Секретная карта
Шрифт:
Он спешился.
— У этого круга определённо есть внешние границы. Оставайтесь здесь. Я хочу посмотреть, что произойдёт, если…
— Разрешите предложить кое-что, Мастер Толо?
Кирас смерил Боросана презрительным взглядом.
— Помолчи, джианридин. Мой Учитель знает, что делает.
Моравен засмеялся.
— Вот и нет. Не имею ни малейшего представления о том, что собираюсь делать. С удовольствием выслушаю ваше предложение.
— Было бы проще, если бы мы не оставили в Теларунде мою повозку, ну да ладно. — Боросан слез с седла и направился к вьючной лошади, которую все это время вёл в поводу. Вынув из сумки мышелова, он сказал:
— Попробуем использовать его, чтобы выяснить, что там происходит.
Воин кивнул.
— Отличная идея.
Джианридин размахнулся, и мышелов покатился по направлению к озерцу. Остановившись, он сразу же выпустил свои ножки, а потом стремительно побежал к мёртвому жеребцу, делая крутые повороты то вправо, то влево.
Озеро заволновалось. По воде из центра побежала рябь — равномерно во все стороны, словно кто-то кинул камень в самую середину. Волна ударилась о берег, но вместо того, чтобы обратиться в пену, она словно отразилась от невидимого препятствия и побежала обратно. Она набрала скорость, и в центре озера взметнулся в воздух водяной столб высотой футов десять. От него отделилась сфера и повисла, ослепительно сияя на солнце, в то время как столб обрушился обратно в озеро.
Сфера пульсировала, очертания её изменялись. Она расплющилась, превратившись в диск, потом в центре диска образовалось утолщение. Солнечные лучи свободно проходили через него. Неожиданно мышелов задымился. Маленький джианригот продолжал бежать к мёртвой лошади; он двигался зигзагами, вынуждая диск перемещаться и менять форму. На поверхности мышелова дымилось несколько чёрных шрамов, но он успел добраться до лошади и спрятался за крупом.
От косички на лошадином хвосте поднялся лёгкий дымок. Диск снова превратился в сферу и спокойно парил в воздухе, лучась солнечным светом. Он казался приветливым и совершенно безобидным.
Если бы я не видел собственными глазами того, что произошло, то без долгих размышлений начал бы спускаться к гостеприимному озеру.
Керу, подобравшись к самому краю смертоносного круга, заговорила.
— Я не знаю, что это такое. Я не знаю, живое ли оно, и можем ли мы его уничтожить. Я не знаю, стоит ли нам вообще пытаться это сделать, но, кажется, я почти влюбилась в крошку-мышелова.
— Жаль будет потерять его. — Моравен потёр рукой подбородок, потом взглянул на Кираса. — Что ты делаешь?
Его ученик аккуратно сложил свою накидку и принялся снимать рубашку, несмотря на холодный ветер.
— Я самый быстрый. Сбегаю за мышеловом и принесу его. Если я буду уворачиваться, как он, сфера не сможет меня убить.
— Жертвуешь собой ради того, к чему относишься с презрением? Может быть, ты и не безнадёжен, Кирас…
Моравен поднял руку.
— Возможно, это несколько необдуманно. Мастер Грист, а вы не можете просто позвать его обратно?
Боросан погрустнел.
— Боюсь, что нет. Последний раз, как вы знаете, я отправлял его на поиски таумстона в небольшую пещеру. Думаю, он побежал к лошади, поскольку в сумке, притороченной к седлу, лежит таумстон. Он учуял его, и теперь уже не отойдёт. А у меня с собой слишком мало таумстона, чтобы приманить его обратно.
Раздался звон доспехов и грохот костей, в которых рылся Рекарафи. Вирук швырнул в шар одетым в шлем черепом, но промахнулся. Его снаряд пролетел мимо сферы; вода снова мгновенно собралась в диск, и сфокусированный солнечный свет ударил по металлу.
— Неважно, что вы быстрее нас, Мастер Дейот. Вам придётся двигаться быстрее, чем это. — Вирук покачал косматой головой. — А вы не настолько быстры.
Кирас не обратил внимания на слова Рекарафи и принялся разминать мышцы.
— Я не подведу вас, Учитель.
— Подождите! Я кое-что придумал. — Келес принялся рыться в своей седельной сумке, потом слез с лошади. — Боросан, оно ведь собирало солнечные лучи и направляло их на мышелова, верно?
— Думаю, да. — Джианридин широко улыбнулся. — Какая потрясающая целесообразность, правда? Пока светит солнце, в его распоряжении неиссякаемый источник силы, а ночью оно, очевидно, может использовать лунный и звёздный свет. Некоторые из скелетов явно принадлежат ночным животным, и…
Кирас покачал головой.
— На небе ни облачка. Мы можем взять только скоростью.
Келес пожал плечами.
— Может быть, вы и правы. Но позвольте, я кое-что осмотрю.
Он передал поводья Тайриссе и направился вдоль границы круга на запад. Остановившись напротив вирука, он припал на одно колено и принялся рассматривать озеро. Келес взвесил в руке кожаный мешочек, потом развязал стягивавшие его тесёмки. Он явно прикидывал расстояние до воды, и Моравен был уверен, что Келес определит его с точностью до дюйма.
А потом, вместо того, чтобы вернуться к остальным и рассказать, какое расстояние придётся преодолеть Кирасу и с какой скоростью он должен бежать, Келес вскочил на ноги и бросился вперёд. Он бежал прямо к воде, перепрыгивая через груды костей. Он обогнул оплавленный шлем. Его ноги так и мелькали, поднимая песок. Келес мчался изо всех сил, опустив голову и размахивая руками. Моравен не ожидал, что тот способен бегать так быстро.
Впрочем, это всё равно не имело никакого значения.
Сфера ожила. По её поверхности пробежала зыбь, внутри закружился сверкающий вихрь. Шар снова начал уплощаться, края засветились. Келес мчался прямо на него, и диск мог нанести удар, даже не разворачиваясь. Он просто слегка наклонился, отслеживая движения Келеса с хладнокровной неторопливостью хищной птицы, парящей над обречённым кроликом.
Моравен хотел предостеречь, но его перебил вопль Боросана:
— Великолепно!
На мгновение Моравен подумал было, что восклицание джианридина относилось к диску, но потом и он заметил то, что видел Боросан.
— Быстрее, Келес, ты почти у цели!
Келес торжествующе рассмеялся, однако чувствовалось, что он напряжён до предела. Он начал движение с участка, залитого светом, и добрался до узкой тёмной полоски. Стену расщелины там венчала высокая острая скала, отбрасывавшая тень прямо на середину озера. Минута-другая — и солнце лишит Келеса этого укрытия. Но он был намерен действовать быстро.
Но что он собирается делать, добежав до озера?
Грудь Келеса тяжело вздымалась. Он упал на колени, раскрошив в пыль ветхий череп, лежащий у самой кромки воды, и выбросил вперёд и вверх руку с раскрытым кожаным мешочком. Чёрный порошок посыпался прямо на сияющий диск. Поверхность диска вскипела, он потемнел, а Келес перевернул мешочек и высыпал остатки порошка в озерцо. Прозрачная вода помутнела и теперь напоминала чернила.
Тайрисса захлопала в ладоши.
— Ну надо же! Чернильный камень!