Чтение онлайн

— Я слышал женщину.

Пурах чему-то ухмыльнулся. Эон старался не смотреть на него. Понятно, что ему только дай повод и он вновь набросится на него с кулаками.

— Что с ней? Я должен убедиться, что с ней все в порядке. Вы сказали, что они далеко! Что с ними?

— Показать ему?!

Эон похолодел. Что они должны показать ему? Отчего-то ему вдруг представилась отрубленная рука матери, но он быстро отогнал это видение прочь. С ними все хорошо. Иначе, этим двоим не жить. Он выживет и обязательно найдет их, где бы они не прятались.

— Давай.

Имя второго мужчины он так и не узнал. Пурах отказывался обращаться к напарнику по имени. Но, чтобы это дало Эону? Он никогда не встречал их. Он понятия не имел почему они пришли именно к нему.

— С ними все в порядке.

Эон никак не отреагировал на это замечание, наверняка призванное вывести его из себя. Он смотрел на изменившегося мужчину, что стал ниже и приобрел облик его матери.

— Твоя мать та еще истеричка, проговорила женщина мужским голосом.

Она кинула на стол что-то. Эон сначала даже не понял что, потом только отвел взгляд.

“Зачем он разбрасывается деньгами?”

Но то что он принял за монету на самом деле было кристаллом памяти, посланием. Тот, что сидел за столом, провел над его поверхностью ладонью, активируя его. Возле стола появилось изображение девушки, слабое, мерцающее. Она смотрела перед собой, не пытаясь оттереть испачканную кровью щеку, и говорила, что с ними все в порядке. Ее голос дрожал, срывался в слезы, они бежали по ее щекам, но она продолжала говорить, несколько раз повторив его имя. Эон, как не старался не смог разобрать ничего, чтобы могло бы подсказать ему, где она сейчас находится.

— Эонейрнер, я прошу тебя: сделай то, что они говорят! Мама совсем плоха. Она держится, но тебе лучше поспешить.

Изображение замолкло, тут же померкнув. Плавной, голубовато-серебристой струйкой оно втянулось обратно в кристалл. В комнате воцарилась тишина.

— Ты доволен?

Эон испытал сиюминутное чувство облегчения — Элорин жива. Но назвать себя довольным он вряд ли смог бы.

— Да.

Эон выдохнул, вновь взглянув на этих двух.

Кто они? Эонейрнер силился понять какому народу они принадлежат. Но не смог. Они были похожи на людей и только. Их лица, прически, наряды, мечи и украшения все указывало на людей, присущий им стиль, которые они называют “круто”. Он понимал, что это ошибка. Людей давно нет в этом мире. Им не попасть сюда.

Мужчины выглядят совсем не так как стараются показать ему. На них морок, который Эон не в силах развеять.

— Вы сказали вам нужна женщина.

Пурах рассмеялся, махнув на него рукой. Эон так и не понял чему было посвящена эта вспышка веселья.

— Нам нужна та, что носит в своем чреве ребенка. Найди ее и приведи к нам.

Вэлиан беременна? Поэтому Рихаррдлейн и дракон так спешили со свадьбой? Нет. Не может этого быть. Так мало времени прошло. Этого просто нереально, еще невозможно определить.

— Вам нужна одна, но в списке…

Хотя… Вэл все время так рвалась на эту свою работу, души не чаяла в этом перекладывании бумажек. Вот значит в чем дело.

“Дрянь!”

Людские технологии шагнули далеко и возможно могут определить, а в положении ли женщина даже на таком, очень маленьком сроке.

— Нам нужна только одна из них, но если ты приведешь сразу двух — это будет просто замечательно.

— Зачем вам вторая?

— Не все ли тебе равно?

Эон ничего не понимал. Почему именно он? Этот вопрос вскоре отпал сам собой стоило подумать, что такого особенного может быть в двух подружках. Обе эльфийки. Обе магички. Одна из знатного, пусть и обедневшего рода. Другая из семьи первородных эльфов. Они обе живут в мире людей.

Конечно! Эти двое не могут попасть в мир людей и найти их там самостоятельно, только для этого им нужен Эон.

— Как я по вашему смогу определить кто из них беременна, а кто нет? Мне нужно еще что-то.

Это была уловка, чтобы выяснить еще что-нибудь об этих бандитах. Бандитах? Но как еще назвать их?

— Этого будет достаточно!

Эон покосился на Пураха, что смотрел на него так пристально, что Эон чувствовал это даже боковым зрением, потом на второго, что продолжал смотреть на него, но так словно и не видел его. Уставший пожал плечами.

— В одной из них ты увидишь тьму. Вот она-то и будет нам нужна, но повторю, если ты притащишь и Бэаквуа, мы тоже будем тебе очень благодарны.

Эон смял в руке, обрывок некогда большого свитка. Вот. Вот что объединяет всех этих эльфов. Тьма. Да. В списке были имена магов, что пали под стенами Хавена и были убиты во дворцовых залах при покушении на жизнь короля.

— Приведи их к нам и твои родные вернутся домой.

Кого из них? Вэлиан? Эланис? Или Тейлоринн?

С последней не должно возникнуть проблем, а вот Эланис.

Эонейрнер помнил тот день, когда над городом взметнулось море и чуть было не погребло под своими водами Хавен, сделав его морским дном. Эмиаканн очень сильный маг и ни за что не согласится пойти с ним добровольно. Она не отдаст сестру.

Дракон не отдаст ему Вэлиан.

О чем это он?

Эон помотал головой. Он не будет никого ловить!

— Эльф!

Лезвие меча приподняло ему подбородок, царапнув кожу кадыка, смахнув на пол несколько спутанных светлых кос.

— Не воображай себе, что ты умнее всех. Поверь, ты не добьешься ничего, но и близких своих не увидишь.

Эон сначала не понял о чем он, а потом разозлился, дернув головой. Он думал не о том, но эти двое предугадали его первоочередной план, добраться до гавани.

— Отдыхай. Позже все обсудим.

Эон о многом думал все эти дни, пока набирался сил. Пригодились учебники и все то, что осталось у него после учебы в академии. Он смог сделать себе простенький фламбис и напитать его первоначальной силой.

Вот уж ирония. Ему нужен инструмент что будет давать силу, но и фламбису для начала тоже нужна сила. Так было не со всеми фламбисами. Дорогие составляющие уже содержали в себе магию, но Эону сейчас они были недоступны.

Пурах и Гезария (Эон все-таки узнал его имя) всегда были рядом и кажется, что не обращали на него никакого внимания. Это было не так. Эон чувствовал их присутствие везде, даже в отхожем месте.

Они очень умело разыгрывали представления перед жителями деревни. Эон каждый видел мать, Элорин, отца. Он молился всем Богам, которых знал, чтобы они были живы.

На второй день его навестил Корлаф и Эону пришлось пропустить его в дом. “Мать” и “отец” были так приветливы и услужливы. Мать ахала, а отец внимательно слушал, сводил брови, сжимал кулаки, когда Корлаф рассказывал о том, что творилось под стеной.