Чтение онлайн

Маргарита неожиданно тихо произнесла:

– А если я скажу нечто подобное искренне?

Сургин ответил:

– В таком случае постарайся сделать это так, чтобы я поверил тебе!

Женщина отвела взгляд:

– Ладно! Я занимаюсь обедом!

– Давай, а я загоню машину в сарай.

– Но на улице дождь?!

– Не растаю! Нечего тачке светиться возле дома.

– Мне кажется, кроме нас двоих, возле этого озера и в лесу никого быть не может.

– Будем надеяться, что это так! Но машину я все же поставлю туда, где она должна стоять.

Он вышел из дома.

Дождь продолжался, но немного ослабел. Однако, судя по обложившим горизонт свинцовым тучам, он обещал стать затяжным. В принципе это было на руку Сургину.

Загнав машину в сарай, он оттуда вызвал Потапова:

– Генерал?

– Слушаю тебя, Андрей!

– Мы с Новиковой в «Приюте рыбака».

– Как она?

– Сейчас нормально.

– Это хорошо.

– Кто бы спорил! Как сотрудники МВД отнеслись к пропаже важного свидетеля?

– Сотрудники МВД меня меньше всего интересуют, а вот то, что кто-то пытается выяснить, не являлось ли похищение Новиковой спецоперацией ФСБ, тревожит.

Андрей удивился:

– Вы хотите сказать, кто-то извне пытается пробить деятельность Службы?

– Да не извне, Андрюша, а изнутри. И именно случай с Маргаритой, привязывая акцию ее перехвата к Переславлю.

– Даже так? И вы при всех своих возможностях не можете вычислить, кто конкретно прокачивает ситуацию?

– Пока нет! Но скоро я буду знать, кто этот некто! Даже при том, что работает он очень аккуратно, применяя наши же методы прикрытия.

– Было бы странно, если бы наш сотрудник действовал иначе!

– Согласен! Но ты там у озера в компании с молодой дамой нюх не теряй! И ночь, будь добр, посвяти контролю над обстановкой.

– Вы чего-то опасаетесь, генерал?

– Не знаю! Но на душе тревожно! Слишком сильный у нас противник, Андрюша. Ты же один! А я при всем желании не могу придать тебе подкрепление.

Сургин ответил спокойно:

– Вы переутомились, генерал! Лучше отдохните, что сделаю и я после обеда. А ночь и так собирался провести в бодрствующем режиме. Могли бы и не напоминать о том, как должен работать офицер особого применения, одиночка!

– Хорошо, будем считать, я ничего тебе не говорил. Работай, одиночка! От тебя сейчас зависит очень многое. И важное. Настолько важное, что весь масштаб своей миссии ты и представить не можешь!

– А я и не хочу ничего представлять! Это лишнее! Передо мной поставлена конкретная задача, вот о ней я обязан думать. О ее выполнении. Остальное не в счет.

– Ладно, Москит! Кончаем разговор. Доклад твой принял, желаю удачи!

– Спасибо! Связь по необходимости?

– Да.

– Отбой!

Андрей перевел трубку в режим мобильной связи и бегом вернулся в дом. Рита, как ни в чем не бывало, что-то напевая, разделывала продукты на кухне. На плите грелась вода в кастрюле. Она ловко работала ножом. Сургин подумал: обычная женщина, хозяйственная, нормальная, без особых бабьих закидонов, а в такой переплет попала? Да черт с ним, с переплетом. От них никто не застрахован. Но Маргарита еще недавно была доверенным лицом владельца крупнейшей компании и вела всю черную бухгалтерию! Вот в роли строгой дамы, сидящей за компьютером, Андрей ее никак не представлял. Ведь надо разбираться во всей этой бухгалтерии! И не просто разбираться, а быть специалистом высшей квалификации, чтобы занять в компании место, которое Рита занимала. В благодарность за любовные игры, пусть самые изощренные, к секретам фирмы не допускают. В лучшем случае определяют в какой-нибудь отдел с зарплатой в конверте, превышающей на порядок оклад федерального министра. Значит, Маргарита действительно профи в своем деле. А с виду… А с виду она просто нравится Сургину. Вот и все!

Через час они пообедали. Рита вымыла посуду и пожелала принять душ. Андрей включил обогреватель, и женщина скрылась в туалетной комнате. Он же, пока она плескалась под теплыми струями, отнес в спальню видеодвойку. Затем вышел из дома, накрывшись брезентовой накидкой. Осмотрел прилегающую местность. Ничего подозрительного не заметил. Вернулся в дом. Рита уже находилась в комнате. Она спросила:

– Андрей, а мы вечером разожжем камин?

– Как скажешь! Не вижу в этом никакой проблемы. Для тебя, кстати, найдется и шампанское, и свечи!

– Обойдемся одним камином.

– Хорошо! А сейчас делаем следующее. Я перенес видеодвойку в спальню, выбери кассеты, книги, забирай журналы и поднимайся на второй этаж.

Женщина удивилась:

– Почему я должна подчиниться?

Андрей ответил:

– Потому, что мне надо выспаться. Ночью придется бодрствовать.

– Зачем?

– Затем, что таковы мои обязанности. Ты же делай, что хочешь, но наверху, спускаясь лишь в туалет. Из дома ни ногой! Об этом предупреждаю особо. Так же нежелательно рисоваться в окнах!

– Нам грозит опасность?

– Ты этого не знала?

– Я имею в виду здесь и сейчас!

– Не знаю. Скорее нет, чем да, но меры предосторожности мы должны соблюдать в полном объеме!

Маргарита вздохнула:

– Господи! И когда же это кончится?

– Что это?

– Да все, связанное с делом Витинского!

– Когда ты дашь против него показания в суде! А до него надо дожить! Так что иди, Рита, пожалуйста, наверх и делай так, как я сказал! А вечером у огня камина я, как обещал, кое-что расскажу тебе из своей службы в спецназе. Да и ты мне расскажешь о себе. В общем, проведем время в милой беседе! Договорились?

– Хорошо! А просто телевизор я могу смотреть?

– Смотри сколько угодно.

– Спокойных вам снов, господин спецназовец!

– Спасибо!

Андрей уснул. Крепко, но чутко!

Проснулся он ровно в 19.00, отдохнувший и восстановившийся. Потянулся, сев на диване, и увидел Риту, поджавшую ноги в кресле и смотрящую на него. Сургин спросил:

– А ты чего здесь? Я же, по-моему, сказал, где тебе следует быть, пока я сплю?

– Надоело торчать в спальне. Как в тюрьме!

– Ты знаешь, что такое тюрьма?

– Нет, и, надеюсь, никогда не узнаю!

– Правильно! Камера не для тебя.

– Однако ты загнал меня в одиночку.

– А ты капризна! Ладно, если нетрудно, сделай, пожалуйста, кофе, пока я душ приму.

Маргарита предложила:

– А может, поужинаем?

Андрей посмотрел на часы. Вообще-то рановато, но согласился:

– Давай!

– Тогда ты в душ, а я на кухню.

– Договорились.

После ужина Сургин, как и обещал, растопил камин. Но было еще светло, так что, кроме тепла, большего эффекта он не создавал.