Чтение онлайн

– Конечно, дорогой, – сказала тетя Нелла.

– Непременно. Прирожденный моряк вроде тебя должен плавать почаще, – добавила тетя Дафна и покосилась на Джордано. – И захвати с собой старшего брата.

Шерил поцеловала на прощание теток, схватила Луиджи за руку и, держа в другой судки, заторопилась к машинам. Джордано направился к своему «ягуару».

– Я последую за вами, – сказала Шерил. – И не вздумайте ехать слишком быстро. – Она повернулась к Луиджи. – Ты ведь проследишь за тем, чтобы он не ехал слишком быстро?

Мальчик смотрел на нее, потеряв дар речи. Взрослый, впрочем, тоже.

– Подождите минутку… – начал было Джордано.

Но Шерил пригвоздила его взглядом.

– Я уверена, что Луиджи предпочтет прокатиться в большой машине вроде вашей, а не в такой старой развалине, как моя. – Обойдя «ягуар», она открыла дверцу. – Садись, Луиджи.

– Что за черт!..

Шерил предостерегающе прокашлялась. Джордано нахмурился, но замолчал. Ледяной взгляд Шерил смягчился.

– Так будет лучше всего, – спокойно сказала она, в ее голосе слышалась твердая уверенность.

– Прекрасно, – пробормотал он. – Увидимся на месте.

Джордано ехал быстро, но не слишком, чтобы видеть в зеркало заднего обзора фары машины Шерил. Сидящий рядом, Луиджи всю дорогу не шелохнулся и, отвернувшись, смотрел в боковое окно. Только когда впереди показалась больница, Джордано услышал от него первый звук, но это было не слово, а судорожный вздох отчаяния.

Совершенно инстинктивно он накрыл рукой маленькую ладонь мальчика, и тот крепко вцепился в нее. Джордано посмотрел на брата. Луиджи сидел, глядя прямо перед собой и закусив нижнюю губу. Заехав на стоянку и заглушив мотор, Джордано ободряюще сжал детскую руку. Мальчик повернул голову и взглянул на него большими, полными тревоги глазами.

– Я хочу увидеть папу, – прошептал он.

У Джордано перехватило горло.

– Я знаю, – хрипло ответил он. – Но папы сейчас здесь нет. Зато есть мы с Шерил. Если хочешь, мы пойдем с тобой.

Джордано не знал, почему сказал это! Хотя нет, знал. Сказал, потому что так хотел услышать эти слова когда-то, еще ребенком, когда в больницу попала его собственная мать… На него нахлынули воспоминания. Длинные коридоры. Странные металлические звуки. Приглушенные голоса. Джордано помнил, как сидел там совсем один, а вокруг ходили и разговаривали совершенно забывшие про него люди.

Как будто его там не было. Но он там был. Не было отца. Так же, как его нет и сейчас.

Джордано вылез из машины и подал Луиджи руку.

– Пойдем, – сказал он.

С Луиджи не поступят так, как когда-то поступили с ним.

Шерил не знала, что именно произошло между Джордано и Луиджи по дороге от дома ее теток до больницы, но, выйдя из машины и увидев их, поняла: что-то случилось.

Не то чтобы Джордано стал совсем другим, он по-прежнему не слишком радовался перспективе оказаться втянутым в дела новой семьи Бенито, однако поведение его изменилось. Это было видно по его обращению с Луиджи, почти что покровительственному, по той уверенности, с которой он обращался к персоналу больницы, по мягкой, ободряющей манере, с которой повел мальчика на встречу с матерью.

То был Джордано, каким его хотел видеть – и боялся никогда не увидеть – Бенито. То был уверенный, способный к действию, заботливый человек, принявший на себя ответственность.

Шерил не вмешивалась и лишь молча наблюдала за происходящим. Однако пошла с ними к Изабелле и ободряюще поговорила с роженицей, поскольку Джордано почти не раскрывал рта.

Но он присутствовал. Держал Луиджи за руку, пока Шерил разговаривала с Изабеллой, и терпеливо ждал окончания беседы мальчика с матерью. Изабелла погладила лицо сына, поцеловала его и тихим, спокойным голосом объяснила, что ребенок может родиться раньше срока и на этот случай ей придется подождать здесь.

– А могу я тоже остаться? – спросил Луиджи.

Изабелла улыбнулась.

– Здесь только одна кровать. Шерил обещала остаться на ночь с тобой в доме. Так будет гораздо удобнее. А завтра мы будем знать, уже сейчас появится ребенок или нет. Если нет, то я смогу вернуться домой. Хорошо?

Луиджи помолчал, закусив нижнюю губу, потом кивнул.

– Ладно, – согласился он и оглянулся через плечо. – А Джордано тоже пойдет с нами?

Стоящая рядом Шерил почти физически почувствовала, как напрягся тот при этих словах мальчика, но причиной этому была не злость, а какие-то глубинные процессы в его душе. Ему нужна поддержка – и она пододвинулась поближе к Джордано. Почувствовав крепкое пожатие холодных пальцев, Шерил ободряющим жестом провела большим пальцем по тыльной стороне его ладони.

– Пойдешь, Джордано? – настаивал Луиджи.

– Если тебе этого хочется, – с трудом выдавил из себя старший брат.

– Хочется, – серьезно кивнул младший.

В разговоре четырехлетнего мальчика с взрослым мужчиной было что-то почти ритуальное. Луиджи просил помощи. Джордано обещал. Это было похоже на клятву. Она осторожно стиснула его руку, получив в ответ еще одно железное рукопожатие.

Он, должно быть, совсем спятил. Не надо было приходить сюда! Не надо. Еще совсем недавно Джордано и представить себе не мог, что будет сидеть здесь, в доме отца, наблюдая за тем, как Луиджи переодевают в пижаму и укладывают спать.

Но несмотря на такие мысли, Джордано знал, что не может быть сейчас ни в каком другом месте. Шерил тоже знала это. Она осторожно наблюдала за ним, будто действительно была его няней, больше всего заботящейся о благополучии подопечного.

После разговора с Изабеллой Джордано с Луиджи оставили синьору Рикелли отдыхать и пошли к машине. Шерил, по просьбе роженицы, ненадолго осталась – поговорить о вещах, не предназначенных для детских ушей. Но уже через несколько минут, поспешив вслед за ними, она сказала с приветливой улыбкой на губах:

– Ну как, готовы к пикнику?

Молча держащийся за руку Джордано и зевающий Луиджи сразу оживился.

– Да. Я проголодался.

Шерил не стала подогревать еду, а сервировала обед на расстеленном возле бассейна покрывале. Джордано посмотрел на это с некоторым сомнением, но промолчал: Шерил знает, что делает. Так оно и оказалось, потому что Луиджи успел хотя бы что-нибудь поесть, прежде чем заснул в шезлонге.

– Как вы догадались, что он уснет? – спросил Джордано.

– У мальчика был тяжелый день. У вас тоже, – добавила она. – Как ваша голова? А нога? У меня даже не было времени спросить.

Джордано пожал плечами.

– В порядке. – Он прикрыл своим пиджаком спящего ребенка.

– То, что вы остались… это был добрый поступок.

По губам Джордано скользнула кривая усмешка.

– Вот такой сегодня я добрый.

– Не надо так, – резко возразила Шерил. – Я знаю, насколько тяжело это вам далось.

Нет, не знаешь, хотелось сказать ему. Однако, как это было ни странно, он чувствовал себя так, будто Шерил действительно знала. Будто она была рядом с ним весь этот день и разделяла его боль, пыталась исцелить ее.