Секретная миссия
Шрифт:
– Вот мы и подошли к самому главному. Ты страшно, невероятно фантастически похож на эту сволочь. Его самого хватит сибирская язва, когда он увидит тебя!
Абрам был счастлив.
– И что же... я должен буду делать?
– Как что? Пойти на встречу с русскими вместо Гершеле! Сделаем это дело хорошо, я обязательно найду тебе переводчика с русского на иврит, профессионала, недорогого, и пусть весь ивритоязычный Израиль наслаждается твоими рассказами!
– Всё знаете обо мне...
– А как же...
– А если я провалюсь?
– Категорически запрещаю думать об этом перед операцией. Да что, собственно, от тебя требуется? Приедешь на место, получишь контейнер, отъедешь немного, подбросишь в него кое-что, предварительно взяв пробу, передашь обезвреженный контейнер кому надо и - домой!
– Открыть контейнер с вирусами?!
– Умница. Я знал, с кем разговариваю. Не надо ничего открывать. Мы снабдим тебя крошечной дрелью с удивительным сверлом. Ты и не представляешь себе, где оно только не делало дырок! Помню, как-то... Нет-нет, тебе еще не всё можно рассказывать! В этом волшебном сверле, несмотря на его ничтожный диаметр, есть сквозное отверстие, через которое ты сначала отберешь пробу, а потом, путем несложного переключения, запустишь в контейнер специальный яд, и Саддам получит вместо сибирской язвы нюхательный порошок. А мы -настоящую сибирскую язву... в смысле, для разоблачения, понимаешь?
– Но я никогда не занимался такими вещами... У меня масса вопросов... Как, например, я найду это место?
– До Ирака ты будешь с нашими людьми, а в Ираке тебя почти до места будут сопровождать иракцы. Заблудиться просто невозможно!
– Иракцы?!
– А что иракцы? Нормальные люди. Они же будут думать, что ты русский специалист по контейнерам с сибирской язвой. А к русским они относятся превосходно. Этот гад, Гершеле то бишь, рассказывал, что всё время угощают сладостями.
– Я терпеть не могу восточные сладости.
– Съешь один раз. Нашим людям и не такое есть приходилось!
– А если Гершеле, сволочь эта, наврал в какой-нибудь мелочи?
– Не наврал, - устало поправил Абрам.
– Я не могу тебе рассказывать о всех перипетиях этой операции... Но он ничего не наврал... Клянусь детьми. На этот раз - моими!
– Но я могу совершить миллион ошибок!
– Не ошибается только тот, кто ничего не делает!
– Сам придумал?
– Нет, кто-то из великих. Еще в школе учили, но я забыл, как зовут его.
– В конце концов, я... я просто боюсь!
– Если бы я не чувствовал этого, то не имел бы с тобой дела. Нам нужны люди, говорящие правду, говорящие от чистого сердца. Понимаешь, второго такого случая наказать российских миротворцев, у которых под самым носом, а то и с их ведома, действуют продавцы смерти, может, больше и не представится. Не дадим им по рукам сейчас, кровью потом харкать будем!
– А моя кровь - для тебя не кровь?
– Да там же делать нечего! Приехал, взял, испортил, отдал, уехал, рта раскрывать не надо. Только пароль!
– Но зачем вообще нужен посредник?
– Иракцы волнуются. Есть подозрение, что по дороге русские могут продать контейнер Ирану, а Ираку привезти туфту.
– Да как я отличу туфту от настоящего? Я что, специалист?
– Настоящий контейнер излучает особые волны, которые будут улавливаться специальным устройством, приклеенным к твоему голому телу в области паха. Если контейнер - не туфта, ты будешь ощущать там лёгкие покалывания.
– Почему именно в области паха?
– Там - всего чувствительней! Ты что, никогда не получал ногой по яйцам?
– А если контейнер будет настоящим, а содержимое продадут в Иран?
– Исключено! Это всё равно что вытащить ребенка из тела матери в начале беременности... Но как же я рад, что нашел тебя! Ты задаешь вопросы, которые свидетельствуют не только о высоком интеллекте, но и о таланте разведчика. Ты не тем занимаешься, Щасливкинд, по тебе разведка плачет!
– А каким образом я буду передвигаться по Ираку?
– Полетишь на небольшом спортивном самолете, и в Басре, в нужном месте, тебя сбросят на парашюте.
– На парашюте?! Я не умею!!!
– Это абсолютно безопасный парашют, обеспечивает удивительно мягкую посадку. Иракцы стащили его у американцев во время войны в Персидском заливе. Даже старухи прыгали с этими парашютами!
– Какие старухи?
– Американские. На испытаниях этого парашюта за каждый прыжок старухам давали по сто долларов. Очередь стояла! Ты даже не заметишь, как приземлишься.
– А что потом с парашютом?
– Подробности получишь от нашего человека по пути в Ирак.
– Я всё-таки не понимаю: неужели для столь важной операции нельзя было найти профессионала и загримировать его под Гершеле?
– Это крайне опасно! Могут направить луч фонаря прямо в лицо. Но если бы я не нашел тебя, нам пришлось бы пойти на этот страшный риск.
– Я ведь говорил, говорил жене, что не надо идти в магазин! Но меня разве уважают в моем собственном доме? Меня слушают?..
– От судьбы не уйдешь...
– Что это значит? Вы даже не даете мне времени подумать!
– Сегодня ночью надо быть в Ираке...
– устало и отрешенно сказал Абрам.
– В Ираке...
– А знаешь, что мне нравится в тебе больше всего?
– Что же?
– Ты не спросил, что полагается тебе в случае удачного завершения операции.
– А действительно, что?
– Два дня вместе с женой в четырехзвездном отеле в Тверии!
– Как обрадуется жена! Но знаешь, Абрам, я вспомнил, что у меня уйма работы. Невпроворот!
– Щасливкинд даже привстал.
– Уже всё улажено. Твой директор гордится тобой!
– Но это же тайна!
– Он - наш человек. Разве ты не знаешь, откуда в Израиле набирают кадры руководящих работников?
– Теперь знаю...
И он снова сел, безнадежно так сел...
– А теперь тебе предстоит встреча с Гершеле. Только взглянуть на него, понять его жесты, подчеркиваю, не внутренний мир, а только пару-тройку жестов. В этом деле важна не личность, а внешность. Ну, и пароль, естественно.
Абрам нажал кнопку, и появился красавец.
– Приведи его!
– приказал Абрам.