Чтение онлайн

"Взять!" -- в ту же секунду ожесточенно выкрикнул Зубов. Наученные по этой команде перегрызать горло, Веста и Стела, грозно зарычав, бросились на христиан. Изможденные тяжелым трудом и недоеданием тела заключенных, казалось, были для них легкой добычей. Однако в два прыжка достигнув своих жертв, овчарки затем почему-то остановились, закружили на одном месте, скуля, а еще через мгновение -- вдруг завиляли хвостами и мирно улеглись у ног братьев.

– - Ты молился об этом?
– - открыв глаза, удивленно спросил Савелий.

– - Велик Господь!
– - ответил ему Герман.
– - Готовься, сейчас будут стрелять!

Вскоре, действительно, раздались выстрелы -- разъяренный Зубов стрелял в своих любимых собак, никогда прежде его не подводивших. Те с безразличием приняли пули, которые их хозяин мысленно посылал в непокорных христиан. Остаток святого дня (и ближайшую неделю) Савелий с Германом провели в БУРе, на хлебе и воде, без горячей пищи. Но разве это могло уже сколько-нибудь омрачить их великую радость, проистекавшую от реального Божьего присутствия с ними!

Христос воскрес из мертвых, смертию смерть поправ

И сущим во гробах живот даровав...

2002 г.

РАЗГОВОР В ПОЕЗДЕ

– - Здравствуйте, здесь пятое место?

– - Да.

Худенький старичок-пастор, запыхавшись, переступил порог и снял плащ. Поезд тут же тронулся, продолжая свой ход на Москву.

– - Едва успел, слава Господу!

– - Бывает.

Единственный сосед в купе явно не отличался разговорчивостью.

– - Вот сейчас разложу вещи и будем чай пить!

– - Гм.

Пастор окинул беглым взглядом попутчика: относительно молод, интеллигентная внешность, читает толстый журнал.

– - Темнеет как быстро! Осень -- очей очарованье, однако дожди льют и льют...

– - Да уж.

Пастор выложил на столик часть приготовленных в дорогу продуктов и отдельно положил Библию с большим позолоченным крестом на обложке. Сосед краем глаза увидел ее и недоуменно повел плечами.

– - Не желаете чаю?
– - заботливо спросил пастор, открывая старенький термос.
– - Здесь вас таким не напоят, моя супруга заваривает его с какими-то чудесными травами...

– - Нет, спасибо, -- сдержанно отозвался попутчик.

Пастор, что-то мурлыча под нос, налил себе чая, развернул бутерброды, порезал перочинным ножом овощи.

– - Божьи произведения земли, -- сказал он, кивая на огурцы с помидорами и улыбаясь собственным мыслям, -- милость свыше к нам, грешным!

Сосед по купе дипломатично промолчал, хотя внутри его уже зрел протест против назойливого старика.

– - Я помолюсь коротко, если вы не против?

– - Мне все равно.

Пастор закрыл глаза и несколько восторженно призвал Божье благословение: на весь предстоящий путь, машинистов, ведущих состав, их руки, крепко держащие "штурвал", а также ту пищу, которая дарована Господом "на сей день". Упомянул пастор в молитве и своего попутчика. Когда он, наконец, открыл глаза, то увидел направленный на него недружелюбный взгляд. Сосед отложил в сторону журнал, снял очки и теперь нервно теребил их в руках.

– - Меня зовут Андрей Васильевич, а вас как зовут?
– - попытался загладить свою вину пастор.

– - Руслан Калимович, -- автоматически ответил попутчик и затем раздраженно добавил, -- и не могли бы вы держать свои религиозные убеждения при себе?

– - Да-да, конечно, -- согласился Андрей Васильевич, -- прошу прощения, если огорчил вас.

Руслан Калимович помедлил, взвешивая, вернуться ли ему к чтению скучноватой статьи или пуститься в заведомо безнадежную дискуссию со старцем.

– - Дело не в огорчении, -- наконец, не в силах совладать с собой, продолжил он, -- дело в том, что целая страна на глазах разрушается и разваливается на части из-за того, что всякий у нас занимается не своим делом: инженеры торгуют на базарах тряпками, аграрии забросили деревню и подались в политику, рабочие философствуют... Вот вы, например, по специальности кто?

– - Большую часть жизни я проработал слесарем в автопарке, -- признался Андрей Васильевич, -- а теперь вот -- пастор евангельской церкви...

– - Вот видите!
– - разгорячился Руслан Калимович.
– - И вы туда же. Проповедуете об Иисусе Христе, наверное. А откуда вы знаете, жил ли Он вообще когда-нибудь? Вы что, историк? Специалист по Ближнему Востоку?

– - Нет, -- подтвердил Андрей Васильевич.

– - Тогда, может быть, духовную семинарию окончили?

– - В советское время для нас это было невозможно, к сожалению.

– - Так как же вы осмеливаетесь судить о вещах, в которых, похоже, сами несведущи, и чему вы можете после этого научить других?!

– - С одной стороны, вы, конечно, правы...
– - согласился Андрей Васильевич.

– - Я прав со всех сторон!
– - категорично оборвал его Руслан Калимович.
– - Каждый должен заниматься своим делом -- профессионально!
– тогда и страна у нас будет богатой и процветающей.

– - Хорошо, -- не стал спорить Андрей Васильевич, -- а можно поинтересоваться, кто вы сами по профессии?

– - Со мной как раз все в порядке, -- ответил самодовольно попутчик, --я физик и интересуюсь исключительно физикой, доктор наук.

– - Замечательно. Хотя, конечно, тогда мне вас едва ли переубедить...

– - А вы попробуйте, дорога длинная! Если вам, конечно, есть что сказать по существу.

Глаза Руслана Калимовича потеплели. Когда оппонент повержен несокрушимой логикой твоих утверждений, его немного жаль. Всего-то неграмотный старик сидел перед ним. Андрей Васильевич, однако, не производил впечатление человека, готового сдать свои позиции. Он попробовал на вкус чай, с улыбкой добавил в него сахара и, наконец, со старческим энтузиазмом продолжил беседу.

– - Когда я просыпаюсь утром, дорогой друг, и открываю окно, то свежий ветер наполняет мою комнату, и тогда я всем существом чувствую, что это Господь приветствует меня!.. Я слышу, как во дворе на деревьях щебечут птицы, и понимаю, что они не беспричинно шумят, но так стараются изо всех сил прославлять Творца своего... В небесах сияет солнце, зажженное Богом, и обогревает всю землю... Неужели вы не видите этого? И когда я молюсь, то, смею вас уверить, взываю отнюдь не в пустоту, а ощущаю и слышу явственно ответ Небесного Отца, и оттого мое сердце наполняется великой радостью...