Чтение онлайн

Вернулся Уго и сказал, что все в порядке и господин может еще поспать... Здесь или в каюте.

– А вам разве не хочется спать, Уго?

– А кто поведет за меня баркас?
– спокойно возразил рыбак.

– Я немного знаю морское дело, - скромно сказал Рёттер.
– Вполне могу постоять на вахте.

– Хорошо. Когда я устану, вы меня смените. А пока - отдыхайте.

Рёттер прошел в каюту. Снял зюйдвестку, стащил огромные резиновые сапоги и лег на застланную верблюжьим одеялом койку. В крохотном иллюминаторе было еще совсем темно.

РЕШЕНИЕ

по уголовному делу транспортного рабочего Эрнста Тельмана,

обвиняемого в заговоре и призыве к государственной измене.

2-й сенат палаты народного суда на своем заседании 1 ноября

1935 г. по предложению верховного прокурора

постановил:

обвиняемый Тельман - при сохранении в силе приказа об аресте

только ввиду подозреваемой возможности побега - освобождается от

дальнейшего отбывания предварительного заключения.

После освобождения обвиняемый обязывается ежедневно являться в

соответствующий полицейский участок по месту пребывания.

Б р у н е р В а й с д-р Н и г е р

Господину Эрнсту Тельману Составлено

Берлин-Моабит в Берлине 1 ноября 1935 г.

Прусская тайная Делопроизводитель 2-го

государственная полиция сената палаты народного суда

Заместитель начальника Кислинг, судебный советник.

и инспектора

Берлин, 1 ноября 1935 г.

Господину Эрнсту Тельману

в настоящее время

Берлин-Моабит

На основании 1 декрета рейхспрезидента о защите народа и

государства от 28 февраля 1933 г. постановляю настоящим, что в

интересах общественной безопасности Вы подлежите содержанию в

заключении впредь до особого распоряжения.

Основания:

До Вашего ареста, последовавшего 3.3.1933 г., Вы являлись лицом,

ответственным за руководство Коммунистической партией Германии.

В интересах поддержания общественной безопасности и порядка Вы

подвергнуты превентивному заключению, поскольку в случае освобождения

Вы, несомненно, снова стали бы действовать в коммунистическом духе.

Г е й д р и х

Глава 40

УЖИН В "АДЛОНЕ"

В пятницу вечером клуб иностранных корреспондентов, аккредитованных в Берлине, устроил для дипкорпуса ужин с танцами в отеле "Адлон".

Посол Соединенных Штатов Америки Уильям Додд приехал с небольшим запозданием. Военный вице-атташе капитан Крокетт, военно-морской атташе капитан Кепплер, политические советники Уайт, Ли, Флэк и Бим уже сидели за отведенными для них столиками. Все были во фраках и прибыли на прием в соответствии с этикетом - в цилиндрах.

Появление американского посла в обеденном зале вызвало некоторое удивление. Все обратили внимание, что его дочь Марту сопровождает принц Луи Фердинанд. Собственно, это обстоятельство и задержало посла. Когда его высочество пожелал поехать на прием в посольском "линкольне", Додд осторожно попытался отговорить принца.

– Боюсь, - сказал он, - что пребывание в нашем обществе может причинить вам неприятности.

– Я ничего не боюсь, - надменно ответил принц.
– Кроме того, моя преданность вашей семье общеизвестна.
– Он улыбнулся.
– Тут уж ничего не поделаешь.

Додд пожал плечами и велел шоферу зачехлить звездно-полосатый флаг, чтобы придать поездке менее официальный характер.

Ближайшими соседями Доддов по столу были министр иностранных дел фон Нейрат, уволенный бургомистр Зам с супругой, сэр Эрик Ханфштенгль, месье и мадам Франсуа-Понсе, советский посол Яков Суриц и организатор Олимпийских игр Левальд.

Послы Англии и России почти не разговаривали друг с другом, зато Франсуа-Понсе был весьма оживлен и чрезвычайно любезен с обоими.

Принц обменялся с послами рукопожатием, но когда приветствия были закончены, отвел Додда в сторону.

– Сожалею, но я не смогу сесть за ваш стол, - сказал он.

– Вот как!
– удивился Додд и со свойственной ему непосредственностью воскликнул: - Здесь собрались очень милые люди. Особенно этот русский. Он, вероятно, самая светлая голова среди здешних дипломатов. Бедняга, на приемах он почти всегда стоит в одиночестве.

– Я ничего не имею против него, - доверительно наклонился к Додду принц.
– Но в семнадцатом году русские коммунисты казнили моих родственников - членов царской семьи.

– Русский посол кажется мне вполне интеллигентным человеком, - не слишком кстати заметил Додд.
– Как видите, Нейрат чувствует себя вполне сносно, хотя и сидит напротив него.

– Еще раз сожалею, - принц наклонил голову, поклонился супруге и дочери посла и отошел к столику, где сидели швейцарский посланник, румынский посол и военно-морской атташе Португалии.

Ужин прошел довольно скучно, но, к счастью, не слишком затянулся. Как у Максима в Париже, оркестр сыграл попурри из "Веселой вдовы", и начались танцы. Кельнеры разносили на серебряных подносах мороженое и бокалы с прохладительными напитками.

Капитан Крокетт пригласил миссис Додд на тур вальса и весело помахал шефу рукой. Уильям Додд улыбнулся и, взяв с подноса бокал с охлажденным киршвассером, смешался с толпой.

– Хелло!
– окликнул его политической советник Бим.
– Что нового?

– Брожу в поисках интересного собеседника. Только в такой толчее можно откровенно поболтать о важных делах.

– Поговорите с профессором Онкеном, сэр. Вам это будет легко, вы же с ним из одного академического мира.

– Говорят, Розенберг заставил Руста его уволить?

– Да. "Фёлькишер беобахтер" обрушилась на его книгу о Кромвеле. Усмотрели какие-то аналогии с Гитлером.

Додд пожал плечами.

– Я не думаю, что Онкен - решительный противник режима, - продолжал Бим.
– Однако он упорно отстаивает свое право профессора печатать книгу без предварительного одобрения ее правительством.

– Естественно, - Додд потянул ледяной напиток через соломинку. Папский нунций здесь?

– Нет. Он избегает контактов с официальными лицами, пока не определится политика Ватикана по отношению к новым реформам нацистов.