Чтение онлайн

Родни, который обзавелся семьей в юном возрасте, в последнем баре признался мне, что никогда в жизни не был в ночном клубе. Нетвердой походкой войдя в огромный зал, он потрясенно воззрился на толпу скудно одетых женщин, выплясывающих под грохочущую музыку, трясущих задницами и скачущих в свете лазеров.

Он схватил с ближайшего столика оставленный билет и начал обмахиваться им, как веером, что-то бормоча и ухмыляясь.

— Черт возьми! — У него перехватило дыхание. — Они же в одном белье!

Родни устремился на танцпол, истекая слюной, все остальные направились в бар, а я — в туалет, немного освежиться.

Было странно оказаться здесь вновь так скоро, но я решила, что, раз уж так вышло, можно еще раз попытаться поставить галочку в моем личном списке побед. К сожалению, мой счет на кухонной двери по-прежнему равнялся нулю, в то время как соперницы уверенно рвались вперед. Но я была готова последнюю рубашку поставить на то, что больше никогда не отправлюсь домой к какому-нибудь придурку. Повторение «эксперимента с Ларри» мне ни к чему. К сожалению, все мужчины, с которыми я знакомлюсь, как один, ларриподобные. Хорошо бы я смогла отнестись к своей задаче с большим энтузиазмом. Я начинаю недоумевать, зачем мы вообще затеяли это глупое соревнование. Серена раз за разом попадает в десятку, Эмма постоянно вваливается домой на трясущихся ногах, с улыбкой до ушей. Только я по-прежнему не могу избавиться от комплексов и сдвинуться с мертвой точки.

Я вспоминаю Ларри.

Я вспоминаю Мейсона — приятеля Эммы.

Оба мимо.

Конечно, до определенного момента очень весело играть с мужчинами в их собственную игру, но когда приходит время решающего удара, я просто не в состоянии пробить. Ничего не могу с собой поделать.

Иногда я забываю, что заставило меня ввязаться в это мероприятие. Макс, вот причина. Макс и его моральные принципы, вернее, их отсутствие. Макс, лживый, лицемерный ублюдок. Макс паразит. Макс, который умолял меня вернуться, а пару недель спустя предложил другой свои руку и сердце.

— Да пошел он, этот Макс! — довольно громко сказала я своему отражению в зеркале.

Девушка, которая у соседнего зеркала подкрашивала губы ярко-красной помадой в свете люминесцентных ламп, взглянула на меня и дружелюбно улыбнулась.

— Пошли они все, вот что. Ублюдки! Имели мы их всех! — сказала она, наморщив носик.

Да. Пожалуй. А ведь предполагается, что поиметь их должна именно я.

Поиметь как можно больше. Отомстить за обиды.

В койку и на помойку.

Я почти слышала голос Эммы:

— Давай, девочка, давай! — Вот что она сказала бы мне. — Хватит прятаться в туалете! Будь мужчиной!

Я решительно накрасила губы, расстегнула еще две пуговицы на блузке, так что при малейшем движении показывался черный лифчик, и направилась выполнять свою миссию.

Тем временем наша компания веселилась вовсю.

Родни танцевал с Сандрой, с улыбкой смотревшей поверх его головы, словно старая лошадь, которую пустили попастись с шаловливыми жеребятами.

Сандра не сходила с места, покачивая своей обширной кормой в такт музыке, создавая завихрения, в которых как мячик скакал Родни.

Родни танцевать не умел. Во всяком случае, в нашем времени. Годах в семидесятых это еще могло сгодиться. Поочередные скольжения в сторону, назад, в сторону, назад — очень впечатляюще, не хватает только пары взмахов руками и этих знаменитых росчерков пальцами.

Его мокрые от пота седые волосы стали почти черными, лысина влажно блестела в лучах лазеров.

Первый раз в жизни он снял непременный пиджак. Галстук наполовину ослаблен, под мышками расплываются темные круги, но ему все равно, он долго шел к этому.

— «Анкор ун фуа-а-а…»— подпевал он как бы по-французски, радостно таращась на прыгающую кругом молодую плоть, словно сластена, впервые попавший в «Мир Кедбери».

На Люсиана, гордо расхаживающего в традиционных велосипедных шортах, на этот раз оранжевых, и обтягивающей футболке от Пола Смита, время от времени бросает страстные взгляды Сандра, которая все не может поверить, что «такой симпатичный мальчик» может быть геем.

Малыш Найджел, Дэмьен и Большой Эрик поглощают текилу в баре. Соль на руку, лизнуть, куснуть лимон, опрокинуть стопку.

Их движения слажены, как у команды по синхронному плаванию.

Не уверена, что они в полной мере осознают происходящее, но их это не беспокоит.

Юный Найджел, определенно позеленевший, храбро старается не отставать от своих старших, более опытных товарищей. Он неплохо справляется, пока какая-то добрая душа не тыкает пальцем в червяка на дне бутылки. Тут его лицо приобретает изумительный фисташковый оттенок, он зажимает рот рукой и исчезает за дверью с надписью «Джентльмены» быстрее, чем любитель покупок кидается в «Харви Никс» в первый день рождественской распродажи.

Харви, которому нравится Дженни с первого дня ее работы у нас, наконец набрался храбрости и пригласил ее на танец. Теперь он уговаривает диджея поставить пару медленных композиций. К счастью, в этот момент Родни, прыгающий вокруг стройной блондинки, одетой только в серебряное бикини, чулки и босоножки «Вивьен Вествуд», врезается в Дженни, и она влетает прямо в раскрытые объятия Харви, избавив того от мучений. После этого они продолжают танцевать, с закрытыми глазами и счастливыми лицами, не обращая внимания на темп музыки.

Я невозмутимо опираюсь на стойку бара, осматривая зал в поисках кандидата.

После предварительного осмотра я пришла к выводу, что меньшая разборчивость здорово облегчила бы мне жизнь.

С моими запросами нужно быть как минимум Мисс Вселенной.

В голове у меня звучит примерно такой монолог:

«Вполне ничего, хорошие волосы, руки в порядке, но глаза слишком близко посажены и к тому же карие. Не думаю, что мне нравятся карие глаза. М-м-м. вот этот довольно милый. Но опять же, у него смешной рот. Все в порядке, пока он не улыбается, что делает его похожим на Фредди Меркюри, который никогда не привлекал меня.

Голубые Штаны в углу… Многообещающе, хорошая задница, и танцует неплохо, это редкий талант для мужчины. И лицо ничего, но слишком худое. Шея какая-то цыплячья… нет, определенно не подходит, я люблю парней повнушительнее.

А вот этот действительно здоровяк. Широкая грудь, хорошие руки, ноги… или он просто жирный? А лицо? Ух! Нет, спасибо.

Мужчина в рубашке от Ральфа Лорена с короткими рукавами. Нет, лицо милое, зато задница вислая. Нет ничего хуже вислозадых.

Парень в красной футболке? Просто красавец, но танцует как «глухой слон на роликах».