Чтение онлайн

Именно он нанял меня. Я не думаю, что он владелец этого заведения, но он определенно им управляет. Обычно он довольно суров, но я мельком вижу свое отражение в зеркале над окном и замечаю, какой бледной я стала и какими темными выглядят круги под глазами по сравнению с ним. Как из-за резкого черного парика, который я ношу, все это выглядит еще хуже. И теперь понятно, почему он такой милый.

Я выгляжу мертвой.

И, честно говоря, я вроде как это чувствую.

Я думала, что сбежать от Трента будет здорово. Что я буду свободна. Что жизнь станет бы лучше.

Вместо этого я провожу весь день, беспокоясь, что он найдет меня, и бессонными ночами в моей голове прокручивается кошмар, которой был всю мою жизнь.

Нет нужды говорить, что жизнь оказалась не такой, какой я представляла ее себе, когда ушла.

Бросив взгляд на свой раздел, я замечаю, что подростки снова смеются Бог знает над чем, о нарушении они забыли, но вошедший пожилой джентльмен наблюдает за мной со своего места за стойкой. Сделав глубокий вдох, я кладу руку на живот, пытаясь унять скручивание, происходящее внутри, и, взяв кофейник, направляюсь обратно к нему с улыбкой на лице.

— Еще кофе?

— Конечно, — отвечает он с такой теплой улыбкой, что в уголках его медовых глаз появляются морщинки. — Ты выглядишь так, будто тебе самой не помешала бы такая же. И бургер тоже. Хороший ночной сон тоже не помешал бы.

Я с усмешкой отмахиваюсь от него, несмотря на бурчание, которое остается у меня в животе от вспышки гнева спортсмена.

— Не говорите глупостей, я в порядке. — Я наливаю ему кофе, прежде чем вернуться, поставить кувшин на обогреватель и прямиком направиться в туалет для персонала. Я едва успеваю дойти до кабинки, как начинается рвота, и я снова вижу скудное содержимое своего желудка. Слезы текут по моему лицу, все мое тело трясется, колени кричат от прикосновения холодного пола к моей обнаженной коже — так было с тех пор, как я "упала" с лестницы, — и я стараюсь не хныкать и не производить слишком много шума, поскольку мое тело предает меня.

Предполагалось, что я буду сильнее этого.

Черт, я раньше была сильнее этого.

Гребаный Трент.

Как только мой желудок перестает скручиваться, я встаю, отряхиваю форму и спускаю воду, прежде чем подойти к раковине. Мерцающий желтый свет не помогает скрыть бледность моей кожи, но я умываюсь и убираю волосы в хвост, пытаясь выглядеть наполовину человеком. Только когда я вижу несколько поблекших синяков на своей скуле, я разражаюсь чередой проклятий, потому что у меня нет с собой косметики.

Просто чертовски здорово.

Я ничего не могу с этим поделать, поэтому я вытаскиваю часть волос из хвоста, чтобы немного обрамить лицо, пытаясь скрыть его. Сделав несколько глубоких вдохов, я мысленно натягиваю свои трусики большой девочки и выхожу обратно в зал.

Остаток дня проходит в потоке посетителей, но парень, с которым я работала ранее, остается со мной на всю смену, о чем я бы беспокоилась, если бы не была так занята. К тому времени, как Донна, которая занимает мои столики на вечер, приходит на пересменку, мои ноги ноют, как и спина, и я почти уверена, что действительно могу уснуть сегодня ночью просто от переутомления.

— Для тебя, — говорит парень за стойкой, когда я беру свою сумку. Он протягивает мне чек вместе с оплатой. — Кстати, меня зовут Томми. Увидимся завтра.

Я быстро улыбаюсь ему, стараясь не расстраиваться, когда беру с него плату за день несмотря на то, что пытаюсь выждать время, и машу ему, когда он уходит. За исключением того, что, когда я смотрю на то, что он передал мне, я понимаю, сколько там денег, и замечаю почерк на чеке.

Для тебя. Я знаю, что значит пытаться спрятаться. Если тебе нужна помощь, пожалуйста, просто попроси.

Я моргаю, глядя на каракули, слезы наполняют мои глаза. Пятьсот долларов чаевых за двадцатидолларовый чек. Я не должна брать его деньги… но мне нужен каждый цент, который я могу достать. Благодарность и чувство вины захлестывают меня, когда я выписываю ему счет и кладу в карман возмутительные чаевые, держа его записку у себя в кармане.

Доброта незнакомцев — это не то, к чему я привыкла, и я не собираюсь доверять мужчине, которого только что встретила, но эта маленькая, полная надежды часть меня хочет придерживаться акта человеческой порядочности.

Я возвращаюсь в отель, полусонная, но более бдительная, чем имею право быть. Добравшись до своей комнаты, я замираю. На полу перед дверью стоит букет белых роз. Мои руки дрожат, когда я осматриваюсь вокруг, прежде чем присесть и подобрать их с земли. Я достою записку, и крик вырывается у меня из груди.

Ты можешь убежать, мышонок, но тебе не спрятаться.

Я всегда найду тебя.

08.08

Возвращайся домой, пока ситуация не вышла из-под контроля, и мне не пришлось напомнить тебе, кто здесь главный.

Люблю тебя.

T

Черт.

Он нашел меня.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Ключи в конверте привели меня к многоквартирному дому, и, к моему удивлению, это одно из самых приятных мест, где Томми меня приютил. Я никогда не задавалась вопросом, почему он был так готов помочь мне или почему отказался взять у меня деньги, но я откладывала каждый пенни, чтобы однажды отплатить ему за доброту.

Я смотрю на здание, прежде чем снова перевожу взгляд на лист бумаги из конверта.

Да, это определенно то здание, которое мне нужно. Я пересекаю улицу и направляюсь к хорошо освещенному вестибюлю. Дверь открывается, и пожилой джентльмен приветствует меня с улыбкой.

— Доброе утро, мисс. Чем могу быть полезен?

Его улыбка достигает теплых глаз, и что-то в нем напоминает мне Томми.

— Я переезжаю сегодня, — говорю я ему, пытаясь казаться легкой и дружелюбной, чтобы не заставлять его чувствовать себя неловко — типичный прием Куинн, я слишком легко надеваю маску, — а не циничной и пресыщенной, что именно так я чувствую, когда люди добры ко мне.

— О, тогда, пожалуйста, заходите с холода. Как вас зовут? — Он отступает назад, открывая передо мной дверь.

— Куинн. Куинн Саммерс, — говорю я, называя ему свое новое имя, мысленно давая пощечину Томми за то, что он назвал меня настоящим именем, и вхожу в теплое здание. Он кивает, как будто у него в голове перегорела лампочка.

— Ах, да. Мы не ожидали вас раньше, но, пожалуйста, заходите, мисс Саммерс.

Срань господня, это милое место. Мраморные полы, слабое освещение, даже декор кричит о деньгах.