Чтение онлайн

— Аксессуары — перчатки, сумки, головные уборы — являются важной частью вашего гардероба?

— Когда я села за руль, то очень сэкономила на головных уборах. А перчатки обожаю, не могу без них выйти из дома и люблю всякие: черные, цветные, удлиненные, короткие, но, к сожалению, очень часто их теряю. Из сумок предпочитаю всевозможные рюкзачки.

Черная сумка обязательно, остальные могут быть разнообразными по цвету и размеру. Не люблю менять сумки каждый день. Тогда нужно перекладывать все документы. Бывало не раз, что я забывала это сделать и приезжала на работу без документов. Поэтому сумка мне быстро надоедает, и чаще всего, относив ее сезон, больше уже к ней не возвращаюсь.

— Какие духи вы предпочитаете?

— Разных марок японские, французские, итальянские. Мне нравятся холодные запахи или классические.

— Лариса, у каждой женщины есть свое понятие, что такое красивая женщина. Как вы себе представляете это?

— Когда женщина — личность. Она должна быть умна и иметь свой шарм. Тогда на ее рост и фигуру уже никто не будет обращать внимания. А уж тем более на возраст. Алиса Фрейндлих или Майя Плисецкая — сколько бы ни было им лет — потрясающие личности, и этим все сказано.

— Как вы реагируете на комплименты по поводу вашей красоты?

Улыбается:

— Не хотелось бы от них отвыкать.

Звезда советского экрана Лариса Гузеева, известная всем по фильму «Жестокий романс», к сожалению, сейчас почти не снимается, тем не менее она по-прежнему остается любимицей публики.

— Лариса, одно время вы были телеведущей — это компромисс с жизнью или все-таки интересная работа?

— Когда мне предложили вести передачу «Я — мама», я долго думала, но в конце концов согласилась, потому что все темы, которые затрагиваются в этой передаче, так или иначе мне близки. У меня тоже, как и у многих, есть проблемы: второй брак, двое детей, взаимоотношения взрослых и ребенка, переходный возраст у детей. Да мало ли еще что. Все это меня как маму тоже волнует, я пропускаю эти проблемы через себя, когда веду передачу. И я подумала: если хоть одной женщине станет легче жить с нашей помощью, то это замечательно.

— А что в кино?

— Я не могу жаловаться, работы в кино много, хотя, к сожалению, не того качества и уровня, которого хотелось бы. Сейчас кино снимается не так, как двадцать лет назад, когда киноэкспедиции длились по полгода, когда работали все цеха — от гримеров до костюмеров. Сейчас собирается некая компания, снимаются в своей одежде, работа длится две недели максимум. Психологически это тяжело: ненормированный рабочий день по четырнадцать часов, невольно появляется творческий брак. Ведь физически невозможно находиться в образе столько часов. От переутомления я стала раздражительной. Не нравится мне это.

— У вас двое детей. Сын и дочь. С каким ребенком легче, с первым или со вторым?

— Со вторым. Мама сказала: «Пока ты молодая, занимайся карьерой», — и все взяла на себя. Я не знала, что такое бессонные ночи, что такое прививки, гулянье, кормление — все это меня миновало. Леля скорее моей мамы дочка и называет мамой ее. Однажды я сделала ей замечание, а мама выхватила ее у меня из рук со словами: «Вот роди себе свою и воспитывай, а это моя девочка». И это было так естественно. И Леля часто говорит: «Альбина моя мамочка, а ты — Лариска».

— Не обидно?

— Нет, конечно, я ее обожаю и она меня тоже. Просто все заботы о ней легли на маму, а дочка мне в удовольствие. Но я свое еще возьму. Вот начнутся скоро наряды и колечки — тут я и пригожусь.

— С сыном было по-другому?

— Совсем по-другому. Не было ни одной киноэкспедиции, ни одного кинофестиваля, чтобы я не брала Георгия с собой. Но и сын не был для меня бременем, ведь я родила его не в двадцать лет, а гораздо позже, поэтому другое совершенно состояние. Я его себе у Бога вымолила.

— С детьми отношения у вас ровные?

— У Георгия переходный возраст. Бывает, мы очень бурно выясняем отношения. Сын обижается: «Ты меня не любишь». Я ему говорю на это: «Я люблю тебя любого, даже когда ты себя чудовищно ведешь, даже со всеми твоими двойками». Но, видимо, я ставлю перед ним слишком высокую планку и требую от него не как от ребенка, а как от взрослого человека. Иногда мне бывает некогда объяснить ему и я начинаю требовать: «Ты должен, потому что я так сказала, и все». Наверное, это неправильно.

— Почему вы брали сына с собой в киноэкспедиции, не с кем было оставить?

— У меня была и няня, и домработница, и если я уезжала на день-два, то оставляла ребенка на няню, но если работать предстояло полгода вдали от дома, конечно, я брала сына с собой. И выходила из положения очень просто. Приехав на место, шла в гостиницу или в ресторан, выбирала среди обслуживающего персонала какую-нибудь чистенькую тетечку, которая мне нравилась, и говорила: «Сколько вам платят? Вы можете на две-три недели взять отпуск? Я буду вам платить столько в день, чтобы вы смотрели за моим ребенком». В начале девяностых, когда работы не было и денег у людей не было, на мое предложение охотно соглашались.

Получается, что кинозвезда тоже должна быть приспособленной к обстоятельствам?

— Конечно. Вот сейчас я езжу с антрепризой на гастроли и у меня есть специальная кружка-кипятильник, специальная кружка для варки еды. А когда со мной был маленький сын, я все равно успевала одной рукой красить глаза, а другой помешивать супчик, который ему варила. Я возила с собой маленькую лабораторную плитку и кастрюльку. Живя в гостинице, мой ребенок все равно ел домашнюю пищу. Быт я организовывала себе везде: и за границей, и в глухомани.

— Разве не входит в обязанность администрации кино создавать условия актерам?

— Это только легенда. Было однажды, когда Никита Михалков хотел, чтобы у него снималась Лена Соловей, а она только что родила ребенка, так он снял ей квартиру и нанял няньку. Но ни в какой контракт такие условия не входят и ни к кому из актеров никакого особого отношения нет. Мы сами о себе думаем.

— Жизнь научила?

— Давно. Я по природе своей очень брезглива. Например, не могла спать на казенном белье и всегда возила с собой два комплекта постельного белья, которые там потом и оставляла. Еще когда не было детей, я, уезжая надолго на съемки, не могла питаться в столовых. Лучше сама сварю себе две картофелины и съем их с помидором дома, чем в общепите. Ко мне обожали приходить в гости все актеры, операторы и режиссеры, чтобы поживиться чем-нибудь вкусненьким. Естественно, когда родились дети, я стала еще более приспособленной, чем была.