Чтение онлайн

Она была маленькой подругой его младшей сестры и, по всей вероятности, так и останется ею.

— Вы оставляете меня одну? — спросила Оливия без обиды, но, тем не менее, с небольшим вздохом.

— Не бойся, — заверила Миранда ее, — одной ты надолго не останешься. Я вижу твое стадо, возвращающееся с лимонадом.

Миранда скорчила гримасу.

—Тернер, ты не замечал, что у Миранды весьма оригинальное чувство юмора.

Миранда склонила голову набок и сдержала улыбку.

— Почему-то я подозреваю, что ты не имеешь в виду ничего лестного для меня.

Оливия решила освободить ее.

— Долой тебя! Приятного танца с Тернером!

Тернер взял Миранду за локоть и повел ее на танцевальную площадку.

— Знаешь, у тебя более чем необычное чувство юмора, — прошептал Тернер.

— Да?

— Да. Но это то, что мне в тебе больше всего нравится. Так что, пожалуйста, не меняйся.

Она попыталась не чувствовать себя так нелепо польщенной.

— Постараюсь, милорд.

Он вздрогнул, когда обхватил ее руками для вальса.

— Теперь — милорд? С каких это пор ты стала столь правильной?

— За все это время, проведенное в Лондоне. Твоя мать вбивала в меня этикет. — Она улыбнулась сладко. — Найджел.

Он нахмурился.

— Думаю, что предпочитаю «милорд».

— Я предпочитаю «Тернер».

Его рука напряглась на ее талии.

— Хорошо. Пусть так и будет дальше.

Миранда вздохнула, когда они замолчали. Прозвучали первые звуки вальса, ее дыхание стало восстанавливаться. Ни скачки дыхания, ни что другое не могло заставить ее почувствовать легкого головокружения. И это дало ей возможность смаковать каждый момент, наслаждаться от прикосновения его рук. Она вдыхала его запах, чувствовала тепло его тела и просто наслаждалась.

Все это чувства были прекрасны, столь прекрасны. Было невозможно представить, что он не чувствовал тоже самое.

Но он не чувствовал. И она не вводила себя в заблуждение, что может претворить свои желания в жизнь. Когда она посмотрела на него, он бегло смотрел на толпу, его пристальный взгляд слегка омрачился, как будто он мысленно работал над какой-то проблемой. Это не был взгляд влюбленного человека. Как и то, что последовало дальше, когда по окончании танца он посмотрел на нее и сказал:

— Ты неплохо танцуешь вальс, Миранда. Ты на самом деле вполне совершенна. Не знаю, почему ты нервничала по этому поводу.

Его слова были добрыми. По-братски.

Это разрывало сердце.

— У меня в последнее время не было практики, — нашлась она с ответом, так как он, казалось, ждал этого.

— Даже с Уинстоном?

— Уинстон? — повторила она.

Его взгляд стал забавным.

— Мой младший брат, если помнишь.

— Да, — сказала она. — Нет. Я имею в виду, я не танцевала в последние годы с Уинстоном.

— Правда?

Она быстро посмотрела на него. Было что-то странное в его голосе, почти, но не совсем, слабые нотки наслаждения. Не ревность, к сожалению, она не считала, что его может так или иначе заботить, если она потанцует с его братом. Но у нее было странное чувство, что он поздравлял себя, как если бы предугадал ее ответ и был доволен своей проницательности.

О Боже! Она слишком много думала. Она слишком много размышляла, Оливия всегда обвиняла ее в этом, и на этот раз Миранда должна признать, что она была права.

— Я не так часто вижу Уинстона, — сказала Миранда, надеясь, что беседа прекратит ее размышления о вопросах, на которых совершенно нет ответов, такой например, как истинное значение слова «реально».

— О!— Тернер подтолкнул ее, слегка надавив на ее спину, так как они поворачивали направо. — Он обычно бывает в университете. Даже сейчас не прошел его семестр. Я думаю, что ты сможешь видеть его больше следующим летом.

— Я тоже этого жду. — Она прочистила горло. — Как долго ты планируешь здесь оставаться?

— В Лондоне?

Она кивнула.

Он сделал паузу, и они сделали небольшой поворот налево, прежде чем, наконец, сказал:

— Не знаю точно. Думаю, не очень долго.

— Ясно.

— Я должен быть в трауре, так или иначе. Мать была возмущена тем, что я не ношу траурную повязку.

— Я так не считаю, — призналась она.

Он улыбнулся ей. И на этот раз это было не по-братски. Улыбка не была полна страсти и желания, но, по крайней мере, это было что-то новое. Она была озорной и с каким-то тайным заговором, что заставляла ее чувствовать себя в одной команде с ним.

—Почему мисс Чивер? — прошептал он озорно.— Неужели я обнаружил в тебе дух мятежника.

Ее подбородок повысился на дюйм вверх.

—Я никогда не понимала необходимости надевать черное по тому, с кем никто не был знаком, и конечно, я не вижу логику в ношении траура по человеку, которого все находили отвратительным.

На мгновении его лицо не выражало никаких эмоции, потом он усмехнулся

— По кому ты была вынуждена носить траур?

На ее губах проскользнула улыбка

— По кузену.

Он наклонился ближе к ее волосам

— Тебе никто не говорил, что непристойно улыбаться, когда обсуждаешь смерть родственника.

— Даже не встречала такого человека.

— До сих пор…

Миранда изысканно фыркнула. Она знала, что он подстрекал ее, но ей было слишком весело, чтобы остановиться.

— Он всю жизнь провел на Карибах, — добавила она. Это не было правдой, но было в большой степени похоже на правду.

— Ты кровожадная маленькая девушка, — прошептал он.

Она пожала плечами. Исходя от Тернера, эти слова казались комплиментом.

— Я действительно считаю, что ты должна стать членом нашей семьи, — сказал он, — если сможешь вытерпеть моего младшего брата достаточно долгий период времени.

Она попыталась искренне улыбнуться. Брак с Уинстоном не был лучшим для нее способом стать членом семьи Бивилсток. И, несмотря на уверенность и интриги Оливии, Миранда не считала, что ее судьба с Уинстоном была предрешена. Было много превосходных причин рассмотреть возможную свадьбу с Уинстоном, но было одно обстоятельство против этого, и оно сейчас стояло перед ней. Если Миранда собиралась выйти замуж за того, кого не любит, это должен быть кто-то, кто не приходится братом тому, кого она любит.