Чтение онлайн

7 июня 197… года. Посол США в S вызвал к себе Резидента и ознакомил его с секретной телеграммой, полученной из Вашинггона:

«Советом национальной безопасности произведен анализ предполагаемой угрозы национальным интересам США в связи с возможным приходом к власти в государстве s кандидата n, в настоящее время исполняющего обязанности ушедшего в отставку главы государства. В результате мы приходим к следующим выводам:

1. США имеют в s определенные экономические интересы, и наши материальные потери там могли бы быть значительными.

2. Хотя мировое равновесие военных сил существенно бы не изменилось в результате прихода к власти правительства n, однако возможная победа n привела бы к очень большим издержкам в политическом и психологическом плане: a) политическое единство региона оказалось бы под угрозой в силу того, что сам факт существования правительства и был бы вызовом организации государств этого региона. В этом случае цепная реакция в других странах не заставила бы себя долго ждать;

б) возможная победа n явилась бы явным психологическим уроном для соединенных штатов.

В связи с вышеизложенным предлагаем активизировать нашу агентурную сеть с целью возможной организации в метрополисе и его пригородах массовых выступлений оппозиционных кандидату N сил. По нашим сведениям, в последнее время в обществе созрело недовольство положением дел в стране. Лучшим исходом для США явился бы государственный переворот в s, в результате которого к власти в стране пришел бы другой кандидат. Особое внимание обратите на военных чинов армии s, по некоторым сведениям среди них достаточно много недовольных последними событиями. Но поскольку S-ский главнокомандующий и его ближайшие подчиненные к идее государственного переворота относятся враждебно, нужно предпринять кое-какие осторожные шаги в отношении генералов, занимающих менее высокое служебное положение. Их следует проинформировать о том, что правительство Соединенных Штатов предлагает свою поддержку как в государственном перевороте, так и после его осуществления.»

Посол пояснил Резиденту, что на настоящий момент первоначальной задачей резидентуры ЦРУ в S является оценка реальной возможности государственного переворота силами S-ских военных. Посол пригласил в кабинет Офицера безопасности посольства (сотрудника ЦРУ), представил его Резиденту и попросил Офицера подробнее ознакомить Резидента с планами ЦРУ в этом вопросе. Изложив точку зрения ЦРУ на предстоящую операцию, Офицер помимо прочего сообщил, что ЦРУ для усиления резидентуры посылает в Метрополис Спецагента, который ранее участвовал в аналогичных акциях в других странах и был лично знаком с Резидентом, так как некоторое время успешно работал на ЦРУ в S, но оттуда был отозван в связи со срочным заданием в Европе. Спецагент не был кадровым сотрудником ЦРУ, однако там его знали как хорошего специалиста и всецело доверяли, так как работали с ним уже давно. Офицер сообщил, что завтра Спецагент будет их ждать в условленном месте, куда они подъедут на машине Офицера, номер которой — 538 — Спецагенту был сообщен.

После ухода Офицера Резидент вспомнил всё, что знал о Спецагенте, и пришел к выводу, что именно такой человек и нужен для дела.

8 июня 197… года. В назначенное время Спецагент ожидал указанную машину. Услышав за спиной сигнал, он повернулся и увидел подъезжающую машину с номером 538 и знакомое лицо Резидента, который открыл дверь и жестом пригласил его в машину, где за рулем сидел Офицер.

Представив их друг другу, Резидент с Офицером изложили Спецагенту суть дела. Его задачей была работа с местной агентурной сетью. Поскольку ЦРУ было необходимо скрыть причастность США к готовящемуся в S перевороту, то решили использовать для засылки «постороннего» человека, который не являлся бы официальным представителем ЦРУ и не был гражданином США. Таким человеком формально и являлся Спецагент, имевший европейский паспорт.

Из всей агентурной сети только Резидент и его заместитель — Подрезидент являлись кадровыми сотрудниками ЦРУ, остальные агенты были завербованными местными жителями. Резидента никто из местных агентов в лицо не знал, личный контакт с ним поддерживал только Подрезидент. Но на заключительном этапе явное участие Подрезидента в государственном перевороте как американца было нежелательно. Поэтому он должен был ознакомить Спецагента с личным составом агентурной сети, и в дальнейшем «исполнительная команда» — активная группа местных агентов — должна была получать приказы непосредственно от Спецагента, который в свою очередь будет получать их от Резидента или Подрезидента. Задача Спецагента — расширенное наблюдение за развитием настроений в обществе, установление новых контактов, вербовка недовольных властью, готовых бунтовать и, устроив в конечном итоге широкомасштабную демонстрацию, двинуться маршем на столицу.

Спецагенту доложили, что в этом плане существенную помощь может оказать Профбосс — местный профсоюзный вождь, давно получающий материальную помощь от ЦРУ «на профсоюзные нужды».

Когда разговор был окончен и Спецагент вышел из машины, его неожиданно окликнул Резидент, вышедший из машины и отпустивший ее. Они прошли к набережной, где Резидент сказал то, что не хотел говорить при Офицере (т. к. тот доложил бы Послу, а тот был бы недоволен услышанным). Резидент сообщил Спецагенту, что получил из Центра телеграмму следующего содержания:

«В ближайшее время в ваше распоряжение из Европы будет направлен агент по кличке Бродяга, который хорошо знаком со страной и с настоящим положением дел в ней. Бродяге при засылке было сказано, что он должен искать, оценивать и рекомендовать людей со смекалкой, заслуживающих доверия, которых можно было бы использовать в операции «Тайфун». Обо всех своих действиях на заключительном этапе операции сообщайте послу; но если время не позволит связаться с ним, действуйте по собственному усмотрению, не ставя его в известность»

Таким образом, у Резидента (который теоретически подчинялся послу) практически оказались развязаны руки. Ранее Бродяга в Метрополисе уже работал довольно долгое время, но через некоторое время ЦРУ отозвало его для срочной операции. Та операция была завершена, и теперь Бродяга сам вызвался снова отправиться в S. В досье ЦРУ этот агент был охарактеризован как человек «быстро усваивающий и хорошо исполняющий любое задание, сколь бы опасным оно ни было. Он различает, что хорошо, а что дурно; и вместе с тем, если на него возложено задание, в нравственном плане предосудительное, но необходимое, то если начальник сказал, что его надо выполнить, он воспримет это задание как должное и будет выполнять его методично, без каких-либо угрызений совести. Таким образом, он способен холодно и разумно подойти к любому заданию».

Резидент сообщил, что на данном этапе принял решение направить Бродягу в непосредственное распоряжение Подрезидента, который предложит Бродяге подобрать для своей группы людей из состава агентуры в пригороде Метрополиса. Подрезидент должен будет лично контролировать Бродягу, не допуская его встречи с Резидентом, которого он раньше не видел. Вместе с тем, зная, что Бродяга человек авантюрного склада и требует за собой чуть ли ни почасового контроля, а ЦРУ, похоже, при отправке внушило ему мысль, что он очень важная фигура в предстоящей операции по перевороту, то этот агент может наломать дров. Поэтому Резидент попросил Спецагента поселиться в той же гостинице, что и Бродяга, познакомиться с ним (не говоря пока тому, что тоже работает на ЦРУ) и, по возможности, последить за его деятельностью.

Резидент показал Спецагенту фото Бродяги и сообщил название гостиницы, после чего они расстались.

12 июня 197… года. После определенной работы Резиденту стало ясно, что хотя среди военных и полиции существовали враждебные N течения, но они были подавлены «армейской традицией уважения к конституции» и частными публичными выступлениями главнокомандующего армией, который призывал к строгому соблюдению законности. Поэтому государственный переворот надлежало вызвать в исключительно трудных с самого начала условиях и преодолеть препятствия, воздвигнутые недостатком организованности и энтузиазма у офицеров, заинтересованных в перевороте. Задачей ЦРУ, таким образом, стало преодоление «проконституционной инертности» и аполитичности S-ких военных.