Секретарь для оборотня
Шрифт:
— Ваш кофе.
Я даже поаплодировала себе. Смогла без запинки и с уверенным голосом сказать.
— Поставь на стол. — Я поставила чашку на стол и стала искать взглядом Максима Викторовича. И тут мою шею обдало теплым дыханием. Кожа моментально покрылась мурашками. Я хотела повернуться, но ноги не слушали. Я стояла и не могла пошевелиться.
— Почему так долго? — Его тихий с хрипотцой голос раздался у самого уха.
— Училась, как с справляться с этой чудовищной машиной.
Максим Викторович обошел меня и сел в кресло. Он был без пиджака, а его белая рубашка была расстёгнута на две верхние пуговица. Я тяжело сглотнула слюну и постаралась смотреть хоть куда, только не на него.
— Виктория, хотел бы вас попросить, не приходите в офис в таком откровенном наряде.
Я сначала не поняла, что он говорит, а потом до меня дошло. Я сначала посмотрела на себя, потом на него.
— Я оделась в офис в нормальную одежду. Нет ни ярких цветов, ни открытых блузок и коротких юбок.
Мой гнев плескался в глазах. Не нравиться ему, как я одеваюсь. Нашелся, эксперт моды.
— У вас слишком прозрачная блузка. И видно практически все. Не хочу что бы на мою п… моего секретаря глазели.
Я же возмущенно уставилась на этого нахала, а этот волчара сидел и скалился. Я попыталась себя успокоить.
— Хорошо, а вас услышала. Могу еще чем то помочь?
— Нет, иди. Только напомни мне про встречу после обеда и подготовь бумаги по доставке древесины. И потом поедим с тобой на фабрику.
Я аж поперхнулась.
— Но я же секретарь?
— Вот именно. Будешь записывать за мной все, что скажу.
Я развернулась и вышла из его кабинета. Наташе сидела и улыбалась.
— Долго ты.
— Угу. Сегодня еду с ним на завод по производству мебели. Зачем только я ему нужна там?
— Странно. Очень странно. — Наташа хитро улыбнулась. Что за девушка. Все ей весело. — Ну, давай покажу как составлять отчеты.
— Давай.
глава 4
Глава 4
Виктория
Время до обеда пролетело не заметно. Наташа мне столько информации пыталась вложить в мою бедную голову, что даже забыла о том, что нужно напомнить о встречи руководителей своему боссу. Интересно, что же там делает Максим Викторович, что даже ни разу меня не позвал и задание не дал?
И только помянула черта, он позвонил. Я вздрогнула и уставилась на телефон, как на змею. Наталья сначала не заметила моего взгляда, а потом рассмеялась.
— Нажми на зеленую кнопку. Телефон не кусается.
Я недовольно посмотрела на нее, но кнопку нажала.
— Слушаю, Максим Викторович.
— Виктория Андреевна. Через час у меня встреча с руководителями отделов, пожалуйста, приготовь все отчеты и принеси мне. И не забудь, после мы едим на фабрику. — Максим Викторович говорил таким тоном, что мне захотелось согреться. Его голос обжигал холодом.
— Х…хорошо. — Я быстро нажала на отбой и устало протерла глаза. Я не понимала своих чувств к этому оборотню. Но я точно знала, что испытывала дикий страх. Я боялась его. До ужаса и до дрожи.
— Вика, давай, возвращайся в наш мир. — Я посмотрела на Наталью.
— ТЫ мне скажи, он всегда такой холодный?
Наталья подошла к кофемашине и стала делать две кружки кофе. Я от запаха замурчала. Люблю этот напиток. Затем, Наталья подошла ко мне и поставила кофе на стол. Сама уселась рядом.
— Так, отчеты все готовы у нас. Сейчас пообедаем. Нужно позвонить и заказать из столовой еду.
— А у нас разве так можно?
— Конечно. Бывает, что работы много и нам дали добро сюда приносить поесть. — Наталья достала телефон и стала с кем разговаривать и параллельно заказывала обед. Что именно я не слушала. Мне было все равно, что есть. Я уставилась в экран компьютера и стала печатать письмо в отдел маркетинга, что бы тоже успели приготовить документы. Иначе злобный босс всех покусает. Так, работу я доделала.
— Знаешь, Виктория, а Максим Викторович всегда был очень уж серьезным, ответственным. Ему было всего пятнадцать, когда погибли его родители. И ему пришлось резко повзрослеть.
Я не ожидала, что Наталья ответит на мой вопрос. Я посмотрела на нее и увидела передо мной серьезного человека. Неожиданная перемена.
— Наш Альфа очень заботиться о стае. Старается всем помочь. Но мало уделяет своей личной жизни. Но ничего, скоро все измениться. — Она загадочно улыбнулась, и тут вошла полная девушка в офис. Она несла два больших контейнера с едой. Девушка была практически моего возраста. Огромные глаза с золотыми крапинками, курносый нос, полные губы и румяные щеки. Волосы были убраны под косынку и не видно какого они цвета. Девушка была симпатичной, и полнота небольшая ей шло.
— Девоньки, ваш обед подан. — Она быстро подошла к столу. Сгрузив контейнеры передо мной, улыбнулась. — Симпатичная. Повезло Альфе. Меня Ольга зовут. Я повар в этой фирме. Обращайся, накормлю, хоть Альфа и волк, но кости не привык грызть.
— Оль! — Наташа так выразительно посмотрела на девушку, та лишь махнула рукой.
— Все, поняла. Пойду работать.
— Иди, иди. — Наташа строго посмотрела на нее, а Ольга лишь хмыкнула и упорхнула за дверь. Интересная личность, но причем кости и Альфа? Что они все так загадочно улыбаются и намеки непонятные высказывают.
— И что это было?
— Не обращай внимание. Ольга хорошая, но слишком болтливая. Давай уже обедать.
Я не стала ее допрашивать, да и не хотелось. Я открыла контейнер и удовлетворенно улыбнулась. Мне принесли большой обжаренный кусок мяса с дольками картофеля, овощной салат и сладкую булочку. Обедали мы в полной тишине. И пока наслаждалась едой, то не заметила, как время пролетело. Из кабинета вылетел Максим Викторович. Его глаза снова поменяли цвет от холодно — голубого до золотистого. И это говорило о том, что кто — то снова не в настроение. Он гневно смотрел на меня, а я чуть не подавилась булочкой. Я сжалась под его тяжелым взглядом и не могла вымолвить ни слова.
— Где отчеты? Через десять минут собрание. — Он пытался унять гнев. Его голос дрожал, но рычащие нотки не смог скрыть.
— Я… это…
— Что все мямлите, Виктория Андреевна, и хватит уже дрожать. Раздражаете. — Он отвернулся от меня и хотел войти в свой кабинет, когда Альфа обернулся. — Жду вас в течение минуты с отчетом. Если не успеете, то пожалеете.
И сказал он таким тоном, что я смущенно опустила голову. Ну что за человек, то есть оборотень. То рычит, то заставляет меня краснеть.