Чтение онлайн

У меня волосы дыбом встали, когда я осознал подробности. По телефонам можно вести разговоры не только о жизни, любви и записи к врачу по поводу застарелого сифилиса, но и о многом другом. Счастье для Емелина, что после восстания в Ярославле он унес ноги, а иначе сам бы пристрелил, а потом пусть меня судят за самоуправство! О том, что уже сделано, вспоминать не станем, но девушек-телефонисток пришлось допросить, немножечко пристрожить, взять расписки, что станут сотрудничать с ЧК и сообщать о подозрительных переговорах. Еще с одной пришлось поговорить особо на предмет контроля за остальными, но этой уже детали.

Неделю монтеры ходили по квартирам, снимали телефонные аппараты, срезали провода. Квартиросъемщики, домовладельцы и иные городские обыватели были недовольны, зато Иван Васильевич Тимохин светился от счастья. Надо же, такое богатство и такая экономия времени! И наш советский губернатор приказал выдать товарищу Аксенову кожаную куртку как премию.

Такую кожанку я давно хотел заиметь. Удобнее, чем шинель, теплее, да и вещь статусная, вроде американских джинсов в восьмидесятые, малинового пиджака в девяностые или какого-нибудь навороченного гаджета в мое время. К слову – раньше я никогда не задумывался о статусных вещах, относился к ним равнодушно, а вот теперь мне нравилось ходить в кожаной куртке и в фуражке со звездой (ее пришлось заказывать у местного умельца за свои кровные, а сколько Яков Исакович слупил за красную эмаль, даже и говорить не стану!). Это что – вылазка моего реципиента или у меня самого мозги пошли наперекосяк? Так вошел в роль, что начал лепить с самого себя образ чекиста? Еще чуть-чуть и нацеплю поверх куртки маузер в деревянной кобуре. Тяжеленный, патронов к нему у каптерщика не допросишься, зато крутой!

Тетка ждала, что я начну выяснять отношения, но я молча упаковывал свое нехитрое барахло. Наконец, она не выдержала:

– Вова, а ты хоть ел сегодня?

– Да, наверное, – кивнул я, делая из шинели скатку и пристраивая ее поверх сундучка.

Я и на самом деле не помнил, ел я сегодня или нет. Вроде похлебал супчика из прошлогодней квашеной капусты, съел кусок хлеба. В этот месяц опять урезали паек. Его, кстати, я делил на две части: половину отдавал тетушке, половину – в столовку.

– Садись, у меня оладушки есть.

Выделываться я не стал. Оладушки были из картофельной шелухи, зато с конопляным маслом.

– Скоро молодая картошка пойдет, можно подкапывать, – сообщила тетушка. Глядя как я трескаю ее стряпню, вздохнула: – Нашла сёдни картошку, с пару фунтов, в углу в гобце лежала. В прежние-то годы выкинула б, да и все. А нонче помыла, ростки выковыряла, да почистила. Из мякоти супчик сварю – крапивы свеженькой нарвала, сварю, а шкурку на терке протерла, да в оладушки. От жисть, мать ее ети!

Мне уже не резал слух тетушкин говорок, ее «цоканье», но стал замечать, что она все чаще и чаще матерится.

Я доедал оладушки, а тетушка сидела напротив, глядела на меня и вздыхала.

– Вовк, ты на меня не серчай, а? Мне-то от что? Я же люблю тебя, дурака, хоть ты и в чека служишь. Но соседи говорят – вы все убийцы, руки у вас по локоть в крови. Мол, кровь человеческую пьете. Как крови напьетесь, так веселы, а нет, так и день худой.

Ага, где-то я это слышал. Или читал. Точно, у Алексея Толстого, про князя Ромодановского, начальника тамошней спецслужбы. Интересно, просто совпадение или «красный граф» это про чекистов писал? И странно, что такие слухи уже ходят. Я думал, их будут распускать позже, не раньше сентября, а то и октября, когда объявят "красный террор".

– Я же тебя с малых ногтей растила, как облупленного знаю. Знаю, ты не такой, ты парень честный. Но и меня пойми, страшно мне. Ты на службу уйдешь, а мне, того и гляди, красного петуха пустят. Ну я-то старая, отжила свое, а ты-то как?

– А что я?

– Так говорю – убьют тебя дурака, так тебе и надо, а мне потом хороняй.

– Что-то я тебя не пойму, – отложил-таки я вилку. – То ты меня из дому гонишь, то переживать начинаешь, что меня убить могут.

Тетка махнула рукой, и принялась убирать со стола. Погремев посудой, сказала:

– Вовка, ты уж сегодня-то ночуй, а завтра съедешь. Куда ты сейчас, ночь на дворе.

– Угу, – буркнул я, понимая, что сейчас могу упасть носом в стол и заснуть.

Поднялся и на шатающихся ногах пошел в свою комнатушку. Пока свою. Услышал от тетки.

– Вот, зачем вы попа из Черных озерок расстреляли?

Я только махнул рукой. Раздеться уже не хватило сил, упал поверх постели, но неожиданно сон пропал. Попа Селифана из Черных озерок – деревушки неподалеку от села Чуровское – расстреливали не мы, а местный комбед. Якобы за укрывательство ста пудов зерна. Разбирались. Выяснились совсем уж чудесатые вещи. Оказывается, местный комбед ополчился на отца Селифана вовсе не из-за политических побуждений, а из-за религиозных, потому что весь комбед в полном составе принадлежал к старообрядцам-беспоповцам, а Селифан был никонианин и в недавнем прошлом выполнял в нашем крае функции миссионера и заставлял староверов приносить покаяние и переходить в лоно официальной церкви.

В прежние времена я думал, что удар по церкви был нанесен Октябрьской революцией. Ан нет, это случилось раньше, еще в феврале семнадцатого, когда Временное правительство отделило церковь от государства, а школу от церкви. Вот тут и полезло! Старообрядцы и обновленцы, катакомбники и несториане. Я уже запутался в направлениях, а тут еще и сектанты: «хлыстовики» (и вовсе не от слова «хлыст», как я раньше считал), «толстовцы» (которые непротивленцы) и «иониты» (последователи не Иоанна Богослова, а Иоанна Кронштадтского).

Оказывается, Иоанн Кронштадтский был в этих краях несколько раз, навещая окрестные монастыри. И теперь на полном серьезе немало несознательных граждан (в основном женского пола) считали Иоанна воплощением Христа! Ничего не имею против отца Иоанна, тем более что он причислен к лику святых, но воплощение Христа – это слишком!

Еще одним откровением для меня стало изречение одного ответственного товарища, заявившего, что «Иисус Христос был первым революционером, пытавшимся установить равенство», и об этом говорит не кто иной, а сам нарком просвещения Луначарский. Я не поверил, а зря! Товарищ вытащил из книжного шкафа книгу «Религія и соціализмъ» издательства «Шиповник», выпущенную в двух томах еще в 1908 году. Читать не стал, но поверил на слово. Может и зря?

Еще я стал припоминать отношения своей тетушки с религией. Нет, слишком религиозной она не была, хотя… Да, в июне месяце, когда задержали церковного старосту Заухарева за неуплату налогов, тетя Стеша ходила с остальными бабами на митинг, требуя вернуть старосту на место. Буча вышла знатная, красногвардейцам пришлось пострелять в воздух. И церковь она посещает исправно. Вполне возможно, что она теперь и член религиозной двадцатки, которая по новому закону должна заключать договор со священником, платить налоги государству и содержать храм в удовлетворительном состоянии.

А может, она боится не столько за себя, сколько за меня? Тетушка хотя и прикидывается темной и неграмотной бабой, прекрасно понимает, что у новой власти могут возникнуть проблемы с религией (да они уже и начали возникать!), и она переживает, как бы ей не испортить карьеру любимого племянника. Как может быть у начальника отдела по борьбе с контрреволюцией губернского ЧК не просто верующая тетка, а еще и активно участвующая в общественной жизни? Хм. А ведь вполне может быть!

Слышал от Есина, что на Гороховой собираются создавать специальный отдел по работе с церковью. Ну может и не так, но смысл тот же. Чем он будет заниматься, догадаться не сложно. Нет, не борьбой с церковью и религией. В руководстве страны сидят очень умные люди, понимающие, что отнять у людей веру в Бога невозможно, но вот уничтожить Церковь желательно. Это я, имеющий представление о том, что Церковь, хотя и будет растоптана, не погибнет. Но это будет чуть позже. А пока государство в лице упомянутого отдела будет старательно вбивать клинья между людьми различных конфессий и даже постарается увеличить количество сект и направлений. У нас такого отдела пока нет, но могут создать какой-нибудь подотдел и присоединить его к моему. Нет уж, если меня заставят еще и с религией воевать, уйду в отставку. Тимохин меня уже вторую неделю сманивает к себе на должность начальника губпромотдела.