивая всякое желание выходить на улицу. Но, как всегда бывает, найдутся те, кто плевать хотел на желания и погоду, главное, чтобы протечек не было. Вот и сейчас, по просьбе-приказу директора, которому пожаловалась Макгонагалл, Александр под моросящим холодным дождём, чинил крышу, что многие годы протекала и должна была ещё много лет оставаться дырявой.

– Но нееет. “Аргус, будь добр посмотри, что можно сделать”, - проворчал Алекс.
– А деньги зажмотил, бабуин престарелый. Ах, тьфу ты… Да ещё и этот мерзкий дождь. Целый ноябрь шёл дождь, а им хоть бы хны, вёдра ставили. “У тебя же сейчас много времени освободилось”. Ага, на радость лентяям, что не хотели учится. Тфу ты, чуть по пальцу не попал. Теперь, как бы так спустится, чтобы не упасть. С такой высоты, даже моё тело расплющит. О придумал. Сири!!!

С хлопком на крыше появилась маленькая домовушка, ставшая персональной помощницей Алекса по рекомендации главы общины Хогвартских домовиков. Молодая, но довольно сообразительная домовушка, была среди своих сородичей единственная, глядя на которую, вселенцу не хотелось поморщится. Большие щенячьи глаза, маленький, по сравнению с другими домовыми эльфами, уши и нос, опрятная и чистая накидка и, самое главное, в речи Сири не было того раболепия, которое имели другие домовики. Белая ворона среди своей общины. Её сторонились другие, считая странной и уродливой, а так же её немного побаивались, ведь она была скора на расправу. Но последнее было неизвестно Александру, и никто его об этом уведомить не собирался. У него скорее проскальзывали мысли выкупить её у школы, настолько она была полезна для него.

– Ой, - поскользнулась Сири и чуть не скатилась с крыши, но была подхвачена Александром.

– Вот тебе и “ой”. Перенеси нас в мой кабинет, а то спуститься отсюда я смогу только с риском для жизни. И прихвати с собой мои инструменты.

Схватив покрепче до сих пор державшего её за предплечье Александра, домовушка с хлопком перенеслась в комнату завхоза.

– Спасибо тебе, ты только будь осторожнее, когда вернешься за инструментами, и перенеси их в мою мастерскую. Потом сообрази горячий чай, мне нужно согреться.

– Конечно, профессор, будет сделано, - и также с хлопком исчезла, оставив мужчину одного.

Скинув с себя промокшую одежду, Алекс направился в ванную комнату. Полежав в горячей ванне с полчасика и согревшись, мужчина смыл с себя всё грязь, и с предвкушением вышел в апартаменты к накрытому столу с чаем и едой. Инициативна домовушка уже знала, что, если профессор Филч хочет чая, то он скорее всего захочет заесть его чем-то вкусным. На кровати развалился Ночь, заняв большую её часть, но на приглашение хозяина разделить с ним трапезу, кот лишь приоткрыл один глаз и отмахнулся от Алекса хвостом.

– Вот значит как, я там мокну и мёрзну, а ты тут развалился и спишь. Хоть бы мне помог, на крыше молоток бы подал или гвозди.

– Мрмрям.

– Отстать? Да вы обнаглели, ваше лентяйничество. Посмотри на себя, ты же прибавил в весе…

– Мрярям.

– Как это ты растёшь и тебе нужно много есть и спать? Ты себя в зеркало видел, колобок.

– Мяру мя…

– Ты толстеешь! Всё, с завтрашнего дня идёшь со мной на пробежку, или посажу на диету.

– МЯРРЯРЯ.

– И что, что идёт дождь, я-то бегаю каждое утро и ничего, не помер. А ты скоро даже двигаться не сможешь.

– Мряууу, - поник Ночь, ведь он понимал, что отвертеться не получится, и ему придётся мокнуть вместе с Алексом.

Изобразив из себя обиженку, Ночь повернулся задом к мужчине, лицом к стене и тихо засопел.

Оставив в покое своего ленивого фамильяра, вселенец принялся утолять свой голод. До ужина было ещё далеко, и ему не хотелось терпеть. Чай и бутерброды с разными мясопродуктами пошли на ура, под не столь радужные размышления.

Мысленно он возвращался к сонному утру 26 декабря. Предыдущей ночью бывшие подшофе преподаватели и получившие какую-никакую свободу от ранней побудки студенты просто спали. Но на обед оставшиеся обитатели школы выползли из своих комнат ради утоления голода. Страшный враг любого студента был побеждён здоровой и главное натуральной едой, после чего те же лица, что присутствовали вчера во время праздника, разбрелись по своим делам. Александр, по своему обыкновению, занимался, не подозревая, с какими последствиями его действий встретились ра… КХМ сторонники Тома и те, кто побывал в поместье Лестрейнджей. Особенно это касалось совместной группы инквизиторов и авроров.

Мужчина всё никак не мог нарадоватся посоху. Он, как тот мальчишка, которому подарили крутую игрушку, носился туда-сюда, играясь и экспериментируя, забыв о времени. Из-за свойств, дарующих жизненной энергией, мужчина мог несколько дней не прерываться на сон и еду. Вот и на тот момент Александр настолько увлёкся, что пришёл в себя только к ужину. С трудом и сожалением бросив “игры”, мужчина направился к Большому Залу, проходя с каждым шагом казавшиеся более мрачными коридоры пустующей школы. За столом сидели все те же, но на их лицах не было ни следа от вчерашней попойки; профессора были на своей волне, общались друг с другом, а иногда и со студентами. Вот прозвучало глухое уханье и, привлекая к себе внимание, в зал влетела сова, покружила над столом и прицельно кинула свой груз в руки Александру. Не успел он перехватить свою посылку, как в Большой зал ворвались ещё несколько почтовых сов, скидывающих подписанным на “Ежедневный пророк” волшебникам свёртки с газетой. На первой полосе был изображен чей-то мэнор в, мягко говоря, плачевном состоянии, и снующие люди в мантиях аврората и инквизиции. Публикация имела кричащий заголовок: “ОЧЕРЁДНАЯ ТРАГЕДИЯ ДЛЯ МАГИЧЕСКОГО МИРА”.

– Приплыли…- выдал мнение большинства Алекс, рассматривая другие колдографии и читая статью.

Волдеморт

Повторное пробуждение было более приемлемым. Терзающая боль ослабла, но от этого мужчине было не легче. Предстате себе, что у вас от болезненно ноет нога, спроецируйте эту боль по всему телу и усильте её на порядок. Тогда возможно вы поймёте, насколько себя паршиво чувствовал Тёмный Лорд.

С трудом разлепив глаза, мужчина осмотрелся. Он находился в палате, обычной больничной палате. Белые стены, белые шторы, белый потолок, каменный пол, белая тумбочка, белые стулья, белые рамы окон и белые двери, ведущие куда-то. Потянувшись на трясущихся руках, мужчина принял сидячее положение. Прикрыв глаза, он сосредоточился, чтобы понять причину той агонии, настигшей его в ту ночь. Только и так хлипкую концентрацию нарушила открывшаяся дверь, через которую вошёл мужчина в белом халате, настолько неопределённого возраста, что ему можно было дать и тридцать, и шестьдесят лет.

– Ооо, Ви праснулиз, Фам же, категогична нельза дфигатся, - с отвратительным, сильно режущим слух акцентом произнёс мужчина.

– Где я?

– Фопросы патом, сначала мне нужна Фас опследоват. Фам, нада лежать и не дфигатся, - подойдя к своему пациенту, колдомедик помог тому принять лежачее положение, достал из рукава свою палочку и приступил к диагностике.

– Дожидаясь, когда специалист закончит своё дело, Том прикрыл глаза, терпя боль.

– Так-так-так. Фижу Фам стать лучше. Но Фас ещё лечить и лечить.