Чтение онлайн

Ван Ассел подчеркнул, что имена солдат секретной армии держались ЦРУ и МИ-6 в секрете. «Совсем как в лучшем шпионском романе каждый агент «Гладио» имел кодовое имя и номер. Их систематически использовали, прежде всего во время тренировок». Ван Ассел сам получил кодовое имя в «Гладио» — «Джордж 923», в то время как другие солдаты использовали такие имена, как Чарльз, Изабель, Поллукс и Кинг-Конг. Реальное имя «было известно лишь двум-трем людям», — объяснял Ван Ассел / Джордж 923. Среди этих людей были офицер, который завербовал «гладиатора», а также сотрудник, который регулярно его инструктировал (43). На каждого «гладиатора» в штаб-квартире ЦРУ и МИ-6 существовало личное дело: своеобразное резюме с реальным именем «гладиатора», его работой, адресом, его семьей и прочей информацией, включая «полный набор отпечатков пальцев»! В личном файле агента также были отмечены шифрования и коды, которые он использовал, а также код активации и точное расположение тайных складов оружия, назначенных агенту. «Файл был закодирован, и одна копия находилась в странах, где располагались радиоточки», то есть в Англии и в Соединенных Штатах. «Руководитель SDRA8 регулярно ездил туда и обновлял эти файлы» (44). Ван Ассел объяснил, что «англичане и американцы были в качестве партнеров на привилегированном положении, потому что радиоточки были (и остаются) установлены на их территории (45).

Большинство членов SDRA8 были завербованы в бельгийскую секретную армию из парашютистов. Обучение проходило в армейском лагере Меердаал, обучение с применением взрывчатых веществ проводилось на полигоне в Брасхате. Во время подготовки рекруты носили военную форму; бельгийские преподаватели организовывали курсы в Великобритании, а британские инструкторы приезжали в Бельгию, чтобы проводить курсы там (46). В целях сокрытия секретной миссии в структуре военной спецслужбы SGR члены SDRA8 притворялись, что обучение ведется с использованием обычных методов якобы для регулярных боевых действий. Обучение состояло, прежде всего, из курсов подводного плавания и десантирования (47). Сотрудничество между SDRA8 и бельгийской жандармерией, официально входящей в SDRA как секция SDRA6, было тесным. Глава жандармерии засвидетельствовал, что до 1990 года вертолет «Пума», принадлежавший им, регулярно использовался SDRA для задач по десантированию в условиях отсутствия радиосвязи (48).

Агенты бельгийской секретной армии сами знали очень мало о глобальной сети «Гладио». Агентам было сообщено, что они — часть европейской организации с базами в Вашингтоне и Лондоне (49). Структура организации в целом не была раскрыта. Как показало расследование Сената, подобно всем секретным армиям, в Бельгии солдаты «Гладио» также были «ярыми антикоммунистами» (50). В совместных учениях члены бельгийской секретной армии встречались с британскими и американскими офицерами и обучались совместно с другими «гладиаторами». Агенты SDRA8 за эти годы принимали участие в нескольких национальных и международных программах боевой подготовки как в самой Бельгии, так и за ее пределами. В каком именно числе учений принимал участие филиал SDRA8, уточнить не удалось, так как бельгийская сенатская комиссии получила только «неполный список» запрашиваемых данных, а документы якобы «часто уничтожались после проведения обучения». Комиссия, однако, смогла подтвердить, что «в год организовывалось несколько учений» (51).

Так как эти учения должны были проводиться в условиях полной секретности, агентам выдавали специальные идентификационные карточки, которые следовало предъявлять в случае ареста. «Всем участникам выдали карточки, которые они должны были предъявить в случае каких-либо непредвиденных обстоятельств с тем, чтобы доказать, что они принимали участие в официальных учениях. На карточках был указан постоянный номер телефона SDRA. Лицу, которому была предъявлена карточка, надлежало связаться с начальником SDRA8» (52). В программу учений входили мероприятия по сбору информации, тайного перехода границы в случае оккупации страны, а также отработка мероприятий на случай эвакуации. В ходе одного из учений, например, агентам SDRA8 приходилось наблюдать за советскими кораблями, которые заходили и выходили из бельгийских портов, и передавать информацию в штаб-квартиру. Подобное международное обучение секретных армий проходило в течение всей холодной войны. Они включали в себя подводные операции на средиземноморском французском острове Корсика, где SDRA8 обучались совместно с французской секретной армией. Обучение продолжалось до 1990 года. В апреле 1990 года генерал Шарлье, начальник штаба, сообщил министру обороны Гоэму, что он приказал прервать серию мероприятий SDRA8 «по подводному плаванию, организованному на Корсике» (53). Операции SDRA8 за пределами Бельгии не были ограничены только Средиземноморьем, что с большим удивлением узнали бельгийские сенаторы. Как показало расследование, члены бельгийской секретной армии, как и их коллеги из секретной португальской армии, действовали в бельгийских колониях в Африке. «Это было подтверждено соответствующим ведомством SDRA8, что инструкторы парашютно-десантного подразделения принимали участие в операциях бельгийской армии в Заире в 1970-х годах (Кисангани, Китона) и в Руанде. Подобные случаи вмешательства во внутренние дела иностранных государств противоречили соответствующим правилам, согласно которым в силу повышенной секретности инструкторы и агенты секретных армий не должны участвовать в военной и общественной деятельности в мирное время» (54).

Во время операций по пересечению границы государства в условиях оккупации, а также в ходе отработки мероприятий, связанных с эвакуацией на случай вторжения противника на территорию страны, агентам SDRA8 и их международным коллегам по «Гладио» удалось провести «спасавшихся» людей через свои секретные каналы и переправить их через границу. «Часто эти учения организовывались на международном уровне. В ходе них отрабатывались вопросы по поиску и эвакуации, а также выходу из окружения сбитых летчиков или иностранных агентов, которые были высажены в стране с особым заданием (разведывательным, диверсионным), которое следует выполнить в определенном месте». Панъевропейская система «Гладио» работала замечательно, что с некоторым удивлением узнали бельгийские сенаторы: «Следует отметить два пункта, касающиеся этого обучения. Прежде всего здесь мы имеем дело с международной сетью, которая могла тайно перевезти человека из Норвегии в Италию. Это предполагает очень тесное сотрудничество и строгую координацию на международном уровне между секретными службами, — отметили в своем докладе сенаторы. — Во-вторых, удивительной является идеальная техническая инфраструктура, которая была у секретных армий: люди и материалы перевозились по морю, воздуху или по земле в нужное место. Зоны их прибытия были обозначены и контролировались. Людей размещали в безопасных домах» (55).

Агент STC/Mob Ван Ассел, псевдоним Джорж 923, рассказывает, что для подводных операций любимыми территориями были Средиземное море и военная база Солензара на Корсике. Эти места пользовались популярностью среди семей бельгийских военных, которые приезжали туда на выходные и праздники» (56). Ван Ассел подчеркнул, что секретные армии тесно сотрудничали в Европе и что тайное перемещение агента из Норвегии в Италию обычно занимало не более одного месяца, причем агента не видел в лицо ни таможенный, ни полицейский контроль: «Одно из выполняемых упражнений было такое: в безлунную ночь британская подводная лодка всплывала у побережья Норвегии, и агент на небольшом плоту подплыл к суше, ориентируясь по световым сигналам от агента местной сети, — вспоминал Ван Ассел. — Когда плот возвращался к подводной лодке, к «гостю» подходил гражданский агент, который допрашивал и обыскивал его для того, чтобы проверить, действительно ли это тот, кого ожидали. После определения принадлежности «гостя» к сети его затем перевозили (пешком, на лошади, на машине) от сети до сети, пока не приезжали в Кристиансанн» на южном побережье Норвегии. «Оттуда рыбак, также работающий на сеть, перевозил его в Ольборг» на северном побережье Дании, «и передавал датской сети. Таким образом, после месяца путешествий он пересекал границы Нидерландов, Бельгии и Франции, и одним прекрасным утром оказывался на Фриульских островах в Италии, не пройдя ни одного, даже самого небольшого таможенного и полицейского контроля. Это и было на самом деле одной из целей учений, — подчеркнул Ван Ассел. — За ним постоянно наблюдали и помогали несколько десятков сетей, ответственных за эвакуацию» (57).

Офицеры SDRA8 проходили обучение в Великобритании, а также обучались в Соединенных Штатах вместе с американскими военнослужащими из сил специального назначения. Как показало бельгийское расследование по «Гладио», «Комиссия смогла установить, что несколько членов SDRA8 воспользовались предоставленной американскими силами специального назначения возможностью обучаться в Соединенных Штатах Америки» и принять участие в натовских учениях, проводимых в Европе с участием американских сил специального назначения. «Таким образом, по информации на 1947 год Соединенные Штаты располагали, — по замечанию сенаторов, — важным инструментом, который позволял США вмешиваться во внутренние дела другой страны, находящийся в их сфере влияния» (58). Сегодня наиболее щекотливый вопрос по «Гладио» в Бельгии и в других странах Европы — использовали ли Соединенные Штаты этот инструмент также в отсутствии советского вторжения? Использовала ли бельгийская сеть «Гладио» оружие и взрывчатые вещества в Бельгии в мирное время или осуществляла помощь подпольным группам правых, которые участвовали в подобных военных операциях?

После расследования тайной армии бельгийские сенаторы ответили на этот деликатный вопрос утвердительно. Они смогли восстановить по крайней мере один случай — так называемый инцидент во Вьельсальме. В 1984 году отряд американских морских пехотинцев вылетел из аэропорта к северу от Лондона. Над Бельгией они десантировались в специально обозначенном месте и были встречены местными бельгийскими агентами SDRA8, предложившими свою помощь. Две недели, получая снабжение из местных ресурсов, скрываясь от населения Бельгии, силы специального назначения США и солдаты секретных бельгийских подразделений готовились к миссии: нападению на полицейский участок в сонном южном бельгийском городе Вьельсальме. Украдкой американские морские пехотинцы приблизились к своей цели и открыли огонь. Бельгийский прапорщик вьельсальмской станции был убит, а один морской пехотинец США потерял глаз (59).

Как выяснили сенаторы, нападение было частью так называемого оеслингского обучения. Силы национальной армии и подразделения американских сил специального назначения выполняли эти упражнения по крайней мере один раз в год. «Комиссия несколько раз задавала вопросы, принимал ли SDRA8 или его инструкторы участие в оеслингском обучении». «Давайте помнить, — подчеркнули они в своем докладе, — что именно во время одного из таких упражнений в 1984 году было украдено оружие из арсенала вьельсальмского полицейского участка». Сначала члены бельгийской секретной армии утверждали, что они не были задействованы в обучении. «Последний руководитель SDRA8 отрицал участие его службы в учениях подобного рода, так как они не были частью задачи его подразделения, и риск для агентов был слишком велик», — констатирует в своем докладе по «Гладио» Сенат. «В противоположность этому заявлению бывший глава SDRA11 и бывший командующий всем блоком SDRA подтвердил, что сеть могла участвовать в оеслингских учениях. Другой официальный представитель подтвердил, что члены тайной сети принимали участие в двух оеслингских учениях (60).

«На протяжении нескольких месяцев гражданские власти объясняли, что нападение было делом рук преступников или террористов, — вспоминает вьельсальмскую террористическую операцию бельгийский журналист Рене Акин. — Это было за несколько месяцев до того, как мне позвонили. Вот так я решил поехать во Францию и встретился с Люсьеном Дильером, который дал мне свой доклад и в подробностях мне все рассказал. Он сказал мне, что он принимал участие в секретной операции, суть которой была в повторении операций Сопротивления и в поддержке Сопротивления, как это делалось в конце войны» (61). Когда в 1990 году вся сеть тайных армий была раскрыта, солдат секретной бельгийской «Гладио» Дильер объяснил перед камерой в документальном фильме об этой таинственной организации, что наряду с вьельсальмскими учениями проводились также и другие учения совместно с американскими силами специального назначения. «Я сам родом с севера провинции Люксембурга, — поясняет Дильер в документальном фильме. — В то время я был управляющим банком, а также бывшим парашютистом-десантником. Однажды ко мне домой пришли несколько человек и попросили помочь им с какими-то особыми маневрами во взаимодействии с американскими силами специального назначения, — объяснил он. — Бельгийским десантникам было сказано подобрать американских десантников. После этой операции они должны были идти в заранее определенные места и напасть на казармы жандармерии. У меня с собой были припасы, оружие и радиопередатчик для координации всей операции» (62).

Рене Акин вспоминает, что в вьельсальмская операция была одной из нескольких операций, в ходе которых силы специального назначения США тайно действовали на территории Бельгии. «Мы прочитали в газетах о нападении на военный лагерь «Арденнских парашютистов», здесь, в Бельгии. Я отправился туда вместе с другими журналистами, — вспоминал Акин в документальном фильме по «Гладио». — Они повалили заборы, напали на склад оружия, ранили охранника и убежали, унеся с собой определенное количество оружия. Мне удалось проникнуть в лагерь, потому что я был знаком с некоторыми людьми там. Внутри я увидел иностранных военнослужащих, по виду американцев» (63). Бельгийский «гладиатор» Дильер подтвердил журналисту Акину, что силы специального назначения США неоднократно участвовали в тайных операциях в Бельгии. По воспоминаниям Дильера, «были какие-то неприятности за несколько дней» до нападения на вьельсальмские казармы. «Американцы зашли слишком далеко. Это были мужчины сорока с небольшим лет, офицеры, крутые парни. Они позволили игре зайти слишком далеко. Они и раньше нападали на казармы. Они даже бросили гранату рядом с офисом министра юстиции». Дильер утверждал, что жестокие методы сил специального назначения США сильно возмутили тех бельгийцев, которые знали о секретных операциях: «Гражданские власти отреагировали, говоря, что это уж слишком. Запланированное нападение на вьельсальмские казармы было отменено. В день нападения нам сказали, что атака отменена!» Но силы специального назначения США было не остановить. Дильер вспоминает: «Но американцы попросили меня отвезти их в лагерь как резервные силы. На следующее утро я поехал с женой в Намур и услышал по радио, что казармы были атакованы в полночь. Я не могу сказать, что случилось, потому что я ушел в 8 вечера. Я не должен был остаться». На следующее утро Дильеру сообщили о том, что произошло. «На следующий день глава вьельсальмских казарм позвонил мне и рассказал про операцию. Он попросил меня сказать бельгийскому командованию, что охранник не умер, что он в больнице, серьезно ранен» (64). Позже охранник умер.