Чтение онлайн

Пройдя мимо мертвого Меньшикова, лежащего в луже крови на полу багажника рядом с нетронутой лёжкой, мимо видневшихся из-за выломанной двери в пассажирском салоне останков всех четырех Инквизиторов, мы с Назимовым открыли грузовой люк. У самолета стояли Владимир и два охранника.

— Остальные занимаются зачисткой навороченного вами, — вместо приветствия сказал маг. — Стаи кровососов над Салехардом! Атака дрампиров на самолет в аэропорту! Их останки, разбросанные по всему летному полю. Толпы очевидцев. Куда дело годиться? Не мог сообщить заранее? — и, повторяя мое собственное возмущение, высказанное как-то Соколову, добавил. — Хотя бы элементарно, по радио.

— Вы, знаете, Владимир, каково там? — безразлично спросил я его.

Все трое молча смотрели на нас. Назимов теперь их видел, но ничего не говорил. Он просто сел на пол багажника высунув ноги наружу и, опершись спиной на люк, обессилено закрыл глаза.

Мне не хотелось спорить. Тем более, что маг был полностью прав. Я покачал головой и слабо улыбнувшись, сказал:

— Забыл. Представляете, просто не до того было. Вот и забыл…

— Ну, ладно. Пусть так. Главное, что все закончилось благополучно. Лёжка, вижу, цела и я этому несказанно рад, — смягчился Владимир.

— А как я рад! — в тон ему ответил я и спросил. — Что теперь?

— Теперь? Теперь Филарет, — он повернулся к одному из Инквизиторов, — позаботится о памяти нашего доблестного пилота и, заодно поселит его в профилактории. Рейс на Москву все равно только завтра, а мы отгоним самолет подальше от… от людей и приступим к вскрытию. Схрон ты открыл благополучно. Защитные заклинания не сработали. Это доказывает, что мы были правы во всем. Кстати, потом расскажешь, что там было, хорошо? Мне очень интересно. Ну а с лёжкой, я думаю, мы справимся без труда.

— Владимир, — спросил я его. — А почему было нападение?

— Как тебе сказать, — нехотя произнес он. — Я просчитался. Все мы просчитались. Все. Кроме тебя. Единственный дрампир, который знал о схроне и обо всем этом, — Владимир показал на самолет, — был Баллор. Глава Кёльнской секты и член Всемирной Инквизиции, Совета. Мне с ним надо будет потолковать по возвращении. Один на один. Если успею, конечно. Ведь мои коллеги уже в курсе. Но это все потом.

Спустя примерно час все приготовления были закончены. Сидя на пороге багажного отсека, я отрешенно наблюдал, как маг, названный Филаретом, увел в сторону аэровокзала Назимова. Потом охрана подогнала аэродромный тягач и «Ан-24», вместе со мной, отбуксировали в самый дальний конец стоянки. Там Инквизиторы долго зачищали салон самолета, пряча в мусорные мешки останки нежити. Тело Дениски к тому времени уже убрали, временно отправив его в местное отделение Ночной Службы. Потом, окружив стоянку тройным кольцом вооруженных до зубов Инквизиторов, Владимир в сопровождении двух магов, вошел в багажник и приблизился к лёжке. Один из Инквизиторов, что-то прошептал и под потолком, прямо над ней разгорелся яркий, похожий на ксеноновый свет.

Владимир склонился над гробом, делая какие-то сложные магические пассы. Сначала ничего не происходило, хотя из-за спин Инквизиторов мне все равно мало что было видно. Но вот раздалось шуршанье и протяжный скрип. Ветви, переплетавшие домовину, разошлись наподобие лепестков цветка. Вся освобожденная верхняя часть лежки, отделившись от основания, приподнялась на несколько сантиметров. Из-под нее пошел не то дым, не то пар. Раздалось шипение. Владимир, усилив пассы, начал вещать заунывным голосом. Ни дать ни взять дьячок во время молебна. Прислушавшись, я догадался, что он, очевидно, перечисляет титулы Радомира:

— О Великий, Пресветлый и Всемогущий Радомир, Первый из магов Вне рангов и категорий всех времен и народов! Победитель Велиала, Вельзевула и Гоарра.

Крышка домовины, повисев некоторое время в воздухе, снова медленно пошла вверх, а Владимир продолжал завывать все громче и громче:

— Покоритель Демонов Великой Ночи, Ниспровергатель Саттаров и Устроитель Великого Договора.

Крышка поднялась под потолок, заслонив собой источник магического света. Туман почти рассеялся и в наступившем мраке в руках Инквизиторов вспыхнули обычные фонарики. Возможно даже китайские. Владимир сделал полшага вперед и попытался продолжить:

— Учитель, Учителей, Создатель магического… — на последних словах его голос стал затихать, и воцарилась гробовая тишина. Инквизиторы тоже молчали.

Все замерли. Там что-то происходило, но по-прежнему ничего не было видно. Мне стало интересно. Кряхтя, я поднялся и, подойдя к Инквизиторам, заглянул за их спины. Лежка была пуста.

Я даже как-то не удивился. Пару секунд переваривал происходящее, а потом, не удержавшись, нервно хихикнул и тут же осекся под диким яростным взглядом Владимира.

Все, что происходило затем, больше напоминало комедию и нисколько меня не интересовало. Я хотел только одного. Поговорить с Владимиром и что бы он мне как и обещал, все объяснил. К середине следующего дня всё более или менее успокоилось, а Казимов благополучно улетел в Москву. Лишь только тогда, в жарко натопленном летном профилактории Салехардского авиапредприятия, за кружкой местного пива, я эти объяснения все-таки получил.

Но это уже моя личная история.

Нижний Новгород — Сормово, Серая лошадь.

Декабрь 2008 года — февраль 2009 г.

Когда из зеленоватой речной мути, довольно обычной летом на этих глубинах, словно в замедленной съемке показалась слегка подрагивающая приоткрытая пасть, сплошь усеянная острыми крючковатыми зубами и, как бы раздумывая, уставилась на человека блестящими бельмами глаз, он решил, что пора. Больше ждать нельзя. Быстро проверив прицел и взяв немного правее, туда, где должно было находиться невидимое пока в толще воды пятнистое торпедообразное тело хищника, человек в черном гидрокостюме плавно нажал на спусковой крючок.